Страница 99 из 195
В декабре 2003 года и летом 2004 года в прессе и в Интернете появились материалы журналиста Айрата Салафутдинова из Уфы, связанные с адвокатом Березовского Анатолием Блиновым. Как пишет журналист, «…в неофициальном общении корреспондента газеты „Дело №“ с представителями следствия те подтвердили, что найденные документы указывают на то, что деньги фонда „Курск“, предназначавшиеся семьям погибших подводников, были попросту расхищены. Однако станут ли найденные документы основанием для предъявления Анатолию Блинову новых обвинений, представители правоохранительных органов Башкирии сомневаются.
Причина тому — участие в деятельности фонда „Курск“ Бориса Березовского и его структур. Возникновение имени Березовского в уголовном деле Блинова скорее всего придаст этому делу политический аспект, в котором незаинтересован в первую очередь Кремль. Так что, возможно, эпизод с фондом „Курск“ вообще не получит огласки (…) Анатолий Блинов с сентября 2000 года являлся гендиректором и председателем Фонда помощи семьям членов экипажа подводной лодки „Курск“. Даже если сейчас будут обнародованы документы, доказывающие серьезные финансовые нарушения в деятельности фонда, Блинов в любом случае получит серьезное доказательство того, что его уголовное дело — издержки тех непростых отношений, которые существуют между Березовским и Кремлем. Разворованные деньги фонда в этом контексте — очень сомнительный аргумент в руках следствия.
Захочет ли Березовский, чтобы на него повесили разворованные деньги семей погибших подводников, неизвестно. Это обвинение вряд ли что-то изменит в жизни олигарха. А вот в судьбе Анатолия Блинова может. Похоже, что деньги, направленные Березовским для святой цели, украдены».
Я отправил письмо Березовскому, в котором просил либо связаться с членами семей и направить деньги на обучение детей, либо заявить о прекращении этой программы. Ответа я пока не получил. И уже не получу никогда — Березовского нет в живых.
Если Березовский и его фонд помогли хотя бы одному ребенку, деятельность этого фонда нужно признать полезной, даже если сама акция использовалась в политических целях.
Фрагмент фильма № 39
В атмосфере недоверия вокруг гибели Курска и моряков В. Путин представляет это как последствие ослабления власти. Для национального подъема ему нужны армия, СМИ и политики. Он сразу же принимает конкретные меры. В. Путин сообщил о повышении зарплат военнослужащим, госслужащим и работникам юстиции на 20 % с 1 декабря.
Когда Путин назначил В. Устинова на ведение судебного следствия, он также присоединяет к нему главу ФСБ Николая Патрушева. Устинов, по указанию Путина, ведет также судебные следствия против медиамагнатов. Владимир Гусинский уже в изгнании, и Борис Березовский — следующий на очереди. Он подвергся сильному давлению от правительства, от генпрокурора Устинова, от ФСБ и осенью 2000 г. был вынужден покинуть Россию.
Мой комментарий:
Действительно, именно с «Курска» Путин понял значение СМИ и важность взятия их под контроль. Именно «Курск» раскрыл перед президентом и перед народом состояние наших Вооруженных сил и необходимость их реформирования.
Никому, кроме как Устинову, президент и не мог поручить расследование дела «Курска»: Устинов — генеральный прокурор. Что касается ФСБ, то следов участия этой спецслужбы в материалах уголовного дела мне обнаружить не удалось. Я, впрочем, не исключаю, что военные контрразведчики Северного флота участвовали во внесении в официальные документы, связанные с подготовкой корабля и экипажа, ложных сведений. Кроме того, по-видимому, работники ФСБ проверяли версию террористического акта.
Напомню, что в составе экипажа были прикомандированные: старший лейтенант Арнольд Борисов, ведущий инженер военной приемки, и Мамед Гаджиев, представитель завода «Дагдизель», которые занимались подготовкой и испытаниями новых аккумуляторов многоразового действия для торпеды калибра 533 мм. В связи с личностью Гаджиева, собственно говоря, и появилась версия теракта. Каждому ясно, что это версия бредовая, но даже через много лет она периодически всплывает.
Фрагмент фильма № 40
Сергей Пархоменко, главный редактор журнала «Итоги»: «Я считаю, что проблема со СМИ была более или менее решена Путиным после Курска. Именно в этот момент власть и Путин лично увидели разницу между свободными СМИ и контролируемыми. Именно тогда он понял, что контроль над СМИ — это важно».
Нильс Бемер, норвежская экологическая ассоциация «Беллона»: «Когда произойдет новая авария, больше не будет журналистов, чтобы задать настоящие вопросы. Народ должен будет верить тому, что говорят газеты и официальное телевидение».
Мой комментарий:
Согласен полностью. Но хо тел бы обратить внимание на следующий факт: ни Сергей Пархоменко ни Нильс Бемер не являются сторонниками версии потопления «Курска» американцами, во всяком случае, в фильме они с этой версией не согласились. Думаю, что их, как и меня, при приглашении к участию в фильме ввели в заблуждение.
Фрагмент фильма № 41
В желании успокоения Путин решает поднять тела. Операция предоставлена американской фирме «Халлибартон», которой руководит Дик Чейни, будущий вице-президент США. Удалось обнаружить и поднять наверх тела 4-х подводников. Один из них опознан. Это командир турбинной группы Колесников.
Мой комментарий:
При чем тут Путин?! Какое успокоение? Как только возникла возможность поднять тела, они были подняты.
В ходе специальной операции по обследованию места катастрофы и затонувшего крейсера с 20 октября по 6 ноября 2000 года из крейсера были извлечены и опознаны тела 12 моряков: Аряпова Р. Р., Борисова А. М., Бочкова М. А., Бражкина А. В., Гесслера Р. А., Колесникова Д. Р., Коркина А. А., Кубикова Р. В., Кузнецова В. В., Майнагашева В. В., Мартынова Р. В. и Садиленко С. В.
Фрагмент фильма № 42
Борис Кузнецов, адвокат семей: «Там были обнаружены три записки. Две из них — это записка Колесникова и записка Садиленко. Они датированы. Из этих записок было известно, что после взрыва подводники из 7-го и 8-го отсека какое-то время они там жили. (2,5 дня)». Только часть этой записки сообщалась СМИ. Другие страницы — засекречены. В записке было написано: «Нас убили».
Мой комментарий:
Согласие на мое участие в этом фильме было получено обманом. Режиссеры не сообщили, что снимается фильм, где в качестве версии фигурирует столкновение с американской подводной лодкой и торпедирование «Курска». Более того, меня заверили, что в фильме будут изложены все версии гибели корабля и экипажа. Съемки продолжались целый день, записано было не менее часа моего монолога. Все свои соображения по поводу истинных причин трагедии я не просто высказал, но и подтвердил документами и схемами. Все это было вырезано.
Как я писал раньше, датированы были не все записки, а только записка Дмитрия Колесникова. Если быть совсем точным, то датирована только часть записки, написанная ровным почерком, которая, очевидно, написана в 15 часов 15 минут 12 августа. Записки Сергея Садиленко и Андрея Борисова, к сожалению, не содержат ни даты, ни времени написания.
Ни в одной из записок нет фразы: «Нас убили», авторы фильма лгут, цитируя неустановленную газету, которая тоже лжет, если она вообще существует. Если бы моряки кормовых отсеков знали все обстоятельства, которые привели к их гибели и гибели их товарищей, у них было бы право так написать.