Страница 8 из 20
«Да ты как прилипала, - словно наяву прогрохотал в ушах отцовский бас. – Готов прицепиться к любому, кто поманит! Хоть бы это был чужой Старший, хоть торговец, да и к Летящему небось рано или поздно прилипнешь!»
Тогда ему досталось за то, что вызвался показать торговцам дорогу в обход обвала, и темноглазый тучный дядька насыпал полные ладони конфет… Черк принес их домой, получил ремня и выговор – оказывается, за новый маршрут Взрослые планировали что-то выторговать. А вышло-то, что отец оказался прав, Летящий на дороге все-таки нашелся. Только как объяснить, что «прилипал» он, Черк, вовсе не из-за конфет? Что невыносимо тянуло к любому, готовому сказать, а не крикнуть? Поддержать в беде, а не ударить? Только среди Крылатых таких почему-то не находилось…
Черк сцепил зубы, чтобы не завыть жалко. Летящий смотрел всепонимающе, грустно, словно видел Младшего насквозь, и от этого было еще тяжелее.
- Я не трус, Старший, - он почти всхлипнул, не замечая, что заламывает пальцы, оставляя на них следы ногтей. – Может, мне в самом деле стать Летящим, как ты?
Азеф покачал головой. Помолчал еще пару секунд.
- Одевай крыло. Проводишь до башни. Там посмотрим.
Почему-то от прозвучавшего приказа стало легче. Может быть, потому что отступать при Старшем было не просто позором, но и позором, ведущим к казни? Черк вскочил, отставив тарелку на пол, встряхнул крыло, расправляя его, стащил с себя одежки и с удовольствием нырнул в комбинезон. Вытянулся перед Азефом в струнку через три минуты, полностью готовый, только безоружный, и понял, что Летящий тоже успел одеться, и, кажется, ждет непутевого Младшего.
- Идем.
«Идем» было почему-то не наверх, а в санузел, к зеркалу. Огромное стекло при приближении Азефа затуманилось, его поверхность задрожала и поплыла, превращаясь в темный проход из которого тянуло ледяным холодом.
- Не отставай.
Черк подавил желание схватиться за пояс или складку крыла Летящего, и шагнул вслед за ним, задержав дыхание. По ту сторону… собственно, никакой «той стороны» и не было, а был последний круг винтовой лестницы, площадка и полый цилиндр башни, освещенный черными факелами. И зеркала, как такового тоже не было, только гладко отполированные каменные панели в стенах. На мгновение Черк задумался, куда они ведут, но Азеф кивнул на каменный колодец:
- Развернешься?
Черк тоже кивнул, хотя планировать тут было очень тесно, а вверх - так и вовсе не взлететь. Летящий просто спрыгнул, прижимая руки к телу, и развернул крыло только где-то у самых первых этажей, превратившись в черный крестик. Младший вдохнул, выдохнул, и заскользил вниз по спирали, как падает осенний лист. Ему удалось ни разу не зацепить стену, хотя факелы отзывались раздраженным гулом. Азеф стоял перед очередной панелью в стене, на этот раз – из черного гранита. На этой панели он пальцем вычертил неизвестный Черку символ, и та без звука отошла в сторону. Младший двинулся за своим Старшим на половину шага позади.
Здесь был подвал. Не очень глубокий, с отдельной короткой лестницей, разделенный на три или четыре комнатки, с какими-то ящиками и стойками за системой решеток. Одну из них Азеф сейчас открыл, коснувшись замка ладонью и что-то прошептав.
- Выбирай.
Черк почувствовал, как колотится сердце и разбегаются глаза – здесь была оружейная. Клинки висели на специальных скобах, очень разные, от южных сабель до прямых мечей Крылатых. Некоторые даже смотрелись угрожающе, словно предупреждали – не трогай нас, плохо будет. Некоторые были просто доброй сталью, здешней или не здешней работы.
- Можно?
Вместо ответа Азеф кивнул. Рука Черка сомкнулась на коротком и легком на вид клинке, прямом, и чуть расширенном на округленном конце лезвия. В ладонь он ложился идеально, а когда с шелестом рассек воздух, Младший понял, что лучшего оружия у него не было никогда. Поднимаясь по ступеням наверх, он то и дело поглаживал то рукоять, завершенную металлическим шаром, по круглую пластину щитка, то потертую кожу ножен, и только у входа в башню поднял глаза на Летящего.
- Спасибо, Старший! Этот меч… самый лучший меч, лучше не бывает.
- У него есть имя, - сказал Азеф. Он оглядывал окрестности с широкого и низкого парапета, обрамлявшего крыльцо. – Этот фальшион зовут Малыш. Его подарила Беата.
- А она не рассердится? – на всякий случай уточнил Черк.
- Не думаю. Мне он не по руке. Слишком короткий. Ты готов?
- Готов, Старший.
- За мной.
Азеф оттолкнулся и взмыл в небо. Черк был очень рад, что может следовать за ним на этот раз без промедления, да и показать, как летаешь, Старшему всегда лестно. Особенно, если летаешь грамотно и быстро.
Правда, как оказалось, Азеф тоже хорошо летал. Гораздо лучше, чем многие Старшие и чем многие из тех, с кем приходилось воевать раньше. Он очень хорошо чувствовал собственную массу, поэтому делал сложные маневры и виражи, и Черк тут же стал пытаться их повторить. Кое-что получалось, кое-что нет, но настроение поднималось и поднималось, словно тесто. Он жив, не под судом и не в ожидании казни. Он имеет крыло и летит. У него есть какой-никакой дом и Старший. И пусть этот Старший из Летящих – ведь он не требует пока пить черный огонь (а если потребует?). Но эту мысль Черк решительно прогнал. Увидел, как Азеф лихо переворачивается на спину, почти складывая крылья, попытался сделать это сам, начал падать, отчаянно забил крылом по воздуху…
Кто-то схватил его за шиворот, рывком повернул крыльями вверх а ногами вниз, и отпустил, а спустя секунду приставил к горлу клинок.
- Тигра! Не трогать!
Азеф уже завис рядом, мерно взмахивая плоскостями, чтобы поддерживать высоту.
Тигра – некрупный Летящий неопределенного возраста и пола, - неуверенно убрал меч.
- Это твой?.. – Кто именно уточнять он не стал.
- Мой.
Тигра сложил крылья и беззвучно канул вниз, и только тогда Черк понял, что они уже висят над Серой башней.
Серая башня с точки зрения Крылатых была дурным местом. Стояла она над водопадом, была высокой, почти в шестьдесят метров, и построена была из местной грязно-белой породы, за что и получила свое название. Обреталось в ней меньше десятка Летящих, но при этом за несколько лет сбить из них кого-то удавалось очень редко, а вот столкнуться с ее обитателями для неосторожного патруля почти всегда означало смерть.
- Вниз, - приказал Азеф и спланировал на посадочное кольцо. Ниже и выше его виднелись прорези бойниц, а верхнюю площадку скрывала шестигранная пирамида крыши. Черку снова стало не по себе, тем более, что на кольце, свободно распустив крыло, стояло еще несколько Летящих. – Не бойся.
«Все-то ты слышишь, Старший,» - хмуро подумал Крылатый, но команду выполнил.
Выступ из серого от ветров и дождей камня был шириной метра в полтора – годится и чтобы сесть, и чтобы дотянуть и падать. Стоявшие на нем четверо как по команде развернулись к Азефу и вставшему за его плечом Младшему. Беату Черк узнал, Тигры почему-то стало двое.
Третий Летящий был высоким, даже выше Азефа, и при этом тощим, как жердь (Младший сразу решил, что этот точно сбежал когда-то из Крылатых, а до того момента худел, как мог, чтобы как можно дольше не расставаться с полетом). Темноволосый, с бородкой и усами на длинном лице, он словно постоянно улыбался чему-то своему, хотя объяснялась эта иллюзия формой рта и старым шрамом через щеку. Глаза его тоже были странными, темно-сине-серыми, как грозовые облака, гораздо темнее, чем у Азефа, но светлее, чем у Беаты.
- Орт.
- Цел?
Азеф кивнул и чуть опустил голову.
- Больше так не делай, - сказал Орт и перевел внимательный взгляд на Черка. – С тобой?
- Да.
- Надолго?
- Да.
- Имя?
- Черк.
Орт кивнул и шагнул в небо.
- Хелден. Тигра.
Два имени прозвучали почти одновременно, и кто из близнецов их озвучил, Черк так и не понял. Потом обе копии Тигры (или Хелдена) тоже взлетели. Осталась только Беата.