Страница 30 из 35
Рядом сидел молодой рыбак Гунс, племянник Ватека, который всё пытался рассмешить Хариту всякими сальными и двусмысленными шутками, а потом и вовсе положил ей руку на колено. Харита руку с колена быстро убрала, но старалась с улыбкой реагировать на шутки, ожидая новой стадии праздника, во время которой можно было выскользнуть из-за стола.
Подвыпившие гости затянули песни, а затем взялись танцевать, да так, что только пыль летела из-под ног! Харита встала под деревом, чтобы полюбоваться на танцующих, весело хлопая в ладоши при наиболее удачном танце.
Кресс успел уже и поесть, и выпить, и веселился со всеми.
Бонифация, улыбаясь, затащила в круг танцующих и застенчивую Хариту. К ней опять стал клеиться Гунс, и Харита с трудом принимала его ухаживания. Она даже согласилась станцевать с ним два танца, во время которых парень всё старался прижать её к себе. От Гунса неприятно пахло водкой, и Харита обрадовалась, когда его позвали приятели. Напоследок, чмокнув Хариту в щёку, он обещал прийти и исчез, к счастью, надолго.
На закате солнца подвыпившие гости взялись стрелять из ружей по воздушным шарам, подготовленных Ферролем, а некоторые успевали срезать пулями голубей и других птиц. К счастью быстро темнело, и это развлечение прекратилось.
Ферроль почти ничего не брал в рот (съел лишь немного сыра и запил его вином), немного беспокоя этим Хариту. Но он объяснял, что поест, когда сделает своё главное дело.
И вот, когда засияли сумеречные краски зари, а затем бархатная тьма охватила посёлок, в дело пошли бенгальские огни, волшебные сверкающие свечи. Подготовленный заранее Кресс жонглировал факелами, из которых летели искры к восторгу зрителей.
И вот взвились в небо липкие, ярко хлопающие цветные огни, призрачно освещая листву деревьев и восторженные лица. Это Ферроль запустил салюты.
Потом пошли в дело шутихи и ракеты, молниеносно разрезавшие ночное небо. При запуске каждой ракеты толпа ахала и кричала.
Далее Ферроль показал всё своё искусство: в небе летали огнистые мотыльки с жар-птицами, серебряные стрелы и вертикально падавшие сверкающие копья, ловкие огненные драконы и крылатые бело-оранжевые кони.
Пирующие толпились на пустыре, тыча пальцами в небо, свистели и аплодировали.
Во время салютов мягко подъехал и застыл, зафырчав, длинный серебристый открытый автомобиль - большая редкость на острове.
Его сразу обступили мальчишки и другие зеваки. За рулём сидел шофёр в кожаном комбинезоне в защитных очках.
С автомобиля сошло трое мужчин мрачного вида, двое были в одинаковых тёмно-синих костюмах и шляпах, лишь третий щеголял в кремовом.
Задрав голову, не обращая внимания на притихшую толпу, человек в кремовой костюме, придерживая шляпу, глядел на салюты, а потом медленно зааплодировал, причём рукоплесканиями разразилось всё гуляющее общество.
- Сам Рекастер приехал! - промолвила стоявшая рядом с Харитой Бонифация, обращаясь больше к Юсту.
- А кто он, этот Рекастер? - механически спросила Харита.
- О, вы не знаете, дорогая Харита? Святая простота... Да это один из самых опасных и в то же время важных людей в округе!
Ватек не спеша, нахмурившись, подошёл к компании Рекастера, пожал руки и что-то сказал.
Рекастер вынул часы на золотой цепочке, что-то важно отвечал, как показалось Харите, с некоторой рисовкой.
Наконец, программа огненных чудес на небе была закончена, Ватек всех вернул за стол. Нашлось место и для Рекастера и его компании, причём Ватеку пришлось прогнать из-за стола каких-то самых захудалых рыбаков. Ушёл и Томас Вильсон, сославшись на усталость, но видно было, что присутствие вновь прибывших ему неприятно.
Рекастер сухо поздравил, снисходительно улыбаясь, Бонифацию и Юста.
Бонифация Дорлент улыбалась, точно её осчастливили на всю жизнь. По её поведению было видно, что она хорошо выпила.
Она встала и сказала громко:
- Дорогие гости! Такая честь - вас так много и все такие значительные люди! Я думаю, вам всем понравился салют? Так давайте выпьем...
Она сделала паузу, пока Юст наливал ей вина в бокал.
- За сказочного кудесника, мастера Клауса Ферроля! Это я его нанимала! Мастеру ура!
- Ура!!!
Все подхватили этот тост, защёлкали кружки, зазвенели бокалы.
Харита заметила, что все выпили, включая новых гостей, и лишь один Рекастер только пригубил рюмку.
А потом встал важный Ватек и произнёс:
- Пусть господин пиротехник выпьет!
Только что подошедший Ферроль, занявший место рядом с Харитой, отложил кушанье, и налил себе на донышко вина.
- Больше, больше, что это за мужчина, - зашумел Ватек, и все его поддержали. Гости в тёмных костюмах и шляпах блистали глазами в полутьме, освещённой жёлтыми фонарями.
- Мне ещё собираться и домой возвращаться, - примирительно сказал Ферроль.
- Он не пьёт так много, - громко сказала Харита и сразу почувствовала на себе взгляд Рекастера. Она глянула в его глаза и ужаснулась. В них не было ничего человеческого! Казалось, это зрачки самого дьявола!
Её даже отшатнуло, холодок пробежал по коже.
В это время Ватек и его приближённые всё провоцировали Ферроля.
- Ничего страшного! Вы должны выпить за нас, за рыбаков! Поднимите все бокалы! Все! Ну, что же вы, господин Ферроль? Вы не с нами? Не уважаете рыбаков?
Ферроль молча поднял бокал и выпил вино. Пригубила и Харита.
С неприязнью глядел Ферроль, как его кубок снова наполняется.
- Ах, дорогие друзья, эта чаша для меня уже лишняя!
- Ну, не хочет, зачем заставлять! - послышался голос Юстина.
И вдруг прозвучал голос Бонифации.
- Он не пьёт, потому что колдует. И она... тоже... Она - особенно! А потом у нас рыба не ловится!
Ватек подхватил:
- Да, кстати, дорогая Харита, расскажите нам, что за чудо - цветы вы выращиваете?
- Не про вас эти цветы, - сказала внезапно Харита и воцарилась тишина.
Ферроль тут же встал.
- Это не так, господа, - сказал он улыбаясь в бороду. - Всё у нас просто. Никакого колдовства, одна наука. А что касается цветов, то каждый имеет право на какие-то семейные тайны.
- Тайна? От кого и что вы таите? Что можно таить от народа? - сказала Бонифация.
- Действительно! И вообще, вы - странные люди, - промолвил Ватек, сверля Ферроля и Хариту пьяными глазами. Потом он махнул рукой и сел.
И тут вдруг послышался голос гостя. Он был резким и каркающим.
- Мне кажется не стоит слишком уж нападать на наших гостей, Ватек. Ты слишком любопытен. А тебе вообще пора уже в койку.
Последние слова относились к Бонифации, и та кокетливо рассмеялась.
Засмеялись все остальные и стали вновь работать челюстями. В тарелку Рекастера положили отличное жаркое.
В это время Харита шепнула:
- Клаус, кажется нам уже пора идти... Самое время...
В это время за столом уже происходило смятение. Кто-то уже вставал и шёл курить или беседовать по компаниям, иные в группках выпивали, а кто-то, спотыкаясь, брёл в сумерках домой.
Ферроль огляделся.
- У меня ещё здесь дела. Вы отправляйтесь, пока Кресс ещё может ходить, а я прибуду позже, - сказал он. - Меня на лодке отвезёт Вильсон.
Харита посмотрела на подвыпившего Кресса, опустившего голову, словно подсолнух в конце лета.
- Мне кажется, он уже не может ходить, - предположила она.
Ферроль и Харита, подхватив подмастерье под руки, стали, извиняясь, выходить из-за стола.
Это не осталось без внимания Ватека. Руководитель союза рыбаков подошёл к Ферролям. Он и сам уже пошатывался, будучи здорово в подпитии, но старался держаться стойко.
- Вы уже уходите? Не забывайте, по договору у вас ещё салют в ночном небе, - сказал он, с трудом ворочая языком.
- Мой помощник выпил лишнего, и я его отправлю с дочерью домой, - сказал Ферроль, надевая шляпу, висевшую на ветке. - А сам я, конечно, останусь, доведу дело до конца.
И как бы заканчивая разговор, демонстративно стал набивать трубку.