Скрытые острова

Легенды гласили, что последняя Белая леди любит танцевать, и не лгали...

На восемнадцатом круге Чернокнижник понял, что у него темнеет в глазах, а грудь едва не разрывается от недостатка воздуха, но не остановился. Он слишком много сил вложил в проклятую команду и ее капитана, чтобы добровольно отдать, пусть и Белой леди.

====== Вальс на палубе ======

Когда лейтенант сообщил, что пленник желает видеть капитана, Армандо согласился. Не потому, что рассчитывал добиться от Воробья чего-то более или менее полезного. Не потому, что намеревался в самом деле слушать чушь, которую по обыкновению станет молоть пират. Ему просто хотелось сорвать на ком-либо зло за собственную глупость.

Где-то в глубине души испанец надеялся, что рано или поздно их хватится и отыщет маг – на то он и маг, в конце концов. Эта мысль не доставляла удовольствия ни гордому капитану, ни ревностному христианину, но была единственным вменяемым способом выбраться из ловушки. Более того, в последнюю ночь (корабельные склянки продолжали отбивать время по хронометру, хотя освещение вокруг ни на йоту не изменилось) он даже пытался как-то «докричаться» до колдуна, сперва мысленно, потом разговаривая с ним вслух, и наконец – вычерчивая его имя на бумаге, что, по некоторым слухам, делать было противопоказано, ибо колдун обязательно явится посмотреть, кто же его призывает.

Ни один способ результата не дал, и вот, около восьми утра Джек-Воробей предстал перед капитаном Марии.

- Что ты можешь сказать, пират? – осведомился Армандо, едва сдерживаясь, чтобы не начать беседу с оплеухи.

- Капитан, я вижу, что из тумана мы так и не вышли. Может быть, мы все-таки найдем общие точки, темы, и договоримся? Поверьте мне, здесь можно застрять на века, и куда хуже, чем в Треугольнике дьявола…

- Я не люблю страшных сказок, – отрезал капитан.

- Помните, я предлагал, и даже все еще предлагаю вам помощь опытного моряка… этих необычных вод. Дайте мне шлюпку, и я укажу вам путь под синее небо.

- И сбежишь прежде, чем тебя успеют подстрелить, – засмеялся Армандо. – Мой ответ – нет.

- Не стоит дожидаться, пока эту палубу решит посетить Белая леди. От ее чудесных ручек нет ни защиты, ни оберега.

- Очередная пиратская легенда?

- Ваша воля, считайте, чем хотите, – теребя какие-то амулеты, привязанные к концу косицы, отозвался Воробей. – Но поверьте, она может оказаться крайне неприятной гостьей.

Армандо шагнул к пирату, тот дернулся, отступил, и то ли случайно, то ли нарочно уронил одну из своих подвесок на палубу – небольшой прозрачный кристалл. Тот со звоном лопнул.

- Ну и что это было? – с угрозой спросил Армандо, надвигаясь на пленника.

- Капитан! Что это?..

«Это» наверняка услышали все – грустный, но чарующе прекрасный перезвон далеких колокольчиков.

Пленник попятился, прижимаясь спиной к конвоирам, и Армандо стремительно обернулся. У фок-мачты, спиной к ней, лицом к корме, стоял чернокнижник. Впрочем, по его лицу было сразу видно, что разговаривать он не собирается, и вообще, с перезвоном связана какая-то эпическая гадость, потому что смотрел Уолтер строго на ют с застывшей, если не сказать окаменевшей физиономией.

Оглянувшись в другую сторону, дэль Морено увидел, кто такая Белая леди, и почувствовал, как волосы пытаются подняться дыбом – понимали они явно подольше своего обладателя.

Чернокнижник спустился навстречу даме в белом, – слава Господу, никому из команды не пришло в голову путаться у нее или у него под ногами. Сам Армандо отступил к борту. Он всеми фибрами, и даже, кажется, жабрами ощущал идущую от фантома смертельную опасность, а потому, пользуясь паузой, взял Воробья за глотку.

- Это кто, прах бы тебя побрал?

- Белая леди, – прошептал очень тихо пират. – Та, что останавливает дыхание. Короче, Смерть. Смекаешь?

- Что ей здесь нужно?

- Думаю, поразвлечься. Все-таки баба, они любят всякие танцульки и финтирлюшки… Хорошо, что твой ведьмак пригласил ее, а то ведь могла забрать любого.

- Как ее изгнать?

- Изгнать? Никак. Она сама приходит и сама уходит, когда наиграется.

- То есть ее что, нужно развлекать, пока сама не решит уйти?

- Ну… вроде того. Но я, знаешь ли, пас. Все равно я и поклона приличного не знаю.

- Пока она может быть довольна кавалером, – пробормотал капитан, глядя, как легко и изящно ведет в танце чернокнижник.

- А вот тут я бы не сильно обольщался. Ее прикосновения, знаешь ли, пострашнее каленого железа. Нет, у тебя в приятелях хороший колдун, хоть и не сказал бы по тебе, вроде тот еще святоша. Но вот надолго его не хватит.

«Не хватит,» – согласился про себя проклятый. Он видел, как круг за кругом белеет лицо чернокнижника, как он пока украдкой, но все явственней ловит тяжелый влажный воздух, как мучительно вздрагивает, словно под непомерной ношей плечо.

На восемнадцатом туре, встретившись взглядом с пустыми от боли глазами мага, капитан сжал зубы и шагнул в круг , в полупоклоне предлагая Белой леди сменить партнера. И, слава небесам, она согласилась сразу же.

Жуткий вальс продолжился: теперь женщина в белом невесомо касалась ладони Армандо, а тот с улыбкой молол какую-то куртуазную чушь, не запоминая текста. Губы быстро онемели.

Она в самом деле была прекрасной партнершей – гибкой, стремительной, с потрясающим чувством ритма и меры.

Краем глаза капитан наблюдал за опирающимся на борт Уолтером – тот все еще мучительно хватал ртом воздух.

Серебряные глаза смерти за переплетением маски искрились и смеялись.

- Вы прекрасный танцор, капитан и любезный кавалер. Я очень признательна вам за этот танец.

- Не стоит благодарности, синьорита, – он не знал, синьорита Смерть или все же синьора. – Любой человек, если только он не лишен чувства прекрасного, будет счастлив танцевать с Вами.

- Вы не устали?

- Ни капли, синьора.

Это было правдой, хотя только отчасти. Фигуры вальса Армандо выполнял машинально, ни на миг не задумываясь, количество кругов просто не считал. А вот смотреть в расплавленное серебро без зрачков и белков было тяжело.

Наблюдать, как не может прийти в себя маг, тоже было достаточно скверно, особенно потому, что именно сейчас до капитана дошло – на “Марии” только один полноценно-живой человек, собственно чернокнижник. Если дама пожелает снова сменить партнера, им станет Уолтер, а второго танца с Белой леди он не выдержит. И что приключится тогда – ведомо только Господу и его антиподу.

Мелодия подходила к концу. Смерть улыбалась.

- Не кажется ли вам, что сегодня время тянется слишком долго? Может быть, его вовсе отменили и не сказали нам?

- Возможно. Но, право же, я не возражаю. Пусть будет так, как вам угодно, синьорита.

Она засмеялась серебряным колокольчиком.

- Вы не только любезный человек, Армандо дэль Морено, но и очень храбрый. Вы знаете об этом?

- Кавалер обязан поступать сообразно долгу и совести, а оценивать храбрость того или иного поступка – не лучшее времяпрепровождение.

- Считайте, что один Ваш поступок я оценила. И сочла его более чем достойным, капитан. – Она остановилась, все еще опираясь на его руку. Сквозь перчатку ощущались ледяные и очень сильные, но вполне женские пальцы. – Еще раз благодарю вас за прием и развлечение. Передайте также мою благодарность вашему другу. А теперь мне пора.

- Благодарю вас, синьора, и обязуюсь передать Ваши слова в точности. – Армандо собрал волю в кулак, и самым дружелюбным тоном добавил: – Позволите ли спросить, может ли повториться наша встреча?

- Все может быть, – засмеялась Белая леди. – Но не думаю, чтобы она повторилась скоро. Удачи вам, капитан. Не поворачивайтесь спиной к тому, кто говорит слишком сладким голосом.

- Благодарю за совет. Удачи и вам, прекрасная дама.

Армандо склонился в поклоне, а она... она просто исчезла. А потом сквозь туман на палубу брызнул тонкий солнечный луч.

Уолтер сел там же, где стоял и распростерся на палубе.