Страница 15 из 40
– А ты, стало быть, еще не начал? Интересно, у вас тут все такие?
– Такие – это какие?
– Такие придурки, – усмехнулся Томикава. – Обернись.
Абарай уставился на него с недоумением. Обернуться? Что за нелепая уловка? Но тут же он отчетливо ощутил за спиной чье-то присутствие. Вот черт, совсем забыл про остальных! Ренджи молниеносно развернулся, закрываясь мечом… но клинка позади не оказалось. Он увидел растрепанного парня, который в первую их встречу баловался какой-то странной магией. Тот разжал кулак и дунул на раскрытую ладонь. Что-то мелкое, вроде пыльцы, полетело прямо в лицо Абарая.
Ренджи рванулся изо всех сил, длинным прыжком сиганул подальше от этой толпы, за спину своего недавнего противника, Томикавы. Тот, обернувшись, следил за лейтенантом. В глазах его была насмешка.
– Что это? – Спросил он. – Безнадежная задержка умственного развития? Или какие-то средневековые понятия о чести? Вы такие странные ребята. Ты что же думал, я пришел тут с тобой драться один на один? Вы всегда так делаете?
– Похоже, я еще не избавился от привычек, приобретенных в одиннадцатом отряде, – признал Ренджи, поспешно вытирая лицо ладонью. – Я слишком увлекся поединком с тобой. Честно говоря, да, обычно мы так и делаем.
– Напрасно. Мы пришли сюда не для того, чтобы играть по вашим правилам. У нас есть свои собственные.
– И каковы же они? – ехидно поинтересовался Ренджи. – Может, просветишь?
– С удовольствием, – неожиданно для Абарая ответил Томикава. – Не могу отказать такой любопытной добыче. Мы пришли сюда охотиться. Этот странный город станет нашими охотничьими угодьями. Мы будем пожирать вас по одному, похищая исподтишка, выбирая тех, кто послабее, чтобы со временем набрать силу, достаточную для того, чтобы сожрать сильнейших. Это может занять много времени, но мы никуда не спешим.
– Не слишком ли самоуверенно? – поморщился Абарай. – Здесь тринадцать лейтенантов, вроде меня, и тринадцать капитанов. И вы думаете, что, если кто-то из них найдет вас, вы сможете выстоять? Любой из капитанов превосходит в силе вас всех, вместе взятых. И вы еще не видели командира! Что, если и ему захочется размяться? Я боюсь себе это представить!
– А ты любишь поболтать, – заметил Томикава, как показалось Ренджи, одобрительно. – Это хорошо.
– Почему это – хорошо? – тут же насторожился Абарай.
– Потому что ты упустил время, – ответил за Томикаву колдун. – Ты готов!
И тут же, словно по команде, на лейтенанта бросились трое мужчин, те же самые, с которыми ему уже доводилось сражаться. Ниндзя выудил откуда-то два коротких ножа, и слегка полноватый самурай, до сих пор стоявший поодаль, обнажил катану.
– Реви, Забимару! – рявкнул Ренджи и успел-таки выгнувшимся дугой занпакто встретить всех троих. Он отшвырнул противников назад, но тут… в глазах потемнело, к горлу подступила тошнота. «Черт, похоже, это был какой-то яд», – мелькнула мысль. Потому они и трепались с ним так долго. Ждали, пока подействует.
Даже и эту короткую мысль ему не дали додумать. Что-то сверкнуло в руке у синоби. Сюрикен? И точно, это оказался он: в следующий миг сталь распорола запястье Абарая. Он взвыл от боли, роняя занпакто, отпрянул назад, но провести задуманное стратегическое отступление у него уже просто не хватило сил. Удалось сделать несколько шагов назад на подгибающихся ногах, после чего путь преградило дерево. Ренджи сполз на траву.
Собственное тело казалось ему чем-то чужеродным, оно отказывалось подчиняться сигналам мозга. А оскаленные в жадном вожделении физиономии врагов казались совсем близкими, руку протяни. Они на миг остановились, чтобы насладиться его беспомощностью, полюбоваться на неспособную к сопротивлению жертву. А потом…
А потом налетел стальной вихрь, срывая листву с деревьев, послышались испуганные возгласы, а потом и вопли боли, и обзор загородило знакомое хаори. Кучики встал перед лейтенантом и без затей соорудил круговую защиту из лепестков Сенбонзакуры. Ренджи пару раз моргнул, попробовал шевельнуться и обнаружил, что ему это удалось.
– Кучики-тайчо?
– Двигаться можешь? – спросил капитан, не оборачиваясь. – Где твой занпакто?
– Он, кажется… – Ренджи попытался хорошенько подумать. – Он там, под вашим щитом. – Абарай с трудом встал на четвереньки, убедился, что удержаться в таком положении способен, и потихоньку пополз к ногам Кучики. – Если вы его чуть-чуть подвинете вперед, я смогу дотянуться.
Капитан немного передвинул стальной купол; с дерева, у которого они стояли, оборвало половину веток. Ренджи разглядел в траве рукоять своего меча и потянул за нее.
– Есть! – объявил он.
И тогда капитан схватил его за руку и за шиворот и рванулся в сюнпо. А потом еще и еще. Он мчался с сумасшедшей скоростью; Ренджи не успевал ни разглядеть что-либо, ни переставлять ноги, ни как-то иначе участвовать в процессе. Ему показалось, что Кучики пару раз подпихнул его в бок коленом, чтобы не терял равновесия, но все происходило так быстро, что Ренджи не смог бы за это поручиться. Наконец, они остановились где-то в городе, и Кучики не просто выпустил, а оттолкнул лейтенанта, так что тот растянулся во весь рост.
Ренджи немного подождал, пока рассеется туман перед глазами, после чего принялся соскребать себя с мостовой. Он обнаружил, что тело слушается уже немного лучше. Видимо, та дрянь, которую ему сыпанули в лицо, не была смертельной отравой, а должна была лишь на время вывести его из строя. Ренджи сумел подняться и даже спрятать в ножны занпакто. Земля все еще угрожающе покачивалась, но все же не норовила вывернуться из-под ног. Кучики запечатывал Сенбонзакуру.
– Кажется, мой приказ был предельно ясен, лейтенант Абарай, – спокойным, равнодушным голосом проговорил капитан.
Ренджи внутренне сжался, предчувствуя крупные неприятности. Проблема, конечно, была не в напоминании о приказе, а в том, что никогда раньше Кучики его так не называл.
– Простите, Кучики-тайчо, – буркнул он. – Я просто не хотел, чтобы другие отряды перехватили их раньше. Они должны достаться нам.
– Ты проигнорировал приказ и вынудил меня спасать тебя, – не обращая внимания на оправдания, говорил капитан. – Опоздай я хоть на секунду, и ты был бы мертв. Или ты и против этого станешь возражать?
– Нет, тайчо. Я и вправду облажался.
– С этого момента ты отстранен от участия в этой операции.
– Что? – взвыл Ренджи, не веря своим ушам.
– Ты будешь командовать отрядами обороны. Тебе запрещается покидать пределы расположения шестого отряда и участвовать в поимке риока.
– Но, Кучики-тайчо! – Ренджи в отчаянии пытался спорить. – Вы не можете меня отстранить! Это я должен их поймать. Я виноват, я и должен исправить свою ошибку. Неужели вы мне даже этого шанса не дадите?!
– Радуйся и тому, что я не завожу разговор об отставке, – перебил его капитан. – Ты вытворяешь все, что тебе вздумается. Мне не нужен лейтенант, который не подчиняется приказам. Ты будешь командовать отрядами обороны. А если я услышу еще хотя бы одно возражение, можешь попрощаться со своим постом. Тебе все ясно?
– Да, капитан, – сквозь зубы процедил Абарай.
========== Том 3. Гордость ==========
На вечернем собрании капитаны отчитывались о событиях дня и обсуждали планы на следующий. Событий было негусто. Никто не сумел наткнуться хоть на какие-нибудь следы риока, только в пятом отряде пропал бесследно один из патрулей, который слишком приблизился к окраинам города. Единственный, кому было, что рассказать, был капитан Кучики, поэтому слушали сегодня по большей части его.
Бьякуя рассказывал все, не утаивая никаких подробностей: и о странном сне, и о краткой стычке с риока, и об отстранении от задания лейтенанта. Этого последнего факта, судя по лицам, многие не одобряли, но не вмешивались: пусть капитан сам разбирается со своими подчиненными. Других возмутило то, что Кучики, по сути, избежал боя, а значит, ничего не узнал о способностях риока, и вообще позволил им уйти безнаказанно. На это Бьякуя сдержанно пояснил, что вступать в бой в тех обстоятельствах означало рисковать жизнью лейтенанта, поскольку противники исключительно шустры и вдобавок многочисленны, и он предпочел спасти этого идиота, но тот свое уже получил и теперь будет знать. Риока же, пообещал капитан шестого отряда, он непременно отыщет на следующий день, и тогда им несдобровать. Может быть, другим капитанам и показалось, что он бросается пустыми словами, но Бьякуя испытывал внутреннюю убежденность, что пришельцы и сами попытаются разыскать его. Что-то слишком уж они заинтересовались его личностью.