Страница 131 из 152
— Какой ещё писатель?– недовольно буркнул Шерах, взглядом вколачивая долговязого в пол.
— Ну, позапрошлой ночью в лесу поймали. Книгу он ещё про нас пишет.
— Того, что в темницу изучать местный быт отправили,– помог один из пиратов, сидевших за столом.
— Ах, этот…– на лице Цирюльника появилась лёгкая заинтересованность.– Ну, раз там изучил, тащи его сюда. Посмотрим, что за птица.
Долговязый ушёл и вскоре вернулся со Всадником Белых Ночей.
— Сядь,– кивнув на лавку рядом с собой, велел Шерах.
Пират, сидевший на ней, поспешил уступить место, даже не пытаясь возражать. Цирюльник налил Оливеру огромную кружку горрка и не терпящим возражений взглядом указал на неё. Тот беспрекословно подчинился. Крепкий напиток стремительно разнёсся по организму.
— Ну? Чего тебе там нужно для книги?– поинтересовался Шерах, не лишённый тщеславия и честолюбия.
— Я пишу о знаменитых пиратах, поэтому и прилетел в Иор,– начал Оливер и сидящие за столом одобрительно заголосили.– Виделся с Бочонком…
— Тоже мне пират,– презрительно фыркнул Цирюльник.– Ростовщик и пройдоха!
— А Зелёный Лист?– поинтересовался Оливер, пока Шерах подливал ему ещё горрка.
Пираты дружно загоготали, кое-кто даже застучал по столу.
— Тут ключевое слово «зелёный»,– поведал, сидящий напротив верзила.
— А как насчет Шелеста?
— Про хорошего пирата не скажут: «Мёртв»! Если ты покойник, значит, занимался непосильным делом!
— Ночная Волчица тоже занималась непосильным делом?– как бы между прочим спросил Оливер.
В зале воцарилась гробовая тишина, и все взгляды устремились на Цирюльника.
— Даже до нашей темницы дошли слухи об экзекуции,– поспешил добавить Всадник Белых Ночей.
— А ты не хорони её раньше времени,– цыкнул Шерах,– она ещё тебя переживёт!
Оливер облегченно перевёл дух, значит, Гелла пока была жива и оставалась надежда на спасение.
— А я слышал, ты охоту на неё объявил, отчего же она ещё дышит? Говорят, Иорский Цирюльник милосердием не отличается…
Оливер не успел окончить фразу, как оказался на полу вместе с лавкой, опрокинутой ногой Шераха.
— Не отличается,– подтвердил тот,– потому, если хочешь окончить свою книгу, не задавай глупых вопросов!
— Но читателям интересны такие вопросы,– осторожно возразил Оливер.– Никто не станет читать, что ел на ужин Иорский Цирюльник, и как велика была его охрана.
Шерах иронично хмыкнул, взором обводя свою свиту:
— Разве это охрана? Тупые пьяные псы!.. А ну, пошли вон!– вдруг зарычал на пиратов предводитель.– Идите на свои посты вокруг дома, и чтобы утром я всех нашёл на местах, иначе отправлю в яму!
Пока свита Цирюльника расползалась из столовой, Оливер вновь уселся на свою лавку и взял с одной из тарелок большой кусок рульки.
— А что такое яма? – поинтересовался он, активно закусывая.
— Фильтр для пленников. Темниц на всех не напасёшься. А из ямы уже выбираем: кого на невольничий рынок, кого за выкуп отпустить, а кого в этой же яме закопать.
Оливер едва не подавился на последнем слове. Они, конечно, с отцом занимались контрабандой, поставкой наёмников и оружия, в силу чего сталкивались с пиратами, но так спокойно и цинично относиться к человеческим жизням – было выше понимания Оливера.
Шерах рассмеялся, увидев замешательство писателя:
— Что? Такое читателям тоже будет не интересно?
— Напротив. Про это я обязательно напишу… и про публичные экзекуции тоже. Кстати, а можно взглянуть на Ночную Волчицу?
— Зачем?
— Ну-у, опишу её. Никогда не видел женщину-пирата.
— Не много потерял,– заверил Цирюльник.– Пиратство – дело мужское!
— То есть, не смотря на слухи, она вовсе не конкурент тебе?– пытался не переключаться с темы Оливер.
— Что?! Это девка?! Никогда!
— Ты так хорошо её знаешь?
— Достаточно! Может она и не хуже многих пиратов, но со мной ей не тягаться! Эта галактика моя!
— Понятно. То есть на данный момент Волчица твоя пленница? Она тоже ждёт своей участи в яме?– Всадник Белых Ночей уже начал приходить в отчаяние, опасаясь, что так и не сможет вызнать место заточения Бегеллы.
Цирюльник опрокинул в себя очередную кружку с горрком и махнул Оливеру рукой:
— Пошли!
Они поднялись на второй этаж, Шерах пошарил в темноте, и тут же загорелся лернопал. В центре небольшого круглого помещения на канопе дремал худощавый парень, ложе было для него явно коротковато.
— Это Хрис – евнух и верный страж моего гарема,– улыбнулся Шерах.
Парень спокойно открыл глаза и принял сидячее положение, словно и не спал вовсе. Однако Оливера больше интересовало за какой из семи дверей, расположенных по периметру Гелла.
— Вообще-то, у него приказ убивать любого мужчину, сунувшегося на этот этаж,– продолжил Цирюльник,– так что, ты первый, кто здесь оказался.
— Обязательно упомяну это в книге,– пообещал Всадник Белых Ночей.
— Ну, пойдём, похвастаюсь тебе своими красавицами,– подмигнул пират и, слегка пошатываясь, направился к первой двери.– Тут у меня Фарея,– Шерах отодвинул засов и пропустил вперёд писателя,– я купил её полгода назад за пятьсот золотых! Представляешь?!
Приглушённый свет разлился по комнате, демонстрируя шикарные убранства и дорогущую утварь. На постели с прозрачным балдахином спала златокудрая красавица, при одном взгляде на которую захватывало дух.
— Её содержание мне обходится дороже, чем остальных четверых наложниц,– поделился Цирюльник.
В следующей комнате оказалась пленница с какого-то судна из галактики Ладьи, захваченного Цирюльником в прошлом месяце. По красоте девушка уступала предыдущей, но Шераха заводила её неуступчивость. Ещё была Тилая, весьма эксцентричная брюнетка, по уши влюблённая в Цирюльника и уже успевшая ему надоесть за два года. Шерах даже предложил подарить её Оливеру, но тот вежливо отказался. В четвёртой и пятой комнатах находились близняшки из галактики Ренель, их преподнесли Цирюльнику в качестве подарка во время какой-то сделки пираты.
— А кто здесь?– указывая на шестую дверь, спросил Оливер.
— Пока никого… была одна из галактики Леи, но я её продал. Надоела,– равнодушно пожал плечами Шерах.
— А тут?– остановился перед седьмой комнатой Всадник Белых Ночей, и его пульс непроизвольно участился.
— Тут Ночная Волчица. Правда, зрелище не для слабонервных. Ну что, книжная твоя душа, точно, хочешь увидеть её?
Оливер поспешно кивнул, и мужчины вошли в комнату. Всадник Белых Ночей даже не сразу узнал Бегеллу. Она лежала на кровати и была белее простыней, руки, горло, плечи – практически всё было в повязках и бинтах.
— Эй, Хрис,– окликнул своего смотрителя гарема Цирюльник,– вечером Приама заходила? Что сказала?
— Сказала, что жар спал, но всё равно дольше трёх дней не протянет.
— Ух, ведьма старая! Ещё накаркает,– скрипнул зубами Шерах.
— Она врач?– быстро спросил Оливер.
— Да нет, так знахарка-зеленейщица.
— Может, стоит пригласить настоящего доктора?
— Где ж его взять-то?
— Неужели, среди пленных и рабов нет ни одного?
Цирюльник удивлённо изогнул бровь, судя по всему, эта мысль ему в голову не приходила.
— Хрис!– кивнул он смотрителю, и тот бросился исполнять распоряжение.
«Оставлять её здесь нельзя, но и трогать в таком состоянии тоже,– размышлял Оливер.– Как же быть»?
— Ты оставишь её в своём гареме, если она выживет?– поинтересовался Всадник Белых Ночей.
Шерах удивлённо посмотрел на Оливера, словно ему самому эта мысль никогда в голову не приходила.
— Ночная Волчица не из тех, кого можно держать в неволе,– усмехнулся он.– Себе дороже!
— А правда, что она убивает своих любовников?– вдруг спросил Всадник Белых Ночей, уже давно мучимый этим вопросом.
— Правда,– расплылся в улыбке пират.– Как и то, что один из них всё-таки выжил…
— Кто?
— Я,– не без удовольствия похвастал Цирюльник.
— Можно поподробнее… для книги! Читателям такое нравится.