Страница 34 из 116
Дальше Анри не услышал, так как слова старика утонули в радостном громогласном голосе главы семейства:
— Друзья мои, как я рад снова видеть вас в своём доме!
Подойдя к гостям, Фернандо обнял Анри, а после подал руку дону Себастьяну.
Закатившееся за горизонт солнце последними лучами ласкало побагровевшее небо, медленно затягивавшееся тучами. Быстро темнело. Пришедший с хозяином дома слуга с длинной лучиной, переходя от фонаря к фонарю, зажигал в них толстые сальные свечи. Их колеблющийся тусклый свет притягивал летающих насекомых, которые кружили вокруг бронзовых светильников и бились в стекло. Невольно залюбовавшегося этой картиной Анри отвлёк радостный голос коммодора:
— Вижу, вы любуетесь моим садом? — довольно рокотал Фернандо.
Анри кивнул и тут за широкой спиной друга разглядел скромно стоявшую возле скамейки сеньору Селию, удерживавшую рвавшегося к ним пятилетнего сына, и за ней служанку, державшую на руках трёхлетнюю Аурору.
Анри указал на Андреса и спросил главу семейства:
— Ты позволишь мне поприветствовать моего крестника?
— Ну конечно! — улыбнулся коммодор и, повернувшись к жене, рявкнул:
— Селия! Отпусти мальчишку!
Сеньора Селия тотчас же подняла руки, и маленький Андрес рванул к присевшему на корточки Анри. Добежав, мальчик прижался к нему всем телом и ручонками обхватил шею крёстного. Фернандо с улыбкой умиления молча наблюдал за этой сценой.
— Я очень рад вас видеть, сеньор Андрес! — серьёзным тоном сказал Анри, крепко обнимая прильнувшего к нему ребёнка.
Мальчик отстранился, разомкнув руки, сделал шаг назад и церемонно поклонился.
— Я тоже очень рад, сеньор Андрэ, — так же совершенно серьёзно ответил он и потом снова кинулся на шею своего крёстного.
Анри опять обнял ребёнка и улыбнулся.
— Матушка уже угостила вас сладостями, Андрес?
— Ещё нет, падрино[84], — прошептал мальчик, прижавшись к Анри ещё крепче.
— Наверное, она была очень занята, но, думаю, сейчас у неё уже есть время это сделать, — тоже шёпотом ответил ему крёстный.
Андрес оглянулся на мать, но не ушёл к ней.
— Падрино, вы расскажете мне сегодня вечером после ужина, про бой с пиратами?
— Если мне позволит ваша мать и отпустит ваш отец, — с важным видом пообещал Анри.
Андрес покосился на отца и тяжело вздохнул:
— Он не будет хотеть отпустить вас, падрино. А завтра утром, после завтрака, когда отца не будет дома?
Анри грустно улыбнулся:
— Увы, айхадо[85], я покину ваш дом так рано, что вы будете ещё спать.
— Почему? — не менее грустно спросил ребёнок.
— Так же, как и у вашего отца, у меня есть неотложные дела. Но когда я вернусь, обещаю, что отец приведёт вас ко мне на корабль и я расскажу вам про индейцев.
— И позволите мне позвонить в колокол?
Анри кивнул:
— Даю слово!
Мальчик отпустил Анри и восхищённо посмотрел ему в глаза:
— Вы будете убивать индейцев, падрино?
Анри поднялся.
— Нет, айхадо. Убивать надо врагов, а индейцы нам не враги.
Мальчишка хотел ещё что-то сказать, но тут вмешался его отец:
— Ты уже замучил своими вопросами сеньора Анри! Иди к своей матери, Андрес.
Обиженный мальчишка исподлобья глянул на отца, но ослушаться не посмел. Взяв Анри за руку, он с почтением сына поцеловал её и, уже уходя, обернулся и задал ещё один вопрос, косясь на Фернандо:
— А вы сумеете убедить моего отца снова взять меня к вам на корабль, падрино?
— Мне не придётся его убеждать, айхадо, я прикажу ему, — с важным видом ответил Анри и посмотрел на Фернандо.
Мальчик удовлетворённо кивнул и, не взглянув на отца, вернулся к не сдвинувшейся с места матери.
Дождавшись, когда жена с сыном и служанкой поднимется по лестнице и скроется в доме, Фернандо повернулся к гостям и с явной гордостью в голосе произнёс:
— Сорванец! Далеко пойдёт! С его умением находить себе покровителей уже в этом юном возрасте он сумел бы сделать карьеру и в Реаль Алькасар де Мадрид[86]!
— Надеюсь, мне не придётся тебе приказывать взять сына с собой на «Победоносец»? — Анри пристально посмотрел на друга.
— Считаю, что ты уже приказал. И я исполню твоё желание, хотя, честно говоря, не понимаю, зачем тебе это нужно. Мало ли какая блажь придёт в голову мальчишке? — пожав плечами, ответил коммодор без особого энтузиазма.
— А мне не понять, почему ты сам не разговариваешь с ним. Андрес очень любознательный и умный ребёнок.
Фернандо удивлённо посмотрел на друга:
— Детьми должна заниматься женщина и учитель. Моя же обязанность обеспечить семье достойную жизнь, и мне кажется, я неплохо с этим справляюсь. Кстати, я уже ищу ему воспитателя, который научит его всему, что должен знать дворянин.
Анри покачал головой:
— Разве может его научить воспитатель тому, что знаешь ты?
— А зачем ему то, что знаю я? Чему я могу его научить? — голос Фернандо стал непривычно тихим и грустным.
— Ты не прав! Я знаю тебя слишком долго, чтобы знать, что ты умеешь и не сомневаюсь, что ты можешь очень многое дать своему сыну, — разгорячился Анри.
— Отчего ты так разошёлся, адмирал? — примирительно спросил Фернандо, и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Я дам ему всё, что должен, не сомневайся!
— Ему нужен ты, его отец! Твоя любовь и внимание для него сейчас важнее, чем забота! Или ты уже забыл себя в эго возрасте?
Фернандо удивлённо посмотрел на Анри и перевёл взгляд на дона Себастьяна.
— Разве любовь отца к сыну не показывает забота о нём? — восприняв взгляд коммодора, как призыв вмешаться, дон Себастьян решил вступить в разговор.
— Меня не воспитывал дворянин, наверное, поэтому я не могу объяснить вам, благородным, что любовь проявляется не только делами. Без родительской ласки и участия одна забота — это как отличный боевой корабль с опытной командой и полный штиль.
— Думаю, тебе пора жениться! — подвёл итог дискуссии Фернандо и весело рассмеялся.
Анри огорчённо махнул рукой и понял, что пора сменить тему беседы:
— Ладно, оставим это. Думаю, пришло время поговорить о моём визите к губернатору.
— Ещё как пришло! — обрадовался такому повороту хозяин дома и, ухватив друга за локоть, потащил его на одну из дорожек, дав свободной рукой знак садовнику удалиться.
Ведомый великаном по узкой дорожке, Анри вкратце рассказал о письме дона Педро, реакции на него и последовавшим за этим предложением сеньора Альвареса. Коммодор очень внимательно выслушал рассказ и, продолжая тянуть Анри в новый круг по садовой дорожке, обдумывал сложившуюся ситуацию. Шедший за ними на шаг позади дон Себастьян, не пропустивший ни единого слова, тоже задумался.
— Если вернувшийся на трон своего отца Карл II не глуп, то англичане не оставят попыток захватить Ямайку, — первым нарушил молчание дон Себастьян, — ибо это даст им возможность наносить ощутимый вред испанскому влиянию в Новом Свете. Приватирские атаки с Ямайки были бы намного эффективнее, чем с Антигуа. Да и возможностей для экспансии на материк отсюда у них будет больше, тем более, если они будут продолжать привлекать на свою сторону пиратское отребье. Если вам действительно не безразлична судьба Испании, сеньор Анри, вам придётся смириться с надменностью дона Педро и подписать предлагаемый им фрахтовый договор.
— Должен признать, Анри, что дон Себастьян прав. Мы — испанцы, значит, как люди чести, мы не можем оставаться в стороне, когда речь идёт о благе Испании.
— Разве я мало сделал для своей страны? Я не ждал почестей, но и угроз тоже! — голос Анри выдал засевшую в душе обиду.
— Друг мой, — снова заговорил дон Себастьян, — сильные мира сего не любят тех, кому чем-то обязаны, так что воспримите то, что дон Педро проигнорировал ваши былые заслуги, как проявление защищающей вас руки божьей. А для того, чтобы общаться на равных с такими людьми, как дон Педро, у вас нет ни достойного титула, ни прославленного родового имени. Ни ваше богатство, ни ум, ни умения не являются для этого достаточными. Я абсолютно уверен, что по уразумению нового генерал-капитана Ямайки вы должны проявлять неуёмную радость от того, что его превосходительство снизошёл до вас своим предложением. Увы, если вы судите о всех аристократах по мне или сеньору Фернандо, то поверьте мне на слово — мы исключения из правил. У каждого на то была своя причина, но, уверяю вас, учитывая ваше происхождение, такой гранд, как дон Педро, был с вами предельно великодушен. Другое дело граф Альменара — его послания проигнорировали, и он вправе чувствовать себя оскорблённым, но он умён и прекрасно понимает, что не такая уж он значимая фигура, чтобы раздуть этот инцидент. Кроме того, он явно умнее дона Педро, так что, если вы показали ему своё неудовольствие тоном письма герцога, он тут же нашёл способ получить сатисфакцию без дуэли, заставив обидчика пусть невольно, но исполнить его рекомендацию и предоставить вам хотя бы деньгами награду за верную службу. Похоже, губернатор симпатизирует вам намного сильнее, чем мне казалось ранее.
84
Падрино — испанское обращение к крестному отцу.
85
Айхадо — испанское обращение к крестнику.
86
Реаль Алькасар де Мадрид (дословный перевод с испанского — Королевский Алькасар в Мадриде) — несохранившееся здание, в котором с 1537 года по 1734 год находилась резиденция испанских монархов. Полностью сгорело в 1734 году при подозрительных обстоятельствах.