Страница 16 из 74
Эрл не знал, сказал это он или подумал. Гнев, ненависть, ярость опять закипели в душе. Он отчетливо видел, как Фланн поднял меч…
Разум знал, что движение было мгновенным, но время замедлило бег. Оно вдруг растянулось настолько, что люди, стоявшие в комнате словно застыли, а меч в руках Фланна как будто завис.
— Что же это такое? — мелькнула незваная мысль.
И рука с талисманом из Храма сама поднялась… И четыре луча разлетелись в разные стороны… Яркий большой коридор, полный света, раскрылся вдруг.
— Перт! Проход между пространством, который доступен Хранителям! — вспышкой сверкнуло в сознании Эрла, когда он шагнул к нему.
Ужас на лицах мужчин, увидавших перт, был слишком явным. Останься они на местах, все бы было нормально, но Фланн вдруг рванулся в проход.
— Убирайся назад! Убирайся! Исчезни! — дал Эрл очень мощный посыл.
Он не сделал почти ничего. Эрл хотел, чтобы Фланн отступил, но, должно быть, обида, отчаянье, ярость которые в нем пробудила засада, переполнили тот допустимый предел, за которым скрывается Смерть.
Что-то вдруг отделилось от Эрла и устремилось вперед. Страшный взрыв потряс замок… Вход перта резко захлопнулся… Яркий проход заходил ходуном, все вокруг потемнело, раздался рокочущий гул, нарастающий с каждой минутой… Эрл понял, что это конец…
— Но я жив… Я не знаю, что сделал, как смог создать перт… — думал он. — Что же вызвало взрыв?
Вопрос был риторическим, так как он знал, что случилось. Мощь Рысей доступна лишь женщинам? Тот, кто внушил это людям, ошибся. Не только лесянка могла унаследовать Дар…
Эрл не помнил таких крутых скал в Гальдорхейме. Отвесные склоны, с которых струилась вода, не давали укрыться от ливня. Здесь не было выступов, только гладкие скалы-столбы. Поиск трещин-пещер изначально казался бессмысленным… Эрл больше часа стоял под дождем. Поначалу это даже взбодрило, однако потом он стал зябнуть. Когда, наконец, прояснилось, Эрл вздохнул с облегчением. Выжав одежду, он начал искать спуск… На это ушел целый день.
Оказавшись внизу, Эрл увидел темно-серый песок. Гул прибоя был слышен отчетливо. Мрачный и неприветливый берег казался таким же пустынным, как скалы.
— Что делать? — раздумывал он. — Попытаться создать новый перт? Но сумею ли я это сделать? К тому же еще неизвестно, куда перт меня занесет…
Нужно было попробовать выбраться к людям, однако непросто понять, где искать их, куда ему лучше пойти…
— О фетч-рысь, мой хранитель, приди ко мне крадучись, чтобы я знал твою мощь и познал твою мудрость…
Слова пришли сами, для ритуала не было сил… “Да я ведь и не помню всего, что мне нужно сказать,” — как и раньше, в лесу, пронеслось в голове.
Белый призрак возник сам собой, словно ждал этот старый призыв. Он был мало похож на привычного зверя Гальдора, однако он звал за собой. Как когда-то в лесу, часть души, отделившись от тела, пошла за ним, чтобы узнать нужный путь… До селения было неблизко, но ждать непонятно чего означало смириться с собственной смертью.
Идти пришлось долго… Селение было небольшим. Его жители не походили на тех, с кем он раньше встречался, он даже не все мог понять из их речи. Фирод… Поселение было с ним рядом. Поняв, куда вынес его перт, Эрл сразу подумал, как долго придется идти в Гальдорхейм.
Гальдорхейм! Он хотел возвратиться туда, чтобы снова начать свою жизнь, но не в замке у брата, который велел умертвить его. Руни! Он верил, что должен забрать ее. Домик лесянки на время сумеет их приютить, а потом… Эрл не думал, что станет потом, но он верил, что сможет устроить их жизнь. Как? Пока он не знал, но зачем сейчас думать? Ему нужно встретиться с ней, сказать Руни, что он еще жив.
Синий камень лесянки остался единственной ценностью, но Эрл уже понимал, что не может расстаться с ним. К счастью, в окрестностях Фирода, где добывали драгоценные камни, хватало работы любому, кто кое-что смыслил в шлифовке. Когда-то Эрл пробовал делать простую огранку кусков хрусталя для старинных приборов.
Подумав, что кое-какие эффекты способны привлечь ювелиров, он, выспросив, кто главный мастер поселка, пошел к нему. Тот был напуган нежданным приходом. Эрл знал, что не слишком внушает доверие, но он был должен достичь своего.
— Я волшебник, — сказал Эрл, ничуть не боясь, что тот сможет раскрыть его ложь. — Я умею общаться без слов. Я родился в Гальдоре, но должен был скрыться. Теперь ты поможешь мне снова вернуться туда.
Эрл слыхал и о “Службе Магии”, и о борьбе с колдунами, но верил, что в мелких селениях каждый сам за себя. Страх огранщика был непритворным, когда он спросил его:
— Как?
Эрл читал его мысли, он видел, что тот мечтал лишь об одном: поскорее избавиться от нежеланного гостя, который способен сгубить его. Только страх перед чарами не позволял ему тут же прогнать “колдуна”.
— У тебя есть хрусталь? — спросил Эрл.
Тот лишь хмыкнул:
— У нас не Гальдор! Здесь не тратят свой навык и время на…
— Разную дрянь! — прочел Эрл его мысль, но огранщик не стал говорить это вслух.
— Эта “разная дрянь” может дать тебе больше, чем все остальное, — сказал он местному мастеру. — Стоит мне лишь захотеть…
Мастер искренне верил, что именно чары пришельца заставили горный хрусталь стать волшебным стеклом. Эти крупные линзы, которые так преломляли лучи, что они за какую-то долю секунды зажигали огонь, и могли увеличить предметы в несколько раз, оказались сокровищем. В Фироде он легко продал их. Половину полученных денег пришлось передать “колдуну из Гальдора”, однако того, что осталось, хватило надолго, а Эрл, расспросив про дорогу, отправился в путь.
Поначалу все шло хорошо. Эрл считал, что сумеет устроить свою жизнь в Фироде. “Игрушки”, которыми он развлекался в Гальдоре, нашли бы здесь спрос. Эрл не думал о “Службе”, он просто не знал, как сильна она вне Гальдорхейма. Он верил, что Фирод действительно примет их Руни…
Бродяги набросились у поворота. Он даже не смог разглядеть, кто они. Очень сильный удар по затылку швырнул в темноту. Эрл не знал, сколько он пролежал, а, очнувшись, увидел, что лишился всего. Они взяли и деньги, и плащ, и его новый меч, привезенный огранщиком по просьбе Эрла из Фирода. К счастью, уже начинались леса Гальдорхейма…
Эрл быстро утратил счет дням. По центральной дороге, с деньгами, он мог бы добраться и раньше, теперь же в лесу приходилось искать и ночлег, и еду. Но он все же дошел!
Эрл не стал идти к замку, он сразу прошел в лесной домик из камня. Он верил, что Орм не решится разрушить его, побоявшись тех “сил”, что, по слухам, хранили “жилище Выродка”.
Эрл подошел совсем близко к жилью, когда хруст сухой ветки сказал, что он здесь не один. Круглолицая девушка в платье прислуги из замка с корзиной белья торопливо спешила по узкой дорожке. Эрл сразу узнал ее: Ильди, подружка Свельд.
Ильди и Эрл никогда не общались. Эрл знал, что она простодушна, наивна, добра, суеверна, не блещет умом. Он всерьез удивился, увидев ее рядом с домиком. Если бы кто-то спросил его, станет ли Ильди ходить здесь, то Эрл бы сказал ему:
— Нет. Она слишком боится того, чего просто не в силах понять.
Но теперь он был рад встретить Ильди.
— Она передаст Руни, что я еще жив, и жду ее здесь! — решил Эрл и шагнул на дорожку.
Корзина с бельем тут же рухнула в пыль, а визг Ильди был слышен до самого замка:
— Уйди! Уйди, Выродок! Сгинь, призрак! Сгинь!
— Не кричи, я не призрак, — пытался он вразумить ее, но Ильди словно не слышала.
— Сгинь! — повторяла она, и огромные слезы испуга текли по щекам. — Уходи! Тебе нечего делать тут!
— Руни… — начал Эрл.
— Руни забыла тебя, она стала женой Победителя, Орма! Лесянка теперь госпожа! Она очень счастливая, ей повезло! Она стала законной хозяйкой, владелицей ваших богатств! Отпусти ее душу, не мучай ее больше! Дай ей спокойно пожить! Уйди, призрак, исчезни, если ты любишь ее!