Туман

Далеко, за сплетением веток, в лесном коридоре, который прорубила река, что-то двинулось. Слишком большое, чтобы быть живым существом. Боец мгновенно сгруппировался, потянулся к мечу.

- Чтоб ты потонула, проклятая, - потянулся и от всей души пожелал Имлерих, с положения которого было хорошо видно баржу.

Большую баржу. Не очень тяжело, но все-таки груженую. Чем-то она не понравилась лешему, в висках кольнуло ощущением, что везет людское корыто неприятности, достаточно много и разнообразные. И бороться с ними доведется их троице.

Непроизвольно бывший эльф сделал знак, отводящий беду – впервые за несколько лет. Впрочем, опыт подсказывал, что знаками в жизни решается немногое.

Скрывшись за зеленью, они пропустили судно мимо. Высокие борта, небрежно просмоленные, без щитов и даже названия. Серые паруса. Запах… запах резанул по ноздрям, несмотря на расстояние и почти полное безветрие – вполне логичные пот, рыба, грязь, копоть. Кровь. Горелое мясо. Звука не услышал бы не только человек, не только ведьмак, но и Туман, только Имлерих слишком давно стал нежитью.

— В лагерь, скрытно.

У костра ведьмак точил клинки.

Туман кожей ощутил его настороженность и сменившееся настроение демона. Имлерих был собран, кажется, немного зол на кого-то неведомого, и готов к действиям.

- Видел? – кивнул он в сторону скрывающейся за излучиной кормы.

- Видел. Не понравилась. Что такое ей могли доставить?

- Кого, а не что. Можешь узнать, для чего и когда это произойдет?

- Могу, узнаю, постараюсь обернуться быстрее.

- Хорошо. Сделай.

Кей занялся лошадью. Уже поднимаясь в седло, коснулся плеча генмода:

- Ты как, все нормально?

- Почти, - виновато шевельнул максиллами боец.

- Вот и умница.

Ведьмак пришпорил копытное и быстро скрылся за кустарником, только цокот подков еще долго плыл в воздухе.

Туман повернулся к лидеру, ожидая инструкций.

- Этот корабль, - медленно и глухо заговорил демон, - привез пленников. Скорее всего, на пытки и казнь. И было бы на это мне глубоко наплевать, если бы один из них, хотя бы один, ни был эльфом. Я демон. Я леший, уже не один год. Но позволить потешаться над смертью старшего народа каким-то паршивым dhoine я не хочу.

Туман ожидал продолжения.

- Тебя эта распря не касается. Когда вернется Кейан, можешь уходить вместе с ним.

Генмод нахмурился. Наклонил голову, пытаясь понять, что хочет сказать таким странным приказом лесной дух, но никакого двойного смысла во фразе не нашел.

- Ты приказываешь мне уйти?

- Это не твоя война, gwen vatt’ghern. И даже не моя, если уж на то пошло.

- Почему? Потому что я выказал при тебе недостойную слабость?

- Причем тут?..

Но Туман уже потерял остатки контроля. Его, по терминологии ведьмака, «понесло». Впервые с того момента, как под белыми пальцами хрустнула шея Грота.

- Это твоя война. И если мы твой клан, значит, и наша. Кейану дело нашлось, так чем же я оказался хуже? Меньше знаю? Не так сражаюсь? И если дело в том, что случилось часом раньше… я… я этого не желал. Я…

- Я не знаю, сколько там будет чародеев и ведьмаков. Чужих ведьмаков.

- Считаешь, что подведу?

- Не хочу, чтобы тебя убили. Это ты можешь понять?!

- Нет, - глядя на ощерившегося Имлериха ответил Туман. – Воин живет во благо клана. Его честь и победы служат клану. Среди звезд я был даже не воином, только бойцом, но здесь… Я пойду за тобой куда угодно. В подземелья. В метель. В огонь. И умру безропотно, если это потребуется.

- Это меня и пугает, - очень тихо буркнул леший. – А задача любого отряда – достигнуть цели, и при этом не погибнуть…

Комментарий к Бедный мой малыш, кто тебе сказал, что живой цветок тверже, чем металл?

Сауроныч “Черные рыцари”

Белые шапки гор с головами сорваны

Сбитый орел оставляет багряный шлейф

Мчатся к нему на подмогу стальные вороны

В гербе на крыльях скалится звездный лев

Черные рыцари, где ваша цель заветная?

Константинополь пал под серпы копыт

Гробу Господню отдали дань последнюю

Каждым десятым каждый второй убит

Марево знамен у церковных врат

Мы его найдем наш заветный град -

Мы его возьмем сталью или нет, кровью или так.

Яростный хорал завязал кресты

Колдовским узлом сложной простоты

Щерится в портал с барельефов сталь сворами собак.

Волны на реке, за кормою - боль

Главное - сыграть ключевую роль

Кровью из стигмат напоить святых, ждущих перемен.

Главное - взлететь - ну и пусть, что вниз

Что такое смерть, что такое жизнь?

Просто бугорок в зарослях крестов у церковных стен

Тот, кто вернется завтра - не данник прошлому.

Что ты приперся? Здесь только гул огня.

Ты же прошел весь путь от простого к сложному,

Ты же просил: Боже мой, не забудь меня!

Бедный мой малыш, кто тебе сказал,

Что живой цветок тверже, чем металл?

Слава не цена, совесть не урок, воля не успех.

С ним или на нем - скользкая мораль

Только и щита для безумца жаль

Льется в высоту черною стрелой леденящий смех

========== Прощай, и если навсегда, то навсегда прощай… ==========

Кейан вернулся к вечеру, хмуро-задумчивый, каким бывал раньше очень редко.

- Баржей привезли повстанцев, скаятаэлей Стеклянных гор. Даже не слышал про такие…

- Пещерный город под Синими горами, - буркнул Имлерих. – Самоцветные копи и подземные сады. Очень старое и красивое поселение… было.

- Немного, душ двадцать – эльфы, краснолюды и вроде бы пара низушков. Показательно казнить их собираются завтра на центральной площади, после сожжения эльфьего чародея. – Ведьмак поморщился. - Пока держат на барже, переводить в здешнюю тюрьму боятся.

- Баржа, значит, - криво усмехнулся леший. – Ну что же… пусть будет баржа.

- Было бы хорошо свистнуть их всех вместе с баржей, - кивнул Кейан. – Но, боюсь, не выйдет. Река узкая, посудина тихоходная, ее просто закидают горящими стрелами.

- Баржа должна остаться на месте, но опустеть как можно ближе к полуночи, - протянул Имлерих. – Если погоня пойдет не сразу, за ночь можно увести беглецов в сторону перевалов. Затеряться в лесах.

- В городе стоит конная сотня. Даже если она сорвется в погоню утром, раненых за пять-шесть часов ты далеко не уведешь. А даже если их не найдут… в городе будет резня тех, кого заподозрят в укрывательстве.

- Значит, конная сотня не должна вернуться в город, - прошипел Имлерих. - По вполне заметной причине – из-за нападения чудовища.

- Ведьмаков в городе вроде бы нет, - прицелившись взглядом в одинокое облако, прикинул Кейан. – Знаешь, а я могу, пожалуй, попробовать набиться к поимщикам в помощники. Авось, пригожусь для чего. Вот только как ты полезешь на баржу, скажи, пожалуйста?

- В чем особенная сложность?

Кейан хихикнул.

- В твоем главном украшении, например. В, прости меня, Имлерих, рогах размахом как у матерого лося. Такие посудины я видел – узкие проходы, куча веревок и пьяные матросы по всем углам. Хорош ты будешь, застрявший в такелаже и сломавший мачту…

Имлерих тихо выругался на старшей речи.

- На баржу стоит идти Туману. Одному. Погоди! – Кейан вскинул ладонь, прерывая зарычавшего демона. – Туман куда сильнее меня и пластичнее тебя. Знаки и ловушки ему показывали. Пленники не идиоты, мешать своему спасителю не станут. В ограниченном пространстве воевать и ориентироваться Туман умеет лучше нас обоих. Где я не прав?

- Прав. Если там не окажется сторожевого мага.

- Ты просто не видел, как Туман разбирается с магами, - оскалился в улыбке ведьмак. – И скажу тебе – делает он это просто божественно.

- Хорошо, - криво усмехнулся Имлерих. – Примем эту часть плана без изменений. Тем временем ты с вечера пойдешь искать контракт у начальника стражи. Постараешься с вечера присоединиться к караулу и с ним дождаться полуночи. Если на барже начнется тревога, отправишься «убивать» чудовище, за которое нашего друга ожидаемо примут. Если тревоги не будет, спокойно покинешь город и выйдешь через пару дней к нашим руинам. Там и встретимся. Va fail.