Страница 18 из 43
- Бабел, жизнь никого и никогда не приговаривает. Она всего лишь дает тебе время. Только от нас зависит как именно мы будем его использовать. Мы с тобой сейчас сидим и разговариваем. А почему так произошло?
Бабел пожала плечами.
- Это именно то, о чем я тебе говорю. Ты знаешь английский, ты тратила свое время на то, чтобы хоть маленькая, но все же сказка сбылась. И так будет во всем, что мы с тобой делаем. У тебя и у меня есть свои надежды и планы на будущее. Только от нас зависит сбудутся они или нет. Если да, то мы ни в чем не ошиблись, если нет, значит, придется пробовать еще и еще.
На щечках Бабел проступили маленькие очаровательные ямки и светлая, детская улыбка принесла в мое новое жилище намного больше уюта, чем могла бы принести какая-либо мебель.
Наша зарождающаяся симпатия была прервана негромким стуком.
Тук, тук. «Есть кто дома?». Мы переглянулись. Но гость не стал себя утруждать и дожидаться нашего приглашения. Импровизированная входная дверь шевельнулась, и передо мной оказался молодой темнокожий мужчина. Разглядывая вошедшего, я попытался найти ему определение, настолько ярким, насыщенным и колоритным была внешность незваного гостя. Красные бриджи, немыслимо разноцветные кроссовки и белая майка с аляповатыми надписями, которая подчеркивала отличное телосложение. Мне стало смешно. «Как молодой торшер» - подумал я.
Медленно поднявшись, я вопросительно взглянул на молодого человека. Бабел осталась сидеть.
- Разрешите представиться. Меня зовут Винер. - При этом он протянул руку и улыбнулся.
Я внимательно посмотрел в лицо молодому человеку. В его карикатурности была некая тонко продуманная нарочитость. Даже в самых простых движениях тела угадывались сила и тренированность, а простодушная улыбка совсем не соответствовала внимательным, слегка настороженным, живущим как бы отдельно от всего образа, глазам. «Вот и охрана» - подумал я.
- Бабел, тебя зовет Сальве. - сказал Винер.
Бабел нехотя поднялась с пола и, как-бы прощаясь, махнув рукой, направилась к выходу.
- Чем могу быть полезен? - спросил я у Винера, пытаясь примерить на себя роль хозяина.
- Не буду скрывать, я пришел просто познакомиться. Мы настолько здесь тесно связаны с друг другом, что слухи расходятся быстрее, чем раскаты грома.
- И что они говорят эти раскаты?
- Они говорят, что у нас в гостях находится известный журналист, лауреат многих премий и еще кое-что.
- И это «кое-что» что? - переспросил я.
- Да так, говорят всякое. У нас здесь не принято пересказывать возможные домыслы.
Мне было тяжело поддерживать беседу, не понимая цели этого визита. Видно прочитав мои мысли, Винер продолжил:
- Меня прислал Сальве. Я могу быть Вашим гидом, у нас здесь легко заблудится.
- Да, я был бы благодарен, но мне хотелось бы перенести нашу прогулку на завтра, так как я сегодня очень устал.
Винер тут же поднял руки в знак согласия.
- Хорошо Мистер Майерс, я буду завтра. И он, попрощавшись, ушел.
Я понял, что этим визитом, Сальве дал мне понять, что не надо его слова о разрыве взаимных договоренностей в одностороннем порядке воспринимать буквально.
Кое-как устроившись на импровизированном ложе, я устало закрыл глаза. Мне не хотелось строить планы на завтра, ведь вчерашний день наглядно показал, что завтра может и не быть, а если и будет, то сомнительно, что хоть кто-то из нас представляет себе, каким именно оно будет. Вереница мгновений, стремящаяся вырасти в секунды, а за тем минуты, часы и так далее, полна сюрпризов и неожиданностей. Некоторым из них мы радуемся, некоторых боимся. Но одно остается неизменным — мы учимся побеждать. Даже выкованному мечу, прежде чем стать образцом надежности, нужно выдержать тысячи закаляющих характер ударов.
20
Утром центральное отделение криминального розыска было похоже на разъяренный улей. Десятки людей, похожих взглядов и убеждений, перекрикивались, шептались и просто разговаривали, небольшими группками направляясь в конференц-зал. Как известно любое преступление либо готовится заранее, либо происходит спонтанно. Полицейские отлично знают, что именно нужно искать в не зависимости от его происхождения, но не сейчас. Слишком много факторов переплелось воедино, и представляли собой странный клубок, созданный из одних только последствий.
- О, Ричард, привет, все уже собрались. Есть какие-нибудь просветы?
- Род, то, что ваш отдел будет принимать участие в операции - это не значит, что Вы должны знать больше других.
Ричарду совершенно не хотелось обсуждать с кем-либо свои предположения, во всяком случае, сейчас. А особенно их не хотелось обсуждать с финансовым отделом, сотрудники которого носят оружие только из-за того, что так положено по уставу. В силу своего прошлого Ричарду нравились больше те ребята, на которых можно было рассчитывать под плотным огнем противника. Неспешно, изредка приветствуя знакомых одним лишь кивком головы, он шел по коридору, мысленно продумывая речь, которую ему скоро придется произнести.
- Стой, Рич!
Обернувшись, он увидел Сайлена. Напарник и по совместительству лучший друг. Обладатель грузной, нескладной фигуры, любитель побалагурить, в неизменно отличном настроении Сайлен был именно тем человеком, который подставит свою задницу под любой калибр, если будет уверен, что это правильно. Несмотря на обманчивое впечатление, которое Сайлен производил на людей, он был отличным стрелком и обладал острым и цепким умом. Ричарду больше всего нравилось в своем напарнике такие качества как честность, надежность и настоящая вера в то что они вместе делают.
- Ну и ночка у нас сегодня выдалась. - Сказал Сайлен. - Куда ты пропал из морга? Я тебе звонил раз сто!
Ричард достал мобильный телефон. Выключен, он не заметил как села батарея.
- Я из морга сразу поехал к свидетельнице, но она ничего не знает, ничего не помнит или просто ничего не говорит. В общем пусто. А что у тебя?
Хотя глядя на довольную физиономию Сайлена можно было и не спрашивать, было видно, что он что-то нарыл и был чрезвычайно горд собой.
- Угадай, как можно найти людей не подлежащих к идентификации?!
Ричард покачал головой. Сайлен победоносно улыбнулся.
-Знаешь, Рич, логика иногда мешает увидеть очевидное. Мы привыкли все подвергать анализу, выстраивая хронологию событий в определенной, диктуемой нам преступлениями последовательностью. Я оттолкнулся от актива. В активе у нас два жмурика, решившие поиграть в маршалов. Отпечатки и стоматология не дали результатов, но на плече у одного из них была татуировка.
- И что? - В голосе Ричарда прозвучало некое оживление.
- И что и что. «Мимоза», Ричард.
Глаза Ричарда, азартно блеснули.
- Я пытался тебе дозвониться, но не смог и мне пришлось одному поехать прямиком в это сердце разврата. Хорошенько встряхнув куст, на котором сидели самые аппетитные ночные бабочки, мне шепнули на одного лепидоптеролога. -Сайлен любил употреблять всякие редкие словечки.
- Кого, кого? - Удивленно спросил Ричард.
- Энтомолога, ну то есть человека, который изучает бабочек.
Ричард кашлянул.
- Там уже и такое появилось?
- Ну, оно не появилось, оно там было всегда. Да, сутенер это, обычный сутенер.
Ричард посмотрел на часы.
- Дружище давай ближе к сути, меня уже ждут. А эту свору лучше не злить.
- А если ближе к сути, то я ограничился наведением справок и этот «пастух» ночных бабочек сказал следующее: «Да, это наши парни. Но их статус крайне невысок и вряд ли они вписались бы в такую историю, которая могла бы привести к конфликту, как с властью, так и с другими фавелами».
- Это не очень хорошая новость, Сайлен. Ты и сам понимаешь, что дело начинает охватывать слишком большие территории. Если верить твоему информатору, то скорее «наших жмуриков» кто-то перекупил. А в этом случае каждый знает, что тронуть или подставить кого-либо в чужих фавелах равносильно войне. Эти парни и за меньшее могут глотки перекусить. Кто у нас сейчас управляет Мимозой?