Страница 14 из 40
– Осторожнее, лейтенант Абарай.
– Ничего, я его держу, – голос лейтенанта был напряженным. – Кучики-тайчо, – он снова обернулся к капитану, – как вы?
Бьякуя попытался ответить, но обнаружил, что голос ему еще не подчиняется. Тогда он попробовал отпихнуть лейтенанта, и тот немедленно вцепился в его запястья. Хватка была крепкой.
– Кучики-тайчо…
– Ренджи, – пробормотал Бьякуя, – что за привычка хватать меня без разрешения?
Абарай немедленно заулыбался.
– Да он вроде в порядке, капитан Унохана!
– И все же… – Та покачала головой. – Вы меня узнаете, капитан Кучики?
– Разумеется, капитан четвертого отряда Унохана Рецу, я вас узнаю, – Бьякуя уже сообразил что к чему. Он действительно выглядел подозрительно после подобного происшествия, а всех подозрительных командир велел уничтожать на месте. Нужно было срочно доказывать свою личность. – Я и в самом деле подвергся нападению риока. Но теперь я в полном порядке.
Его, наконец, выпустили и позволили сесть. Бьякуя оглядел комнату, убедился, что больше в ней никого нет и, в общем, все осталось так, как было с вечера. Солнце, судя по всему, поднялось уже высоко.
– Сколько прошло времени? – спросил он у обоих сразу.
– Мы уже часа три пытаемся вас разбудить, – отозвалась Унохана. Между делом она успела сграбастать его запястье и теперь нащупывала пульс. – Что с вами случилось?
Пришлось рассказывать. Кроме того, что эта информация была необходима для борьбы с риока, Кучики позарез нужно было доказать, что он тот, за кого себя выдает. Вон как лейтенант косится подозрительно! Его рассказ одновременно успокоил и встревожил их. Успокоил, потому что они больше не подозревали, что кто-то из пришельцев не проник сюда под видом капитана шестого отряда. Но и поводов для беспокойства он им оставил предостаточно.
– Что ж, я вижу, вы и в самом деле в порядке, капитан Кучики, – сказала, наконец, Унохана. – Тогда, с вашего позволения, я пойду.
– Да, – согласился Бьякуя. – Ренджи, ты еще помнишь, что у нас задание?
– Конечно, Кучики-тайчо!
– Тогда дай мне одеться.
Его, наконец, оставили одного. И тогда Бьякуя обнаружил, что вылезать из постели ему совершенно не хочется. Он чувствовал себя абсолютно разбитым, словно он не спал все это время беспробудным сном, а корпел всю ночь над каким-нибудь особенно занудным отчетом. Глаза слипались, в голове шумело. Но о том, чтобы снова завалиться спать, не могло быть и речи. Бьякуя с трудом заставил себя подняться.
Он привел себя в порядок и вышел в коридор. Ему казалось, что он не смыкал глаз трое суток. Проклятая девчонка совершенно измотала его. Нужно встряхнуться. Если отправиться сейчас на задание… Он только никак не мог сообразить, куда им следует двигаться. Вчера он так и не додумал до конца план сегодняшних действий, а теперь голова отказывалась соображать. Ныла скула. Наверняка Абарай не упустил случая хорошенько съездить ему по физиономии.
Бьякуя вошел в свой кабинет, но лейтенанта там не обнаружил. Куда он делся, придурок? Кучики никак не мог заставить себя хотя бы начать думать об этом. Надо где-то искать лейтенанта… Ладно, черт с ним! Сам придет рано или поздно. Бьякуя сел на краешек дивана. Все тело тут же отозвалось сладкой истомой. Ну хорошо, на минутку. Только чтоб собраться с мыслями. Бьякуя улегся, свернулся в комок, чтобы поместиться на коротеньком диванчике. Всего пару минут…
***
Когда Ренджи влетел в кабинет и обнаружил капитана спящим, он в первый момент пришел в ужас. Подскочил к дивану, хорошенько встряхнул капитана за плечо.
– Кучики-тайчо!
Тот, не открывая глаз, лениво сбросил его руку, пробормотал сквозь сон:
– Ренджи, ты можешь хоть на минуту оставить меня в покое?
У Абарая отлегло от сердца. Все-таки, он спит. Просто спит, без всяких там колдовских штучек. Должно быть, ночное приключение здорово его измотало. И в самом деле, то, о чем рассказывал Кучики, полноценным отдыхом не назовешь. Ему нужно немного прийти в себя. Но что же делать? Ждать, пока капитан проснется, и потерять, возможно, целый день? Все остальные отряды наверняка уже отправились на поиски. Ренджи не мог допустить, чтобы кто-то другой нашел риока раньше него. Он был намерен, во-первых, восстановить свою репутацию, а во-вторых, как следует наказать тех, кто выставил его посмешищем перед тринадцатью отрядами.
Подумав, Ренджи решился. В конце концов, Кучики должен понять, что этот поступок был продиктован гордостью. Он такие вещи хорошо понимает и, возможно, простит. Абарай написал капитану записку, где объяснил, что не смог его разбудить, и потому ушел один. Обозначил максимально подробно, какой район намерен прочесать. Если капитан выспится до заката, он сможет разыскать лейтенанта и присоединиться к нему.
Поисковых групп из других отрядов в намеченном районе не оказалось. Город здесь заканчивался, уступая место редкому, но величественному лесу с мощными раскидистыми деревьями. Ренджи старательно прочесал окраину, заглядывая во все щели. Риока могут с легкостью спрятаться где угодно. Окраина была пустынна, Ренджи даже не был уверен, живет ли здесь кто-нибудь. Было совершенно тихо, и только изредка он вспугивал птиц, да еще не то мышей, не то белок, которые поспешно прятались в траве.
Враги появились внезапно. Они вышли из-за деревьев бесшумно, показались все одновременно, и Абарай вздрогнул от неожиданности, заметив их.
– Йо, лейтенант Абарай! – насмешливо приветствовал его парень в костюме синоби, вскинув вверх руку.
Ренджи немедленно все понял. Так вот кто оборотень! Вот на кого у Ренджи имелся самый большой зуб!
Абарай не стал с ним разговаривать. Вот еще! Он просто выхватил занпакто и бросился в атаку, рассчитывая одним ударом разрубить этого типа пополам. Враг исчез со скоростью сюнпо. А в следующий миг в лейтенанта полетели два веера, и Ренджи едва успел махнуть мечом, чтобы отбить первый, и развернуть плечи, чтобы увернуться от второго.
– Хорошие рефлексы, – похвалил его владелец вееров. Он уже обнажил оба своих меча.
– Я тебе сейчас покажу мои рефлексы, – рыкнул на него Абарай.
Он метнулся в сюнпо с тем, чтобы обойти противника сзади и поразить приемом, который он, как ему казалось, достаточно неплохо перенял у капитана. Однако враг ровно в тот же момент и ровно с той же скоростью рванул ему навстречу, и они разминулись. Остановились, обернулись, обратив друг к другу одинаково недоуменные взгляды.
– А ты стал еще шустрее, – сказал риока.
– Ты тоже неплох, – хмыкнул Ренджи. – У нас принято называть свое имя врагу, которого собираешься убить. Абарай Ренджи, лейтенант шестого отряда.
– В самом деле? – удивился его противник. – У вас так принято? Ладно, если хочешь, я назовусь, не жалко. Томикава Камуи. К сожалению, у меня нет звания, которое я мог бы тебе сообщить.
– Не страшно, – Ренджи оскалился. – Значит, Томикава? Отлично! Ты готов умереть?
– К вашим услугам, лейтенант! – задорно воскликнул Камуи.
Они ринулись навстречу друг другу, их клинки скрестились, высекая искры. Уровень мастерства риока, как будто, не уступал уровню лейтенанта. Но у Ренджи было смутное ощущение, что у этого парня на уровне не столько мастерство, сколько рефлексы. Он сражался странно, словно сам не знал, что сделает в следующий момент, по его глазам невозможно было ничего предугадать, и еще казалось, что он сам удивляется удачным выпадам. Но, несмотря на это, сражаться против него было непросто. Они кружили среди деревьев с невероятной скоростью, листва вокруг сливалась в сплошной фон. Наконец, мужчины остановились перевести дыхание.
– Ну и техника у тебя! – воскликнул Абарай. – Ты что, вообще не умеешь драться?
– Пожалуй, что не умею, – пожал плечами Томикава. – Я ведь этому не учился. Но рефлексы неплохие, тебе не кажется?
– Только рефлексы, – кивнул Ренджи. – Может быть, тебе удастся некоторое время на них продержаться. Но если я начну сражаться по-настоящему, тебе конец.