Страница 29 из 168
По оживленному проспекту сновали шустрые автомобили, пешеходы вместо безопасных переходов отдавали предпочтение коротким перебежкам прямо перед носами раздраженных водителей, озверело жавших на клаксоны. Последние этажи высоких зданий растворялись где-то в слое серой дымки. Обычная городская улица, только вот черно-белая, как в старом фильме.
Знакомый неприятный запах заставил Элю повернуться налево, и она безошибочно определила, в чьем сне очутилась. Несмотря на то, что взгляд остановился не на женщине средних лет из соседней палаты, которой она когда-то пыталась облегчить страдания, а на девочке-первоклашке с розовыми бантиками и легкой лопоухостью, все было понятно без слов. Старая знакомая в новом облике несмышленого ребенка билась кулачками в витрину одного из магазинов и истошно выкрикивала какие-то имена. Горожане шли каждый своей дорогой и не обращали на нее абсолютно никакого внимания.
Эля почувствовала усталость, здесь не было стандартной смены дней и ночей и даже ощущения времени, и она совершенно не представляла, сколько уже бродит по этому миру практически без передышки, но увиденная сцена что-то тронула в ее душе, заставила мобилизовать все силы. Еще там, в человеческой жизни, она хотела помочь этой женщине, но именно здесь девушка оказалась ближе всего к ее подсознанию. Дурной запах вился повсюду, и источала его старая знакомая.
Нечто ледяной хваткой вцепилось в Элину спину, не давая сделать шаг к витрине.
– Куда тебя несет? Это не твой сон, нам надо двигаться дальше.
– Пусти.– Девушка проявила несвойственную ей твердость, но даже удивиться этому не успела. Нечто продолжало ее держать, будучи сильнее, по меньшей мере, вдвое.
Сопротивление продолжалось бы еще долго и не принесло бы видимых результатов, но тут в«увлекательную игру» решила вмешаться Слипри.
– Веселушки!!! – радостно выкрикнула она и скользнула с Элиного пальца за спину.
– Что ты делаешь, паршивка?! – тут же донесся взбешенный голосНечто.
– Кусаю тебя занос, – неистово хихикая, радовалась змейка.
– У меня нет носа, – взревело в ответ.
– Какая разница, что-то же есть вместо него, хотя теперь я уже в этом сомневаюсь…
Кажется, Слипри развлекалась по полной, но девушка уже не особо вслушивалась в происходившее. Почувствовав, что ее больше ничто не держит, она перешла дорогу и остановилась рядом с всхлипывавшей девочкой. Разбить витрину ее маленькие кулачки не могли, и Эля вгляделась в то, что так манило из-за стекла.
Обычная среднестатистическая квартира с потрепанной обивкой кресел и продавленным диваном, с усатым котом, разомлевши свесившим лапы с подоконника, и массой улыбчивых фотографий в деревянных рамках. Худой приятный мужчина сидел за компьютером и ожесточенно бряцал по клавишам, от него даже сквозь стекло доносился терпко-свежий запах настоящего таланта, еще не признанного и оттого более ценного – концентрированного. А по комнате носились, круша на своем пути все, двое детей – близнецы мальчик и девочка. В проеме прихожей горел свет, и сквозь зеркало просматривался маленький фрагмент происходившего на кухне: женские руки, что-то резавшие, а затем помешивавшие содержимое небольшой кастрюли.
Девушке захотелось подойти и утешить хозяйку сна, но, во-первых, противный въедливый запах вины не давал к ней приблизиться, а во-вторых, это не помогло бы.
Девочка продолжала биться в стекло, как глупый мотылек, не обращая внимания ни на что вокруг, а Элю вдруг отвлекло какое-то движение сверху. Она подняла глаза и не сразу поняла, что именно видит. По воздуху едкой лентой сигаретного дыма плыли одна за другой корявые буквы, какие бывают только у врачей с их профессионально неразборчивым почерком. И когда до девушки дошло, что это значит, она, отвлекшись от всего на свете, подпрыгнув, ухватила краешек мягкого знака. Его колечко удобно нанизалось на безымянный палец, а остальные буквы, зыбким облачком обвивая руку, потянулись следом.
Сдавленный всхлип девочки заставил Элю обернуться, и она на автомате затолкала строчку от Олега за пазуху, это вышло не сразу, металлический скафандр очень плотно облегал тело, и девушка молилась лишь о том, чтобы послание не развеялось, как дым, и не смешалось в однородное облачко.
– Постой… – начала Эля.
– Не подходи, – крикнула девочка, повернув к ней голову, гримаса злобы исказила детское лицо, но еще эффектней из ее уст звучал голос – хриплый, взрослый.
Эля от неожиданности отшатнулась.
– Как ей помочь, Слипри?
– Тудум-тадам, посмотрим, – тут же откликнулась змейка, похоже, ее устраивало данное стеклодувом имя. Синее тельце скользнуло по витрине, оставляя липкие разводы.
– Почему ты у меня об этом не спрашиваешь? – обидчиво выдохнуло в ухо Нечто.
По Элиному телу прошел привычный холодок. Ответить девушка не успела.
– Пусти порезвиться с детишками, – сквозь неприятное хихиканьепредложила свой вариант змейка.
Похоже, ее и слезы девочки веселили, впрочем, кажется, вокруг не было ничего, что бы ее не веселило. Она ползала по стеклу, карябая твердыми чешуйками поверхность, и с интересом заглядывала внутрь.
Вдруг за Элиной спиной раздались звуки оглушительного удара. Девочка дернулась и обернулась вместе с Элей.
Смятый в уродливую гармошку автомобиль, еще недавно бывший качественной иномаркой, нашел свою кончину в искореженной боковине грузовика. Едкий дым в небо, брызги крови на асфальте.
Девочка завопила так истошно, что Эля невольно зажала уши. Змейка, в очередной раз увеличившись, обвилась вокруг шеи девушки, а Нечто холодными когтями впилось в Элину кожу и потянуло куда-то прочь, но не успело. Под душераздирающий вопль девочки сон сдулся, как воздушный шарик, продырявленный иголкой, и Эля провалилась куда-то в красноватый полумрак.
Она падала, а рядом с ней падала еще масса людей всех возможных возрастов и национальностей. Кто-то визжал, кто-то переворачивался в воздухе, кто-то сучил руками и ногами, стараясь хоть за что-нибудь зацепиться, но цепляться здесь было не за что, в этом кошмаре в свободном падении находились все: и люди и вещи. Их объединяла только одна особенность – глубокий всеобъемлющий страх, который запрыгнул в Элину душу, подчиняя, не давая возможности сопротивляться.
Девушка не видела, что их ждет внизу, но готовилась к особо болезненному, а скорее смертельному удару о землю. Тем не менее падение не заканчивалось, ветер свистел в ушах, мимо проносились различные персонажи и предметы. Ей хотелось визжать, как и большинству участников сновидения, не поддаваться законам сна было практически невозможно. А вот ее спутники переносили один из самых распространенных кошмаров вполне благодушно и даже отчего-то радостно: Слипри, вцепившись зубами в прядь фиолетовых волос, болтала в полете хвостом и, наверное, хохотала бы как ненормальная, если бы ее рот не был занят; вечно всем недовольное Нечто радовалось на свой лад, носясь по Элиному телу холодными потоками. Отвлекшаяся на них девушка стала постепенно освобождаться от сковывавшего страха. Люди рядом с ней исчезали, а на их месте появлялись новые, не менее испуганные.
– Делай же что-нибудь, – наконец прервался приступ воодушевления у Нечто.
На этот раз направленное раздражение подействовало на девушку благотворно. Она постаралась отвлечься от окружавшего визга, цапнула том «Большой советской энциклопедии», падавший рядом, и уселась на него сверху, так лететь вниз оказалось значительно удобней. Подпрыгнувшее в первый момент сна к горлу сердце снова ровно забилось в груди. Змейка трепыхалась на ее волосах, как синяя ленточка.