Страница 26 из 58
«Скорее всего, ты прав. «Черный кролик» естественная часть Сансары и потому бессмертен, а вот «перенесенный» уже нет. Ее иммунная система защищается, отторгая чужеродный для себя элемент. Она возвращает код к первоначальному виду».
Хм… А что будет со мной? У меня ведь настоящий «перенос»?
«Кому ты поверил? Мобам? Так это легко проверить».
Как?
«Тела после смерти менять умеешь? Видимо, нет. Значит, не «чернокроль», а такая же фальшивка, как Шульц или Вертлявый. Когда-нибудь она исчезнет, а я останусь».
Ублюдок! Я переживу тебя, чертов инвалид! Захлестнувшая ярость придала сил. Я не сдамся!
«Разозлился? Отлично. Соберись, и валим отсюда».
– Мы освободим тебя! – торжественно объявил я Шульцу. Ключ от его кандалов по-прежнему висел на стене. – Только помоги нам выбраться!
– Глупец! – открыл он глаза. В них будто вспыхнуло пламя. Тот лихорадочный блеск безумия, увидев который, все обычно сочувственно замолкают. – Нельзя освободить то, что никогда и не было связано! Куда ты хочешь выбраться, если нет ни внешнего, ни внутреннего! Нет даже того, кто сказал бы, что «ничего нет»!
– Нас нет? Тебя нет? А кто тогда говорит? – раздраженно буркнул я, ковыряясь в замке.
Солнечные лучи пробивались через щели в стене, словно пронзая полумрак яркими шпагами. Жара, несущий бред сумасшедший в цепях – сюрреализм зашкаливал. Князь был прав. Шульц абсолютно безумен.
– Считать, что нечто существует на самом деле, значит быть тупым, как животное! – он поднял палец вверх, проткнув хоровод кружащейся пыли.– Но ещё более глупо считать, что этого вообще не существует!
Последняя реплика окончательно поставила меня в тупик. Псих выбрал не лучшее время для загадок. Рейд вот-вот добьет Фэй. Надо бы сменить тактику.
– Снаружи отличная заварушка! – радостно сообщил я. – Ноги не отсохли еще? Есть повод размяться.
– Хех! Он видит тебя насквозь, «два-в-одном»! – его безумный хохот заставил меня покрыться мурашками.
– Он? Кто? – не понял я.
– Он! – Шульц показал пальцем на свою грудь. – Джай!
Что за Джай? Похоже, Шульц теперь так называет себя. Причем еще и в третьем лице. Странный мужик. Чудаков всегда побаиваются, особенно вооруженных. Видимо, поэтому Вертлявый и держал его на цепи. И всё же этот сумасшедший как-то разглядел во мне Ханувана.
– Хорошо. Вот я, а где второй? – осторожно спросил я, проверяя догадку.
– Там… – небрежно махнул в сторону кракена Шульц.
Где там? В кракене? В нем Фэй! Да нет, несчастный совсем свихнулся. Температурит. Вон едва собой будку не сжег.
– Не туда смотришь, глупец! Надо внутрь себя! Любая самоидентификация ведет к заблуждению. Воспринимай всё как иллюзию и тогда узришь реальность за глазами смотрящего… – забормотал Шульц точно в горячке.
– Э-м-м… Так поможешь или нет? – нетерпеливо перебил я, многозначительно погремев цепями.
С меня хватит. В башке уже сидит один умник. Такими беседами хорошо забавлять себя на досуге. А за стенами будки настоящая жизнь. Рейд вот-вот забросает Фэй телами. Тактика расточительная, но эффективная. Князь может себе это позволить.
– Он поможет! – согласно кивнул Шульц. – А это твоё. – Он показал взглядом на угол.
Дубинка! Там лежала моя именная дубинка! Ну хоть в чем-то повезло. Вещица редкая, чужому в руку не ляжет. Горделивый князек, видно, решил подержать у себя. Показывал бы всем трофей от «того самого Зергеля». Он бы еще мою шкуру здесь на стену прибил…
– Когда конкретное и неконкретное не присутствует в сфере рассудка, не остаётся ничего, кроме абсолютного покоя, лишенного любых концепций! – выдал очередную тарабарщину Шульц. Сладко потянувшись, как кот после долгого сна, он принялся деловито наматывать на руку цепи.
Не хочет расставаться с дорогими сердцу оковами? Видно, привык. Пусть этот чудила идет первым. Нам нужен таран, но держаться от него лучше подальше. Похоже, со столь недвойственным мировосприятием уже всё равно кого бить.
– Ва-аджра-а-кила-а-я! – раздался боевой клич, как только я взвалил на себя Анечку.
– Стоп! Не туда. Пожалуйста, сначала вон тех! – с большим трудом удалось развернуть Шульца в нужную сторону. Псих собирался атаковать рейд.
При виде полуголого лысого мужика с цепями солдаты на мосту явно занервничали. Сдвинув щиты, они образовали строй-черепаху и тревожно выглядывали из щелей.
Шульц не торопился, наслаждаясь предвкушением боя. Небрежно покрутив кистями, он заставил цепи ожить. Со зловещим свистом сталь рассекала воздух замысловатыми петлями: кольцо, крест, какие-то иероглифы. Казалось, небо расцвело огненными строчками загадочных символов, будто неуловимо быстрые змеи рисовали на нем витиеватый узор тайной мандалы.
– Ва-а-аджра-кила-а-я!
Этот воинственный клич походил на мантру, призывающую невидимых и сверхмогучих существ. Несколько человек из задних рядов не выдержали и побежали. Стена щитов задрожала и рассыпалась, словно стая цветных бабочек. Схватка была выиграна еще до того, как в нее вступил Шульц.
Я никогда не видел техники боя с цепями. По слухам, чем-то похожим владел класс «Проклятый Самурай». Вроде бы он пробуждался после обретения редчайших свитков, сложенных особым образом. Иногда они выпадают из рейд-боссов на случайных эвентах подземелий высшей сложности. Именно так Сельфина когда-то получила власть над архи-элементами стихии воздуха. Сила такого спелла или навыка зависит от его распространенности в мире.
– Ваджра-а-кила-я! – цепи в щепки разнесли щиты у оставшихся стражников.
Арбалетчики и маги опустили оружие и попятились. Все видели Поцелуй Смерти. Никто не решался нанести первый удар. Люди хорошо знали спятившего сослуживца, и не понимали, что с ним теперь делать. В отличие от них Шульц уже не реснется на кладбище.
– Мои братья и сестры! Объекты и реального, и виртуального мира только кажутся настоящими! Так не забывайтесь в иллюзиях! Найдите в бою славу и наслаждение! – ревел он, в то время как цепи рассекали замешкавшихся жертв от плеча до паха. – Некому осознавать! Нечего переносить! Постигните извечную и нерождённую природу явлений!
Поддерживать его философский дискурс никто не отваживался. Сверкающая на солнце сталь расчерчивала воздух белыми молниями. Цепи беспощадно жалили и разбивали доспехи вдребезги, вырывая куски кровавого мяса.
Солдаты бросились врассыпную. Убежали не все.
– Куда же вы? Сражайтесь! Бейтесь как львы! Вы держали божество взаперти, как поганого пса! Так подарите ему спасительный покой смерти! – издевательски хохотал Шульц.
Перемазанное кровью лицо выглядело безумным, страшным, но совершенно счастливым. Видимо, он действительно был готов умереть и ничего не боялся.
В поднявшемся переполохе на нас никто не обращал внимания. Стамины почти не осталось. Аня ощутимо прибавляла в весе с каждым шагом. Я полз, как муха, увязнувшая в банке с вареньем.
А вот и деревня. Несколько десятков домов окружал защитный ров, за которым ощетинился частокол остро заточенных бревен. Казалось, заигравшийся великан воткнул в землю гигантские карандаши. Перед открытыми воротами стояли мобы-стражники, оттеснявшие праздных зевак. Люди с раскрытыми от изумления ртами предпочли наблюдать красочное представление Шульца с безопасной дистанции.
До «мирки» осталось пройти всего несколько метров, но колени не гнулись. Нога забыла сделать очередной шаг вперед и, совершенно обессиленный, я упал в дорожную пыль. Аня еще и придавила сверху. Видимо, именно так чувствует себя всадник под павшей лошадью. Ни вздохнуть, ни пошевелиться.
К счастью, несколько человек бросились на помощь, рискуя попасть под случайный выстрел или спелл. Подхватив Аню за руки-ноги, они занесли ее в ворота. А вот со мной обошлись не так аккуратно и протащили волоком. Но я был благодарен даже за это.
Внезапно меня отпустили, и я в очередной раз упал лицом в грязь. Вытянувшиеся физиономии спасителей намекали, что происходит нечто странное.