Страница 15 из 38
– А как это – победить, но не покромсать при этом?
– Сложно, – признал Ан-Таар. – Третий уровень недостижим без второго. Если ты не сможешь сражаться одной силой воли, нечего и думать победить тварь. Обычно, чтобы заполучить помощника, стражи зовут кого-то из своих друзей или бывшего учителя – для страховки. Если дело не пойдет, они смогут прикончить тварь и спасти тебя. Я, правда, обошелся сам…
– Ты вот это хочешь научить? – неожиданно спросила тварь, оборачиваясь к стражу. – Ну-ну.
И снова немигающие глаза существа обратились к Кайтену. Тот обалдело хлопал глазами.
– Оно… разговаривает?
– Это идея, – ответил Ан-Таар. – Теперь это моя идея. Он станет таким, как нужно мне. Впрочем, наши тайные желания не всегда подвластны рассудку.
– Ладно уж, только не говори, что не понимаешь, – проворчала тварь. – Тебе просто нужен был собеседник, способный с тобой спорить.
– Возможно, – согласился Ан-Таар. – Его зовут Суномохи, – обернулся он к Кайтену. – И он хороший боец. Именно он и спас тебя тогда.
– Э-э… спасибо, – с трудом выговорил Кайтен.
– Да не за что, – фыркнул Суномохи… и исчез.
– Я его отозвал, – пояснил Ан-Таар. – Будет с него.
– Ничего себе, – Кайтен вздохнул. – Я это все как-то попроще представлял.
– А ничего сложного не будет, – Ан-Таар слегка пожал плечами. – Для начала тебе нужно только выбрать оружие и овладеть им. Этого может оказаться достаточно. После того, как ты одолеешь первую тварь, ты уже сможешь считаться стражем. Это не значит, что после того уже не нужно учиться. Ты можешь продолжать учиться столько, сколько сочтешь необходимым.
– Ну ладно, – кивнул Кайтен, – я попробую. С чего нужно начинать?
– Сначала тебе нужно выбрать себе ящера. К кузнецу мы поедем верхом.
– К кузнецу?
– У нас нет своего кузнеца, придется ехать. Ближайший живет в семье Тэ.
– А, это откуда ваш следящий? – сообразил Кайтен.
– Именно.
– Но зачем нам к нему ехать?
– Выбирать оружие. У каждого стража свое оружие, и я не могу одолжить тебе свой меч, несмотря на то, что почти его не использую. Кузнец изготовит для тебя именно то, что нужно. По твоей руке, по твоему характеру.
Ан-Таар толкнул дверь загона и кивнул Кайтену.
– Заходи и выбирай. Для начала тебе нужно поладить с кем-то из них.
Кайтен настороженно двинулся к дверям. Из полумрака на него уставились маленькие поблескивающие глазки. Внутри было, наверное, с десяток ящеров. Они лежали на покрытом соломой полу, кто кучей вповалку, кто поодиночке, кто подобрав под себя лапы, кто развалившись, но все смотрели на вошедшего с одинаково высокомерным выражением.
– Здесь самцы, – пояснил Ан-Таар. – Это вот Гаонок, – он указал на одного из ящеров, расположившегося у самого входа. – Это мой ящер, и к нему даже не пробуй подступиться. Не подпустит, еще и укусит.
Кайтен опасливо посторонился. Гаонок глядел на него презрительно.
– А остальные? Они, наверное, тоже чьи-нибудь?
– Есть и такие, – согласился Ан-Таар. – Но те, кто уже считает какого-то человека своим хозяином, не пойдут к чужому. Впрочем, есть шанс, что ты им понравишься больше, и они сочтут хозяином тебя. Поэтому не стану ограничивать тебя в выборе.
– А что нужно делать, чтобы с ними поладить? – уточнил Кайтен, опасливо косясь на Гаонока.
Ан-Таар вдруг озабоченно нахмурился.
– Это может оказаться довольно сложным. Я не подумал об этом. Ведь у вас теперь не разводят больших ящеров?
– И не разводили никогда, – подтвердил Кайтен.
– Тогда ты не знаешь самого главного. Видишь ли, команды ящерам нужно отдавать мысленно.
– Как это – мысленно? – Кайтен опешил.
– Даже не знаю, как объяснить, – Ан-Таар продолжал хмуриться. – У нас это все с пеленок умеют. Ты просто думаешь, а он делает. Мы полагаем, лес специально создал таких зверей в качестве наших помощников. Они чувствительны к мыслям, как и лес. Именно поэтому мы всегда их и разводили.
Он коротко глянул на Гаонока, и тот неторопливо поднялся на ноги; вид у ящера при этом был такой, будто он делает огромное одолжение. Зверь обогнул Кайтена, приблизился к стражу и уткнулся лбом ему в ладонь. Ан-Таар рассеянно погладил жесткую шкуру.
– Попробуй. Может, получится что-то подобное с кем-то из них.
Кайтен растерянно оглянулся на ящеров. Они таращились на него выжидательно и насмешливо. Ну-ну, попробуй, посмотрим, что у тебя получится, казалось, говорили эти взгляды. Кайтен решил сосредоточиться на ком-то одном и уставился на крайнего, одиноко лежащего в сторонке. «Давай, приятель, подойди ко мне!» Ящер холодно отвернулся, лениво распахнул огромную пасть и протяжно зевнул. Кайтен отметил, что зубов в пасти нет, но ороговевшие складки кожи казались довольно острыми. Словом, пасть больше походила на клюв, но с первого взгляда было ясно, что и с клювом шутки плохи.
Кайтен переключился на следующего. Тот в ответ на призыв растопорщил перья, росшие у него за ушами. До сих пор у всех ящеров эти перья были мирно уложены вдоль шеи, у этого же встали широким полукругом позади головы. Сочтя это знаком угрозы, Кайтен поспешно отвернулся. Но и следующий ящер не отозвался на его почти уже панические мысли, и следующий…
– Они чувствуют, что ты чужак, – негромко сказал Ан-Таар. – И что совсем не умеешь с ними обращаться.
– И что же делать? – спросил Кайтен почти жалобно. – Если у меня даже такая ерунда не получается…
– Пойдем к самкам, – решил страж.
Они перебрались в другой загон. Ящеры, находившиеся здесь, отличались от предыдущих только отсутствием перьев. Взгляды были столь же презрительны.
– А почему эти без перьев? – спросил Кайтен, пытаясь оттянуть тот момент, когда придется снова налаживать контакт с этими угрюмыми животными.
– Это самки. Перья только у самцов, потому что они используют их для брачных танцев. Весной посмотришь, – пообещал Ан-Таар. – Весной у них очень красивое оперение.
– А сейчас они серенькие какие-то, – с сомнением заметил Кайтен.
– Просто перья выцветают. А весной они съедают особые травы, от которых оперение становится ярким. Так они и привлекают самок. Чем ярче перья, тем здоровее самец.
– А, здоровее он делается от трав? – догадался Кайтен.
– Верно, – кивнул Ан-Таар. – Ты давай пробуй.
Но и здесь толку не вышло. Самки оказались столь же презрительны и неотзывчивы. Топорщить им было нечего, так что они просто задирали морды и колотили по полу кончиками длинных хвостов. Кайтен даже не знал, слышат ли они вообще, что он пытается им втолковать, или же им просто не нравится его внешность.
Повезло только в третьем стойле. Здесь одна из самок в ответ на панический призыв начинающего стража, обращенный уже ко всем присутствующим сразу, лениво поднялась, неторопливо приблизилась и снисходительно положила ему голову на плечо.
– Ух ты, получилось, – ошарашенно пробормотал Кайтен, обхватывая руками огромную голову. Она была еще и тяжелой ко всему прочему.
– Ее зовут Кидиан, – отрекомендовал Ан-Таар новую знакомую. – Она уже старая, но еще крепкая. К тому же очень умная. С ней тебе будет проще поладить.
Кидиан, видимо, решив, что хорошего помаленьку, развернулась, бросила напоследок насмешливый взгляд на новообретенного хозяина и удалилась в свой угол. Кончик ее длинного хвоста слегка смазал Кайтена по щеке, и он ни за что не поверил бы, что это вышло нечаянно.
– Она меня просто пожалела, по-моему, – проворчал он, выходя из стойла.
– Пусть так, – невозмутимо отозвался Ан-Таар. – Главное, тебе есть на ком ездить. Но я дам тебе совет. Летом у них родятся дети. Возьми на попечение один из выводков. Играй с ними, корми. Они привыкнут к тебе с самого рождения. К тому, что ты не такой, как остальные, что иначе общаешься. Тогда кто-то из них сможет заменить Кидиан, когда она будет не в состоянии больше тебя возить. А растут они быстро.
– Я так и сделаю, – пообещал Кайтен. – Верно, надо мальков приручить, чтоб не кусались. А то эти так смотрят… – Он расстроенно махнул рукой. – Ладно. Когда едем-то?