Страница 48 из 61
Киата вежливо изобразил внимание, хотя вся эта история больше не занимала его. Закончившись, она даже перестала казаться чем-то из ряда вон выходящим, хотя, если по совести, именно такой и была. Все его мысли уже были в Городе, но жалких остатков внимания хватило, чтобы уловить, о чем говорит леди. Оказалось, что новость вполне потянет на приличную точку в конце истории. Хотя подобная точка имеет неплохой шанс оказаться многоточием.
– Джар сбежал, – сообщила она. – Его слуга сказал, что он уехал в Хумей, якобы учиться. Но мы так подумали, что он просто сбежал от стыда. Потому что его сделали. И потому, что он теперь не сможет ежедневно встречаться с нами, как ни в чем не бывало, лишившись своей хваленой силы. Он слинял в тот же день, когда Дух ушел.
– Все возможно, леди, – задумчиво проговорил Киата. – Я бы на твоем месте не расслаблялся.
Выдав это туманное пророчество, он снова уселся в нагвиорт. Раз уж леди не намерена вешаться на шею своему избавителю…
– Ты думаешь, он может вернуться? – с ужасом крикнула Зельна ему вслед. Он уже ничего не ответил.
14.
Прошло около двадцати дней с момента возвращения охотника домой. Обещанные каникулы он устроил по полной программе, почти не выходя из дома, проводя целые дни в обнимку с дареной литературой. Но в определенный момент закончившиеся запасы пищи вынудили его выбраться на рынок.
Он привычно толкался по рядам, загружая сумку продовольствием, когда потрепанного вида парень, покупавший что-то в соседней палатке, обернулся к Киате и вдруг ослепительно улыбнулся.
– А, это ты! – обрадовался он.
Киата окинул парня ошалелым взглядом. Тот был совершенно незнаком, к тому же горящие глаза выдавали в нем безумца. У всех горожан особый нюх на такие вещи, даже у тех, что не имеют отношения к магии. Настоящих сумасшедших в Городе немного, но большинство из них нередко представляют опасность для общественного спокойствия. Поэтому Киата решил на всякий случай отодвинуться подальше и не связываться. Но осуществить этот маневр оказалось непросто: толпа окружала со всех сторон.
– Они мне про тебя рассказывали, – весело сообщил безумец. – Это из-за тебя они здесь. Ты точно такой, как они описывали, я тебя сразу узнал.
– Кто описывал? – спросил Киата, поскольку дальше стоять, как пень, и молчать становилось просто неудобно.
– Адьяхо, – с радостью пояснил парень. – Ты же их не забыл, надеюсь? Кстати, они до сих пор не знают твоего имени.
– Киата, – машинально сообщил охотник. Ему начало казаться, что это он сходит с ума: откуда психу из Города знать, с кем он встречался в степях Айсендула?
– Как здорово! – не переставал радоваться парень. – Они будут довольны, когда я им скажу.
– Ты им скажешь? А где, вообще, ты их видел?
– В Трущобах! – сообщил сумасшедший. – Я теперь там живу, и они тоже. Им понравилось это местечко, к тому же там так много людей, которые могут их понимать.
«Еще бы! – подумал охотник. – В пристанище городских монстров и беглых сумасшедших, пожалуй, найдется немало подходящих собеседников».
– Они мне много про тебя рассказывали, – не унимался его безумный собеседник. – О том, как ты спас одного из них. Знаешь, я считаю, ты настоящий герой. И хороший колдун. Только странно, что ты так и не смог их понять. Они ведь говорят почти как мы. Ну, только нужно быть чуть-чуть внимательнее, чтобы понять. Я вот сразу понял, даже просто по глазам и жестам.
– Так они теперь живут в Трущобах? – еще раз уточнил Киата. – Но почему?
– Потому что им было плохо в степи, – сочувственно произнес парень. – Айсендульцы здорово их обижали, а они не знали, что где-то может быть лучше. И когда увидели тебя и узнали получше, то решили, что в месте, где живут такие люди, как ты, им может быть хорошо. Но они еще немного боятся людей, поэтому выбрали Трущобы. Там нас не так уж много.
– Действительно, немного, – согласился Киата. – К тому же, самый цвет нашего общества. Надеюсь, им понравится Город. Передай от меня привет этим ребятам, а еще скажи, чтобы присматривали за порядком на своей территории.
========== Обратная сторона мира ==========
1.
Мир, как говорится, тесен. А Город, при всех его необъятных размерах, еще того теснее. Иногда на этих зеленых улицах встретишь такое, чего никак не можешь ожидать.
Вдоль набережной Нижнего Города располагается множество узеньких проулков, стиснутых высокими тенистыми деревьями окрестных садов. В летнее время, когда гулять хочется, да жара не дает, здесь всегда бродит множество народу. В нынешнем году его было несколько меньше: с тех пор, как изобрели нагвиорты, пешеходов заметно поубавилось. Но в этот душный день прохладные улочки были полны несмотря ни на что.
Ириус обретался здесь же: жара его доставала больше, чем кого-либо другого. Густая собачья шерсть, с прошлой осени поселившаяся на его теле, была очень нужна холодной зимой, но ужасно некстати в летний полдень. Вообще, за прошедшее время он успел убедиться, что от его новой шкуры может быть масса неприятностей. Весной он начал линять, доставляя массу хлопот Гилане, которая старательно вычесывала его, если не во имя заботы о ближнем, так ради сохранности собственной мебели. Но ведь у нее, кроме него, на шее весь этот безумный зверинец: они все же последовали совету их странного знакомца, и Гилана принялась ставить свои, пока еще неудачные, опыты на животных, коих и показывала после за деньги. Ириус с мрачной иронией называл себя главным экспонатом. Прохожие опасливо косились на эту зверюгу, когда он решал немного прогуляться по Городу. И, кроме всего прочего, как быть с девушками? Ириус уже не раз пожалел, что упустил единственный шанс снова стать человеком. Его новоприобретенный дар решительно негде было использовать: изменять заклятия и без него есть немало специалистов.
На одной из улочек под огромным раскидистым деревом какой-то любитель отдыха на свежем воздухе заботливо вкопал скамейку. На этой скамейке сейчас сидел паренек лет семнадцати, не больше. У него был вид усталого путешественника: запылившиеся грубые ботинки, дорожная торба, небрежно брошенная на землю, расслабленная поза и отсутствующее лицо путника на привале. В руках он задумчиво вертел кинжал, едва взглянув на который Ириус замер на месте. В простых потертых ножнах скрывалось острое лезвие, чуть сияющее призрачным зеленоватым светом. Человек-зверь лишь однажды видел такой кинжал: волшебное оружие Книсса, невероятно могущественного парня по прозвищу Ветер. Как могло оно попасть к этому сопляку?
Пока Ириус размышлял над этим вопросом, разинув пасть от изумления, парнишка поднялся со скамейки, подхватил свою торбу и медленно двинулся дальше. Магический кинжал теперь болтался у него на поясе. Парень что-то спросил у одного из прохожих, и тот, пожав плечами, махнул рукой в сторону набережной. Туда он и отправился. Ириус, придя к выводу, что ему это не просто любопытно, а чрезвычайно любопытно, бросился вдогонку.
Преследовать человека на этих узких запутанных улочках, да еще переполненных разнообразным людом, оказалось делом нелегким. И откуда в Городе столько народу, хотелось бы знать? Отчего им дома не сидится? Конечно, маловато было охотников вставать на пути жуткого черного чудовища, но все равно Ириус умудрился дважды потерять преследуемого, хотя, в отличие от него самого, парнишка явно никуда не спешил. Просто прогуливался, любуясь шикарными садами Нижнего Города.
На широкой набережной, где влажный ветер с Тэйса успешно боролся с духотой, народу толпилось еще больше. Ириус в панике заметался взад-вперед, потеряв след. В тот момент, когда он почти смирился с тем, что погоня не увенчалась успехом, он вдруг снова увидел мальчишку. И с ужасом отметил, что тот беседовал с водителем нагвиорта, на капоте которого чуть трепетал маленьких зеленый флажок: в Городе полно предприимчивых людей, умеющих извлечь выгоду из чего угодно. А уж из такого ценного имущества, как транспортное средство, сам Бог велел ее извлекать. Через миг парень умостился на переднее сиденье, и машина рванула с места.