Страница 24 из 61
Он улыбнулся, в один шаг сократив расстояние между нами, и тогда я внимательно заглянула в выпученные глаза. Они были мутными, имели странный блеск. Похоже, баночка пива припасена не только на редкий случай…
– А кирпичей не найдётся? С ними есть шанс добраться домой целой.
– Зачем тебе уходить? Ты только пришла, к тому же на улице буря. Пойдём, я поставлю чайник.
Его доводы были весьма убедительны. Я разулась. Без каблуков мое происхождение напоминало род благородных лилипутов. Рома был такой тощий и высокий, что на его фоне у меня появилась пара - тройка лишних килограмм, причём ощущались они по всему телу, не исключая икры. Мы прошлепали на кухню. Рома включил телевизор и достал чистую кружку, а я устроилась на кухонном уголке ближе к окну. Кругом господствовал беспорядок. Немытая посуда горой высилась над краями раковины; на плите виделись жирные пятна и грязная сковородка. На столе лежали целлофановый пакет с чешуей таранки, заляпанный стакан, кусочек хлеба в прозрачном салатнике, использованная зубочистка и планшет, а сверху всё засыпано мелкими крошками чипсов.
– А надолго твои родители уехали? – осведомилась я, переживая за мать Ромы, которая судя по дорогой обстановке и расставленным по фэншую баночкам на полках гарнитура – настоящий педант в сфере чистоты и дизайна.
– Хочешь помочь с уборкой? Я слегка подзапустил хату, да? У меня двухнедельный отпуск, вот и расслабляюсь.
Слегка? Подзапустил? Достойная самокритика, ничего не скажешь! Да благодаря ей спустя неделю от квартиры одно название останется…
Он налил кипяток в кружку и кинул одноразовый пакетик чая.
– Я работаю токарем на заводе, работа сложная. Поверь, мне не до уборки! И если честно, я только чай и умею заваривать.
"Это видно!"
Мне вспомнилось, как бабушка сказала: «Раньше, казалось бы, жить было хуже, и люди мечтали облегчить ношу забот. Так случился прогресс. В мире современных технологий жить проще. Только это что? Люди стали ленивей, поскольку есть техника, выполняющая любую работу; глупей – так как машины считают за них; бесчувственней – ибо экран телевизора учит жестокости. Вот и подумай, прогресс – движение ли это вперёд или верный шаг назад?»Глядя на Рому я определённо нашла ответ.
По новостям предупредили о красном уровне опасности, советуя не покидать дома без особой надобности. Ураган повалял деревья в соседнем регионе, а также оборвал провода, и есть человеческие жертвы.
М-да… Я взглянула на Рому, который вскрыл очередную банку пива и достал нечищеную таранку. Специфический запах дошёл до моих ноздрей, и я поморщилась.
Тем временем злобный ветер продолжал всё рвать и метать на своём пути. Его зловещий свист проникал сквозь закрытое пластиковое окно, нагнетая страх. Я покорно улыбнулась Роме. Ничего не остаётся, как переждать ураган здесь…
– Ка-ать. А Кать?
Он произносил слова с некой издевкой в голосе, и я начинала тихонько ненавидеть своё имя.
– Что?
– Ведь я тебе сразу понравился?
Я едва не подавилась чаем. Откуда такая самоуверенность, причём абсолютно необоснованная!? Наружу просились слова: «Ты себя в зеркало видел?», но бабушкина поговорка: «с лица воды не пить» одержала победу. Вдруг он хороший человек внутри, а я так жестоко о нём отзываюсь...
– Можно ещё чая?
– Кать, кипяток в чайнике. Я, кажется, совсем окосел.
Отличное гостеприимство! И надо было природе разбушеваться именно в этот день? Как же всё не вовремя…
Через час Рома опустошил ещё четыре банки и бормотал невесть что. Я отреченно уставилась в окно. Интересно, как там Пернатый Алекс? Я должна забрать его на обратном пути, а теперь меня саму некому забирать… Барон засеменил к миске и, подкрепившись сухим кормом, свернулся калачиком у моих ног. Моргнул свет; затем ещё раз, и комната утонула в кромешной темноте. Обезумевший ветер взял высокие ноты, швыряя летящий мусор, сломанные ветки и частицы дорожной пыли к небу.
– Без света куда романтичнее, – подытожил Рома. – Устроим ужин при свечах.
Он направился в другую комнату, подсвечивая себе под ноги дисплеем телефона. На часах было только 20:00.
– Не знаю, куда их маман припрятала, – сказал Рома, вернувшись на кухню. – Придётся сидеть скромно, с фонариком на телефоне.
Он сел обратно, а я перебирала в голове день за днём в надежде отыскать момент, где нагрешила так, что теперь злая судьба воспринимает меня как предмет мебели, который можно переставлять, не взирая на мои желания и чувства.
– Пойдём лучше спать, – сказала я.
Он хитро оскалился, а его левый глаз стал отклоняться от курса в сторону, походя на всевидящее око Саурона в долине Мордора[3].
Зло не дремлет…
Выкинув очередную пустую тару в мусорку, Рома сел рядом.
– Ка-ать…
«Ну началось!» – подумала я, делая вид, что не расслышала.
– А Кать…
– Что?!
– Давай целоваться.
Я повернула голову к Роме. Мутные глазенки лихорадочно блестели, и он потянул ко мне свои отвратительные невзрачные губы. Вновь ощущая себя падшей женщиной, я отвернула от него лицо, вцепилась в кружку двумя руками и пригубила пустую посудину.
– Кать...
Интересно, где у него аптечка? Вдруг там есть снотворное или успокоительное? А что, прекрасная идея!
– Ром, у меня голова сильно болит… У тебя нет обезболивающего?
– Где-то было, сейчас посмотрю.
Обшарив кухонный гарнитур, он удалился в другую комнату и вернулся спустя несколько минут.
– Вот ищи сама, – он протянул мне небольшую подарочную коробку. – Я в таблетках не спец.
Превосходно, есть шанс воплотить мой коварный замысел в реальность. Но, к глубочайшему сожалению, в коробке не нашлось ничего подходящего, чтобы усыпить Рому.
– Нашла?
– Нет, придётся терпеть…
Рому окончательно развезло. Речь его становилась малопонятной, утомительной, потому в голове моей играла музыка Чайковского. Когда его телефон полностью разрядился, он предложил идти спать.
– Диван у меня большой, – пролепетал он. – Вдвоём поместимся.
– А больше лечь негде?
– У родителей спит Барон, так что извини.
Мы направились в комнату, освещая путь моим телефоном. Рома быстро стянул футболку, и я почти успела пересчитать количество его выступающих ребер. Он рухнул на диван в трико и перевернулся на живот.
– Кать, можешь раздеваться, я не смотрю.
Всё равно с утра снова одеваться, так зачем в пустую тратить время!?
– Я последую твоему примеру.
Ужасный день! Просто ужасный!
Я легла на спину, а Рома, подвинувшись ко мне, положил тощую руку на мой живот.
– Ка-ать.
Дальше будет: «А Кать», и я поспешила ответить.
– Да, Ром.
– У нас ничего не будет?
Я лежала без движенья, притворяясь спящей. Не отрывая головы от подушки, он дважды пошевелил меня рукой. Я не среагировала, и вскоре звонкий храп наполнял зал оперными переливами. Я уставилась в потолок, припоминая загорелое тело Алекса и большие капли на его крепких мышцах после душа.
Алекс… Почему он женился? Не представляю его семьянином или добропорядочным отцом. И откуда ровный загар на его теле весной?...
В несуразных думах я провалилась в сон, но всего на пару минут. Раздался громкий шлепок в пределах моего уха. Я повернула голову к пьяному соседу по кровати, желая узнать, что случилось, и поняла, что он приложился ладонью себе по лбу. До смерти перепуганная я тихонько выдохнула. Похоже, пронесло… Вскоре я успокоилась и снова прикрыла глаза, что было некстати. Средь полной тишины, где между собой боролись лишь рыки пьяного Ромы, прозвучали грозные слова: