Страница 45 из 195
По некоторым данным, этот водолазный шланг снят с вооружения.
Прояснение этого вопроса могло бы стать предметом исследования при дополнительном расследовании, в проведение которого уперлась Генпрокуратура. В материалах уголовного дела других упоминаний о BШ-5 я не нашел.
Умышленно следователь Артур Егиев упустил замечание «Рубина» или нет, но отсутствие шланга, который исключал выход подводников из 9-го отсека, вызвало бы новые вопросы: кто и почему не проверил готовность аварийно-спасательного оборудования и разрешил выход корабля в море?
А виновные, как известно, остались на берегу.
Глава 14. Экспертиза лжи и предательства
Главная военная прокуратура, а следом и генеральный прокурор заявили на всю страну, что оставшиеся в живых подводники жили не более 8 часов, а стуки из-под воды — это чьи-то шутки. Нужно обладать определенной долей мужества, чтобы признать стуки, о которых вещали пресс-службы Северного флота и ВМФ России, а за ними повторяли многочисленные средства массовой информации, бредом и фантазией, а Главкома ВМФ Владимира Куроедова и председателя правительственной комиссии Илью Клебанова — людьми, которые говорили о стуках еще в первые дни, — ненадолго выпущенными из психиатрической больницы имени Кащенко.
А как быть с мнением первого заместителя начальника Главного штаба ВМФ России вице-адмирала Владислава Ильина, который на презентации книги Владимира Шигина «АПРК „Курск“» 20 марта 2002 года в «Александр-Хаусе» заявил: «Я скажу, что по тому подводному закону и по тому характеру развивающихся событий, по всей видимости, все-таки жизнь в 9-м отсеке оборвалась где-то на третьи сутки после катастрофы»[56].
В интервью 16 августа 2000 года капитан I ранга Борис Коляда[57], который был старшим на борту погибшей ПЛ «Комсомолец», на вопрос «Борис Григорьевич, что, на ваш взгляд, происходит сейчас в отсеках „Курска“», ответил:
«— Сейчас не столько важно, что произошло, сколько то, есть ли у экипажа шансы на спасение. Каждые прошедшие сутки резко их уменьшают. Ребятам сейчас там очень тяжело. Могу себе представить: лодка обесточена, по отсекам ходят только с аварийными аккумуляторными фонарями. Холодно. Температура забортной воды не выше четырех градусов тепла. Связи практически нет. Всплывающая спасательная камера расположена в рубке. Насколько мне известно, затоплены 1-й и 2-й отсеки, значит, доступа в рубку к спасательной камере нет. По этой же причине не отдан и носовой аварийный буй. Версия мощного лобового удара при таком характере повреждений весьма вероятна.
— На сколько им хватит воздуха? Британские эксперты сообщили по радио, что подводники могут продержаться только 48 часов…
— Если отсеки сухие, то при наличии обычных РДУ — регенеративных дыхательных установок — они могут продержаться неделю. Если отсеки подтоплены, меньше… Обычно затопление сопровождается возгораниями электротехники с неизбежным задымлением. С момента аварии уже прошло почти четверо суток. Это снижает шансы».
Это — мнения специалистов-подводников. А вот — официальные сообщения.
«Новости России». Среда, 16 августа 2000 года. Акустические сигналы с подлодки «Курск» уже не поступают. Сегодня днем на спасательных судах, работающих в Баренцевом море, не регистрировали акустических сигналов с терпящей бедствие подлодки «Курск». В штабе Северного флота отмечают, что эти сигналы могут заглушать работающие под водой аппараты или волнение моря. С другой стороны, не исключено, что членам экипажа не удавалось стучать по корпусу с силой, достаточной для того, чтобы сигналы зарегистрировали на спасательных судах.
NEWSru.com. 15 августа 2000 года. 20:00: В 20:00, после того как шторм несколько утих, попытки пристыковать к лодке спасательный колокол продолжились. Все они оказались безуспешными. В этот день оставшиеся в живых члены экипажа перестали подавать сигналы бедствия. Главнокомандующий ВМФ Куроедов заявляет, что запасы воздуха на лодке кончатся к середине дня 18 августа.
Газета «Сегодня». № 137 (638), 16.08.2000: Грунт, на котором лежит подводная лодка, представляет собой илистый песок; и подводные опускаемые аппараты испытывают трудности из-за крайне плохой видимости на глубине. По мнению Главкома ВМФ России Владимира Куроедова, «исход операции по спасению подводников в значительной мере зависит от состояния корпуса подводной лодки». Пока неизвестно, отметил адмирал Куроедов, какое количество отсеков затоплено. На борту подводной лодки «Курск» нет ядерного оружия.
Говоря о возможных причинах аварии, Главком ВМФ России заявил:
«Вероятно, трагическое совпадение ряда объективных и субъективных факторов привело к таким последствиям». Средствами шумопередачи — «перестукивания» — установлено, что члены экипажа подводной лодки «Курск» живы, но есть ли среди них раненые, пока неизвестно.
На борту подлодки находятся 103 человека. Как подчеркнул представитель штаба ВМФ России, самостоятельно она всплыть не может — главная энергетическая установка заглушена. Пока питание на борту поддерживается за счет аккумуляторных батарей.
Точные причины аварии подлодки, подчеркнули в штабе, не могут быть установлены до тех пор, пока не произведен детальный осмотр ее внешнего корпуса и не будет осуществлен непосредственный личный контакт с экипажем. В пресс-службе сообщили, что с экипажем не прекращается гидроакустическая связь, что значит, что «люди живы, и это пока главное».
Глава правительственной комиссии Илья Клебанов.
16 августа председатель правительственной комиссии, вице-премьер Илья Клебанов сообщил, что стуки из корпуса «Курска» прекратились, о чем я уже писал. Что касается Владимира Устинова, то вряд ли Генеральный прокурор Российской Федерации настолько бесшабашен, что станет выставлять себя на всю страну болтуном, утверждая, что подводники в 9-м отсеке погибли в первые 8 часов. Значит, у него были «убийственные» доказательства?
Да, были. Это судебно-медицинская экспертиза, проводившаяся при участии главного судебно-медицинского эксперта Минобороны Виктора Колкутина.
Колкутин утверждает, что моряки в 9-м отсеке жили не более 8 часов. На основании этой экспертизы следствие сделало вывод о том, что между бездарно проведенной спасательной операцией и гибелью людей нет причинной связи.
Главный судебно-медицинский эксперт Министерства обороны Виктор Колкутин.
Краткое пояснение для читателя, далекого от юридической науки и практики. В уголовном праве есть целый ряд составов преступлений, в которых законодатель в качестве обязательного условия предусмотрел наступление общественно-опасных последствий. Такие составы преступления именуются материальными составами. Так, например, статья 143 Уголовного кодекса устанавливает ответственность за нарушение правил охраны труда. Ответственность за нарушение правил техники безопасности или иных правил охраны труда в отношении лиц, на которых была возложена обязанность соблюдения этих правил, может наступить лишь в том случае, если это причинило тяжкий вред здоровью или привело к смерти. При таких материальных составах обязательным условием является наличие причинной связи между деянием (действием или преступным бездействием) и последствиями. Одно из важнейших условий наличия причинной связи: деяние должно предшествовать наступлению последствий.
В нашем случае если моряки 9-го отсека погибли до начала спасательной операции, то причинной связи между бездарной спасательной операцией и последствиями — гибелью людей — не будет. Если же в момент начала спасательной операции они были живы, то состав преступления есть. Вот почему время наступления смерти подводников имеет принципиальное значение с точки зрения ответственности должностных лиц Северного флота.