Страница 61 из 81
— Сколько у них людей?
— Никто не знает, Казекаге-сама. Видите ли, далеко не во всех странах, поддержавших противника, имеются известные нам селения шиноби. Деревни могли быть созданы недавно, равно как и феодалы могли успеть позаботиться о других способах вооружения населения. Шиноби-разведчики не смогли ничего выяснить, а один из отрядов, посланных Райкаге... не вернулся вообще. Все что мы можем...
— Их около тысяч двух-трёх, едва ли наберется больше, — перебил его советник Гоза. — Численность армии Альянса превосходит их в десятки раз, так что их затея заведомо обречена на провал. Этот наглец, даймё страны Птиц, и сам все понимает, поэтому и не выступает первым!
Гаара невозмутимо вздохнул, опустив руки на колени.
— Не думаю, что это и есть причина их бездействия на настоящий момент, — спокойно произнес он, однако не успел завершить свою мысль.
— Альянс должен нанести по ним свой удар! — перебивая его, воскликнул советник, имя которого девушке было неизвестно.
— Вот именно! Разбить их до того, как они успеют напасть на наши деревни!
Саюри удивлённо вскинула брови, наблюдая за полемикой: четверо советников особенно оживились, обсуждая то, как следует разбить противника. Канкуро, сидевший справа от неё, тяжело вздохнул, подпирая голову рукой. Гаара лишь устало наблюдал за их дискуссией, очевидно, приняв решение не вмешиваться до тех пор, пока им самим не надоест.
Рисуя на разложенной по поверхности стола карте мира возможные линии наступления объединённых сил армии Альянса они так подробно описывали свои и вражеские потери, тактики и разделение на дивизии, что девушка даже удивилась: люди, не воевавшие самостоятельно уже много лет, позволяли себе настолько смело распоряжаться жизнями других людей...
— Уважаемая представительница интересов Киригакуре, — вдруг обратился к девушке советник Гоза с некоторой иронией в голосе. — Вы выглядите удивлённой. Я понимаю, возможно, на заседании Совета обсуждаются несколько сложные политические вопросы, детали которых Вам могут быть непонятны, так что, если необходимо, я мог бы пояснить некоторые моменты, чтобы Вы тоже могли поучаствовать в нашей дискуссии...
Взглянув на куноичи с высоты своего роста, мужчина едва заметно дёрнул уголком рта, как бы ухмыляясь, чувствуя свою маленькую победу — было очевидно, что он не считал её достаточно умной и осведомлённый для того, чтобы понять всю сложность и нюансы обсуждаемого вопроса.
Девушка подняла на него глаза, отвлекаясь от собственных мыслей и собирая в кулак всю свою твердость. Краем глаза она заметила, как приоткрылся рот Гаары — Казекаге уже хотел было ответить за неё, однако в кое-то веке она не позволила ему это сделать, начав говорить раньше.
— Нет-нет, что Вы, — улыбнулась советнику Саюри, смущённо поправляя упавшую на лоб прядь волос из хвоста. — Я прекрасно понимаю все, о чем Вы говорите. Мизукаге-сама лично ввела меня в курс дела и...
— Однако вы выглядите такой растерянной, — не унимался мужчина, снисходительно глядя на неё.
Саюри чуть склонила голову набок.
— Простите мне моё удивление, Гоза-сан, — произнесла она, надеясь, что её голос, звучавший в тот момент так уверенно, не дрогнет от волнения. — Понимаете ли, я всю жизнь жила в другой стране с другими правилами, так что привыкнуть к тому, что, например, уважаемые члены совета могут не только непосредственно советовать, а говорить наравне с Каге и самостоятельно принимать какие-либо решения... простите, для меня это пока что непривычно.
Продолжая искренне смотреть в помрачневшие глаза советника, девушка заметила, как её слова осадили его и, как следствие, других. Саюри это привело в некое замешательство, хотя не могло и не радовать, так что ей едва удалось скрыть выступивший на бледных щеках румянец.
Гоза и другие стоявшие над столом мужчины один за другим сели обратно на стулья, исподлобья с неодобрением и даже неприязнью поглядывая на куноичи, тогда как Баки довольно ухмыльнулся. Канкуро же едва сумел подавить смешок.
— Ты глянь, как у них рожи вытянулись! — еле-еле слышно прошептал он, приблизившись, наклоняясь над ухом девушки.
— Я сказала что-то не то? — взволновано спросила его Саюри. — Мои слова показались им грубыми?
Канкуро улыбнулся, незаметно положив руку на её плечо.
— Скорее правдивыми, — ответил он. — Нет у них никаких полномочий, а ты им об этом напомнила. Причём в самый подходящий момент.
Саюри не на шутку забеспокоилась: оскорблять членов Совета она уж никак не планировала. Ещё бы — в чужой деревне, да ещё и в такое время — уж точно не этого от неё ждали. Она украдкой взглянула на Казекаге, ожидая увидеть его злым или разочарованным, однако прогадала. Молодой правитель Сунагакуре выглядел... довольным? Поймав взгляд девушки, он взглянул на неё с неожиданным одобрением, словно именно этого и хотел.
— Большое спасибо всем высказавшимся уважаемым советникам, — произнес Гаара, — однако я, как и все остальные Каге, убеждён, что нападать сейчас никак нельзя. Формирование дивизий ещё не окончено, а вся объединённая армия прибудет сюда только в течении следующей недели. Так же у нас нет окончательных полных сведений о силах противника и его точном местоположении, поэтому выступать сейчас будет крайне неразумно. Не мы объявили войну, так что не нам её и начинать.
— Но Казекаге-сама, ведь лучшая атака — это нападение! — воскликнул один из советников. — Их мало, а значит, мы сильнее! Завершим войну одной-единственной битвой!
— Да помолчите Вы уже! — впервые вмешался Баки. Повисла гробовая тишина и все, включая и самого Гаару, обратили взоры на него. — Неужели Вам до сих пор не ясно, что шиноби не двинутся с места, пока это не будет необходимо? Мы не пошлём людей на смерть, не зная сил врага!
— Их в десятки раз меньше, чем нас, это же очевидно!
— А вдруг нет? Этот Сатоми...
— Сэтору.
— Неважно. Так вот этот человек не так прост, если смог объединить вокруг себя лидеров стольких стран! Думаете, он бы сунулся воевать, если бы знал, что заведомо не сможет выиграть? Зачем ему это делать? Он феодал страны Птиц и с законами должен быть знаком — в случае провала он остаток жизни проведёт в грязной камере за решеткой. Ни один человек в здравом уме добровольно не пойдёт на такое, если только этот риск не оправдан возможностью победы.
— Ну и как же, по-вашему, Баки-сан, он теоретически может попытаться победить? — поинтересовался советник Гоза. — В большинстве его стран-союзников даже нет деревень шиноби!
Баки не спешил с ответом. Надо сказать, вопрос действительно был сложным и к настоящему моменту ни у кого не было на него ответа. Это и было проблемой.
Саюри снова погрузилась в свои мысли, пытаясь рассуждать логически. Она вспомнила все, что только слышала об этом человеке за последнее время, мысленно добавила к этому все факты вроде пропаж шиноби и слухи, без которых так же обойтись не могло. Складывавшаяся из всех этих разношёрстных деталей картина не была ни целостной, ни полной, и так и не могла дать ответа на поставленный вопрос, однако у Саюри в голове все же возникла одна странная, но имевшая право на существование теория, которую девушка решила приберечь на потом.
Коротко взглянув на Казекаге, она заметила, что он напрягся — очевидно, ему этот вопрос тоже давно не давал покоя. Его лицо выглядело очень серьёзным, а руки, лежавшие на коленях, были сжаты в кулаки настолько сильно, что костяшки на них побелели. Саюри, не долго думая, протянула руку и осторожно накрыла его левый кулак своей ладонью.
Гаара вздрогнул от неожиданности, когда его кожа ощутила мягкое и холодное прикосновение, и поднял глаза. Девушка, едва заметно смутившись, улыбнулась ему, пытаясь немного подбодрить, и этот жест прошёлся током по всему его телу. Парень расслабил руку, раскрывая кулак, и взял её сравнительно маленькую ладошку в свою, тёплую. Он не был уверен, ибо не имел подобного опыта, однако что-то внутри подсказало ему, что именно так в тот момент надо было поступить.