Страница 22 из 24
– Потянет!
Он легко перебрался через высокий край ступы, стал позади нас с Юлькой, упершись руками по обе стороны.
– Давай, ведьма, колдуй.
– Я не ведьма, – отмахнулась я, пытаясь сосредоточиться на заковыристом заклинании. Не так-то это просто, когда сзади прижимается горячий мужчина. – Аер възняти аер долу! Борзо буди взъняти!
Юлька только открыла рот, наверняка, чтобы подколоть мое старославянское произношение, как ступа задрожала, а потом взмыла вверх так быстро, что мои каблуки вжались в дощатое дно. Я вцепилась в руку Ярополка, показавшуюся мне надежнее ступы. Юлька визжала на ультразвуке, и казалось, мое правое ухо сейчас взорвется.
– Управляй, Василиса! – крикнул воевода во второе ухо, которое пока еще не оглохло. – Скорость сбавь!
– Косно! – вспомнила я инструкцию. Ступа замерла в облаке, окутавшем нас холодной моросью, а потом стала снижаться. – Одесно!
Мимо, истошно крякая, пронеслась утиная стая. Какая-то неуклюжая птица с гулким стуком вписалась в ступу. Воевода витиевато выругался и, высвободив рукав из моих цепких пальцев, выдернул из бороды застрявшие перья.
Мы вырулили из облака, я увидела внизу синюю лужицу пруда, деревенские домишки рассыпались крошками внизу холма. Крыша моего дома, укрытая черепицей, выглядела спекшейся каплей крови.
– Куда нам? – я повернулась к Ярополку, и его губы случайно мазнули по моей щеке, борода уколола шею.
Он молча ткнул пальцем в горизонт, где призрачной тенью вырастал город, оплетенный зубчатыми стенами словно шарфом.
Приземлились мы удачно: плюхнулись прямо посреди базарной площади, распугав весь честной народ. К счастью, визг Юльки было слышно издалека, так что обошлось без жертв. Я не переставая твердила «косно», что должно было означать «медленно», но зубы все равно клацнули, когда ступа брякнула о брусчатку. Воевода выпрыгнул из ступы, трижды размашисто перекрестился в сторону собора, сверкающего куполами.
– Думал – все, смерть моя пришла, – скупо признался он.
– Не ты один так думал, – Юлька протянула руки, и воевода с готовностью подставил широкие плечи, помогая ей вылезти из ступы. – Вася, если бы ты нас угробила, я бы тебя прибила!
– Немного нелогично, – заметила я, самостоятельно выбираясь наружу.
– Ступу куда девать? – спросил Ярополк. – Не переть же ее с собой.
– Эй, народ! – зычно крикнула я. – Кто тронет ступу – прокляну!
Люди, с интересом пялящиеся на нашу троицу, бросились врассыпную, где-то навзрыд заплакал ребенок.
– Я же в шутку, – пробормотала я, не ожидая такой бурной реакции. Юлька взглянула на меня, и глаза ее расширились. Она молча протянула мне зеркальце, а потом согнулась от беззвучного хохота.
Я мрачно посмотрела на свое отражение – не так все и страшно! Да, тушь размазалась аж до подбородка, волосы дыбом, все в перьях и пухе, ну так попробуйте пролететь через облако и утиную стаю – я на вас посмотрю!
Оттерев тушь влажной салфеткой и по возможности пригладив волосы, я пошла следом за Ярополком, который сохранял суровый и невозмутимый вид, а может, просто делал вид, что мы незнакомы. Юлька с любопытством озиралась по сторонам, то и дело щелкая мыльницей и по ходу вытаскивая из моих кудрей перья. Ее коса лишь немного растрепалась, на висках и над шеей завивались тонкие прядки. Завлекушечки – так называла их моя мама.
Столица напоминала скорее большую деревню: почти все дома деревянные, максимум в два этажа, выкрашенные вразнобой, так что улица выглядела пестрой, как лоскутное одеяло. Каменные дома с высокими крылечками смотрелись бы солиднее, если бы с балкончиков прямо на головы прохожих не свешивалось влажное белье.
На нас с Юлькой озирались, тыкали пальцами, если б не воевода, то быть нам битыми, как пить дать.
- Надо было скромнее одеваться, - прошипела подруга, ковыляя на каблуках по брусчатке.
Мужики тут были сплошь бородаты, в полотняных рубахах и штанах, кто попроще – носил рубаху навыпуск, кто побогаче – подпоясывался кушаком. Девушки делили волосы надвое, перекидывали косы, украшенные лентами, через плечи, женщины постарше и, по-видимому, замужние – закручивали косу вокруг головы, совсем как Юлька. Сарафаны и платья, подпоясанные тонкими ремешками, почти достигали земли, выставляя напоказ лишь кончики туфель, расшитых бусинами, либо простых лаптей.
Воевода вывел нас к высоким воротам в длинной белокаменной стене, которая, как я успела заметить с воздуха, описывала маленький круг внутри города. Стражники посторонились, отвесив поклон Ярополку, и я с интересом посмотрела в спину воеводы. Выходит, Юлька права, и его должность имеет вес. Подруга кокетливо подмигнула правому стражнику – высокому юнцу с неопрятным пушком на бороде – а потом наклонилась ко мне и громко прошептала:
– Надо тут барбершоп открыть, будем устанавливать тренды.
Я взяла ее под руку, вынула из косы одинокое белое перышко – не иначе как с меня упало.
– Хотела вчера с тобой поговорить, да ты уже дрыхла.
– Здоровый сон – залог здоровья.
– В общем, я сильно сомневаюсь, что требования бабуси выполнимы. Изучила я книжку-чудесницу…
– В смысле, мельком пролистала?
– Типа того. Так вот, ведьмы – воплощение зла.
– Да ладно.
– Проклятия, порчи, сглазы – сплошные гадости и пакости. А рецепты! Зубы летучей мыши, хвост помойной крысы…
– Так Грех с утра тебе ингредиентов принес, а ты и не поняла…