Ночи Истории


В новеллах известного писателя восстановлены знаменитые преступления последних столетий — более или менее известные события, в которых крылась некая таинственность и которые были замешаны на игре человеческих страстей. Воображение автора расцвечивает изумительными красками тот рисунок, который нам оставила История.

Одиссея капитана Блада — английский и русский параллельные тексты


Это один из самых захватывающих романов в мировой приключенческой литературе. Прототипом благородного флибустьера Блада послужил реальный персонаж — англичанин Генри Морган, некогда раб и пират, ставший вице-губернатором Ямайки.

Черный лебедь


В романе «Черный Лебедь» мы встречаемся с пиратами и буканьерами, властителями морских просторов, и их предводителем легендарным Генри Морганом. После королевского помилования, самый известный английский пират Генри Морган назначается губернатором Ямайки. Морган запрещает пиратство в своих владениях, что приведет к расколу среди его капитанов. Рыжебородый Том Лич, грозный капитан «Черного Лебедя» и его помощник Уоган объявляют Моргану войну.

Капитан Мак. Игрок


В очередном выпуске серии представлены романы классиков приключенческой литературы Понсона дю Террайля «Капитан Мак» и Рафаэля Сабатини «Игрок». Действие обоих произведений происходит в средневековой Франции.

Меч Ислама. Псы Господни. Черный лебедь


На страницах этой книги оживают драматические страницы истории XVI–XVII вв.: чума в Генуе и костры инквизиции в Испании, пиратский разбой в Средиземном и Карибском морях и бесконечные баталии европейских держав за право вершить судьбы мира. Увлекаемые колесом фортуны, герои Сабатини пускаются навстречу опасным приключениям, становясь участниками невероятных происшествий прошлого, их ждут суровые испытания, выдержать которые им помогает ум, благородство и честь.

В настоящее издание вошли романы классика английской литературы Р. Сабатини «Меч Ислама», «Псы Господни» и «Черный лебедь».

Одиссея капитана Блада


Судьба была жестока к ирландскому врачу Питеру Бладу. В 1685 году он имел неосторожность оказать помощь раненому участнику восстания герцога Монмута. За милосердие к мятежнику Блад был сослан рабом в английские колонии в Вест-Индии.

 

Судьба переменчива — и скоро Блад превратится в самого дерзкого, удачливого и при этом благородного пирата в Карибском море. Он покорит сердце красавицы Арабеллы, дочери губернатора Барбадоса, и назовёт в её честь свой корабль. О его смелых вылазках и умении выбираться из любых ситуаций будут ходить легенды.

Похищение


Рафаэль Сабатини

Похищение

Мистер Грэнби возвращался домой от своего старинного приятеля, сквайра Клиффорда, подавленным. Оно и не удивительно: сколь бы благосклонно сквайр ни смотрел на его сватовство, факт оставался фактом: прекрасная Дженни Эгертон, подопечная сквайра, не проявляла к нему иных чувств, кроме дружеских. Дженни была романтичной натурой, как-то раз заметил сквайр, и тому, кто хотел завоевать её сердце, следовало соответствующе вести себя.

Но Грэнби прекрасно понимал, что сорокалетний холостяк, чья талия изрядно превосходила ширину его плеч, таким поведением рискует лишь выставить себя на посмешище. Спрятав руки в карманы своего камзола, нахлобучив треуголку на самый лоб, а хлыст сунув под мышку, он в глубокой задумчивости брёл по улицам городка, совершенно безразличный к крикам уличных торговцев, наперебой предлагавших свои товары к приближавшемуся Рождеству. Он свернул на Хай-Стрит и, пройдя ещё немного, толкнул дверь, ведущую в трактир с громки…

Свадебный подарок


Рафаэль Сабатини

Свадебный подарок

Сэр Джордж Джеффрейс, верховный судья Англии, оторвался от бумаг, что лежали перед ним, и поднял полные меланхолии глаза на свою посетительницу, леди Мэри Ормингтон.

— Вы оказали огромную услугу государству, мэм, — сказал он медленно и нежно. — И нет ни малейшего сомнения, что вам положено хорошее вознаграждение.

Его красные губы, которые казались особенно яркими на бледном лице, изогнулись в откровенной усмешке.

Он был облачен в алую мантию, отороченную горностаевым мехом, ибо только что вернулся из здания суда в Дорчестере, где, следуя указаниям своего короля, с присущим ему жестоким юмором, вызванным, возможно, поразившей его ужасной болезнью, вершил зловещее и беспощадное правосудие, которое превратило его имя в синоним кровожадности.

И все же, вы бы тщетно пытались обнаружить на этом бледном лице, продолговатые черты которого подчеркивались тяжелым париком, отпечаток жестокой натуры этого человека. Это бы…