Страница 2 из 10
— Просто ответь мне, — барышня повернула голову и приподняла подбородок, — если я здесь, значит, Покровителям не были угодны мои деяния? Не прибежище ли это Разрушителей? Ведь черви снуют туда-сюда… И эти люди вокруг. Они странные. Словно их рассудок пленён.
О чём она вообще? Стихи что ли сочиняет? Только рифма детская какая-то: покровители-разрушители, разрушители-покровители… Ну что ж, если эта дамочка — тонкая и ранимая творческая натура, часть её заморочек можно списать на нестандартное мышление.
— Самая странная здесь ты, — Тео усмехнулся. — И откуда ты такая нарисовалась?
— Нарисовалась? — незнакомка приподняла бровь. — Я не рисую.
Сиплый сигнал состава противоположной линии, вырвавшийся из жерла тёмного тоннеля, отразился от стеклянных стен. Воздух завибрировал и закачался. Короткий вскрик утонул в механическом лязге состава, заходящего на платформу. Кровь отлила от лица незнакомки, кожа замерцала зеленцой и залоснилась капельками пота. Тео показалось, что ещё мгновение, и она свалится на рельсы. Упадёт и, возможно, растворится случайной иллюзией, так и не коснувшись путей.
— Пойдём-ка на воздух, — Тео кивнул в сторону пропускной линии, — освежишься, в себя придёшь. У тебя рассудок помутился.
— Я не могу, — она пожала плечами. — Люди выходят, а меня не пускает стена. Я поэтому и смотрела на тебя. Надеялась нужное заклинание подслушать.
Заклинание! Вы это слышали?! Запамятовала, бедолага, для чего нужен чип?! Видно, перечитала женского фэнтези, помешалась и теперь ждёт своего дракона. Или демона. Час от часу не легче… Но не может же быть всё так безнадёжно?!
Стоп! Может быть, барышня и не при делах. Что если друзья пытаются поставить его в неловкое положение очередным глупейшим розыгрышем, как и на прошлый День Рождения?! Перспектива остаться в дураках пугала Тео больше всего. И чёрт его дёрнул обернуться и подойти к глазастой красотке!
Тео задумался, судорожно ища верное решение. Или возможность хотя бы на шаг к нему приблизиться.
— И что же мне с тобой делать прикажешь? — пробормотал он, жмурясь.
Незнакомка развернулась на пятках, снова показав Тео обескровленное лицо. Плечи её дрожали, покрывая шифоновую накидку рябью. Чужие ладони судорожно, до боли сжали пальцы, передавая долгожданное тепло. И прежде, чем Тео успел выдать очередную реплику о непонимании происходящего, умоляющий голос врезался в барабанные перепонки:
— Спаси меня.
Глава 1
Седьмая причина
1
На смену ослепительному сиянию пришла гулкая бесконечность пустых коридоров и ощущение невесомости. Непреодолимая тяга влекла тело дальше и дальше, в пьянящее жерло небытия. Стены воздушных тоннелей проминались под беспорядочно блуждающими ладонями. «Должно быть, я умер», — со сверхзвуковой скоростью пронеслось в голове. Пугающая мысль была явственной и осязаемой. С каждой секундой она укоренялась в рассудке всё крепче, вызывая тошнотворную первородную панику.
— Нери…
Показалось.
Мощный поток затянул за поворот, ухватил и погнал по узкой тубе. Невесомость вбирала в себя, растворяя в пустоте. Ужас рассыпался вереницей искр, как затухающий свечной фитиль, и сменился эйфорией и блаженством. Наверное, именно так уходят последние крупицы сознания из остывающего тела. Наверное, именно так опустошается рассудок, теряя и обесценивая усвоенные истины. Безумие — это синоним экстаза.
— Нери! — уже громче. — Нери, очнись!
Знакомый голос трепетал и расслаивался на отзвуки, создавая турбулентность. Внутренняя дрожь, родившаяся от оклика, отозвалась дискомфортом в каждом уголке сознания. Он уже чувствовал подобное. Только когда?
— Нери! Пожалуйста!
Обжигающая боль ошпарила лицо. Свет ослепил, заставив зажмуриться. Кажется, он проспал целую вечность.
— Мама, — пробормотал Нери, не размыкая глаз, — уже на учёбу пора?
— Пора! — раздался в ответ бархатный грудной голос. Кажется, мать немного простудилась. Неудивительно: такой холодище вокруг! Нужно напомнить, чтобы оплатила прогрев квартиры: не август месяц на дворе. А то ведь опять забудет и придётся сидеть в ледяном плену половину декабря…
— Я встаю, — отрезал Нери. — Я такие сны видел! Сюжет, достойный твоей любимой Маргариты 668.
Нери попытался оттолкнуться от кровати и приподняться, но под ладонями заскрипела бетонная крошка. Осколки вспороли кожу, и он наконец-то ощутил собственное тело. Вместе с ноющим зудом пришли головная боль и ломота в спине.
— Что за… — сорвалось с губ.
Солнечный свет пролился на лицо. Красные пятна затанцевали у переносья. Сквозь алую плену прорезались контуры полуразрушенных труб, устремлённые в небо, и верхушки сосен.
— Ну зачем, Нери? — поле зрения заслонило чёрное пятно. — Почему ты не пошёл домой?!
— Кантана?!
— Нет, презренные Разрушители, старейшина Совета, — Кантана недовольно поджала губы. — Конечно, это я. Скажи ещё, что ничего не помнишь.
Нери покачал головой. Пунктирная линия воспоминаний обрывалась под старым дубом, на ветку которого скакнула Венена. Точнее будет сказать, девушка, очень на неё похожая.
— Я бежал за… — Нери, вовремя опомнившись, проглотил слова. Рассудок начинал понемногу просыпаться, оправляясь от сладкого дурмана забытья. — За воришкой. Потом заблудился в лесу и вышел сюда. Дальше…
Воспоминания расцвели какофонией красок: так лезут через рассыревшую землю грибы после дождя. Картинки рождались стремительно, активизируя слишком много секторов мозга, и Нери понял, что вот-вот потеряет сознание от перегрузки. Но волна столь же нежданно откатила, не позволив захлебнуться, и оставила наедине с пустотой. Теперь можно спокойно всё пережевать, рассортировать и расставить по полочкам.
— Этот парень, — вспомнил Нери. — Мы затолкали его в портал.
Кантана молча кивнула. Ни тени сомнения не скользнуло по её расцарапанному лицу. Но хищно сощуренные глаза и складочка между бровей подсказали Нери, что исход ситуации по непонятной причине не устраивал её.
— А потом ты предложила мне пойти следом, — продолжал Нери.
— А ты как всегда сыграл в дурачка! — подытожила Кантана, хмурясь. — Глупейший поступок! Тебе такой шанс выпадал.
Слова пронеслись мимо ушей. Нери был уверен: он сделал правильный выбор. Там, на той стороне, он никогда не смог бы обрести покой и избавиться от угрызений совести. Два разноцветных глаза преследовали бы его всюду, напоминая о фатальной оплошности. Понимает ли Кантана, о чём говорит? Может, у неё никогда не было друзей? Нери застонал, потерев затылок. Нити ноющей боли вошли под кожу.
— Миа, — отозвался он.
— Да хоть кто! Как можно предпочесть заточение в чужой стихии свободе?!
— Мы вправе делать выбор, не оглядываясь на других, — согласился Нери. От яркого света закружилась голова, но запах озона вернул воспоминаниям целостность и чёткость. Он, наконец, встал с холодного бетона и принялся отряхивать одежду. — Но я не смог.
— Ты соплив и трогателен, как девочка, Нери 42! — Кантана продолжала злиться, испепеляя Нери ожесточённым взглядом.
— А сама бы ты что выбрала, — спросил Нери, искоса поглядывая на спутницу, кутающуюся в мужской плащ не по размеру, — если бы была на моём месте?
— Я? — Кантана задумалась. — Но я же не на твоём месте!
— Логичный ответ, госпожа Бессамори, — заметил Нери. — Разрешите я вам поаплодирую.
— Хватит издеваться, — буркнула Кантана.
— И ты, будь добра, не язви. И поменьше эмоций. Это не замечание, а просьба.
Кантана задрала подбородок и смело взглянула Нери в лицо. Захотелось улыбнуться, глядя на её подростковую напыщенность, и Нери не сдержал порыва. Уголки губ поползли вверх. Чувство облегчения согрело его, когда он заметил, что Кантана с инициативой подхватила его усмешку.
— А ты как здесь оказалась? — Нери пожал плечами, осматривая неприглядное место. — И что это за парень был с тобой?
— Парень как парень, — каверзный вопрос, кажется, совершенно не задел Кантану. Она лукаво стрельнула глазами, как лисица из допереломных народных сказок. — Ревнуешь, что ли?