Страница 18 из 20
- Не куксись, Иван Михалыч, никто на твою кухню не покушается. Просто развеяться мне надо. Да и думать любимое занятие всегда помогает. А готовка - одно из них.
Харитонов как-то неуверенно кивнул, а Сандро снова рассмеялся. Я продолжил командовать на кухне.
- Почистил морковь? Целых три? Ну, одну можешь съесть, а две остальные нужно натереть на крупной терке.
Великий Князь все еще посмеиваясь, принялся натирать морковку. Я же закончил шинковать лук, когда услышал:
- Государь, вода закипела!
- Спасибо, Иван Михалыч. - и с этими словами бросаю в кипящую воду пару ложек соли. Пробую. Еще пол ложечки. Так, нормально. Теперь бросаем мясо и пусть себе варится.
- Посматривай, Иван Михалыч, за пеной, чтоб снять вовремя.
Императорский шеф-повар хмыкнул, но возражать не стал. Беру, тем временем, сковороду и ставлю на плиту. Подождав, пока раскалится, наливаю оливковое масло (побоялся наливать подсолнечное, фиг его знает, придумали ли тут рафинированное масло, а от нерафинированного и вкус испортится и все будет в пене), и бросаю туда нашинкованный лук.
- Чего стоим? Кого ждем? Сандро, давай быстренько режь вон ту кучку грибов. Да, как хочешь, режь. Поперек. Ага.
А сам уже чищу помидоры от кожуры. Харитонов успевает и пену снимать из кастрюли, и лук помешивать на сковородке. Молодец. Профессионал, не то, что я!
- Так, лук зарумянился, давай туда быстренько натертую морковку и не забывай помешивать! Освободился, Сандро? Тогда чисть картошку. Приходилось в армии чистить картошку? А мне вот приходилось.
- Где это тебе приходилось? - поинтересовался Сандро.
- А, там, на фронте, - ограничился я общей фразой, и тут же перевел разговор в практическую плоскость, - где тут соковыжималка?
Оказалось, что механический вариант соковыжималки уже придумали. Ну, прекрасно, мне меньше работы сейчас. Меж тем, к "поспевшей" моркови отправились грибы. Мой шеф-повар обреченно помешивал на сковородке царские прихоти. Но меня это уже не могло остановить. Плевать я хотел в этот момент на все. Это мой поезд, мои люди, моя страна и я хочу добавить сюда чуточку моего времени.
Ну, что ж, первая часть готовки закончилась, и в сковороду отправился тушиться с овощами и грибами натертый мною томатный сок.
- Ну, что, Иван Михайлович, кто тут грозился рюмочкой? Давайте по рюмашке за то, чтобы поспело блюдо как следует!
Разливаю по трем рюмкам.
- Ну, здрав буде, бояре!
Сандро расхохотался и одним махом тяпнул свою рюмку. Харитонов как-то неуверенно покосился на меня, но под моим отеческим взглядом, покорился и обреченно выпил свою. Удовлетворенно кивнув, я, в свою очередь, накатил и свою порцию. Захрустели соленые огурчики.
- Простите, Государь, а... - шеф-повар помялся, - огурцы тоже туда?
Он кивнул в сторону сковороды.
Похрустев огурчиком, я серьезно ответил:
- Нет, это не туда. Это нам на закуску.
Харитонов как-то растерянно кивнул, а Великий Князь вновь рассмеялся. Его явно забавляла ситуация.
- Итак, коллеги, разрешите вас так именовать, пришла пора шинковать капусточку. Есть мнение, что с этим делом никто лучше профессионала не справится. Как вы на это смотрите, Иван Михайлович?
- Да, Государь.
Мне даже показалось, что Харитонов даже с каким-то облегчением занялся привычным делом и вскоре нож шеф-повара зазвучал со скоростью пулемета.
- Вот, что значит, профессионал! - сказал я, вздохнув. - Мне так никогда не наловчиться. А впрочем, как сказал один литературный персонаж, правда по другому поводу, достигается упражнением!
- А это кто сказал?
Я покосился на Сандро и пожал плечами.
- Не помню. Да и не важно. Важно, что пора бросать в кастрюлю резанную кубиками картошку, а мы тут беседы беседуем.
Вскоре к картошке полетела и капуста. И еще через десять минут, в кастрюлю было вывалено все загустевшее содержимое сковороды. Помешав варево, бросаю специи, лавровый лист, макаю туда перец чили, пробую и удовлетворенно крякаю.
- Ну, что ж, Иван Михайлович, организуйте нам чеснока, сметаны, черного хлеба и пару бойцов кулинарного фронта для транспортировки сего в столовую.
Харитонов встал и, уже в дверях кухни, спросил:
- Простите, Государь, а как называется...
Он запнулся и нерешительно посмотрел на кастрюлю.
- Сие блюдо мы изволим именовать борщом! - сообщил я, усмехнувшись.
- Борщом... - кивнул себе шеф-повар и тихо скрылся за дверью.
* * *
ЖЕЛЕЗНАЯ ДОРОГА МЕЖДУ ПЕТРОГРАДОМ И МОСКВОЙ. 10 марта (23 марта) 1917 года.
- Где ты так научился кулинарствовать?
- Достигается упражнением! Не грей водку, давай по первой!
- По первой мы уже выпили там, - Сандро махнул в сторону вагона-кухни. - Так что это вторая.
- Ну, значит, между первой и второй...
Мы чокнулись и выпили.
- А теперь, мой дорогой дядюшка, быстренько вот эту штучку, - процитировал я профессора Преображенского, указав на миску раскаленного борща, - и если вы скажете, что это плохо, то вы мой личный враг на всю жизнь!
Сандро закусил ледяную водку острым и горячим борщом и замер, прислушиваясь к ощущениям. Затем блаженно прикрыл глаза и лишь покачал головой. После чего начал есть, стараясь не обжечься, но и не допуская того, чтобы варево слишком остыло.
- Вот. - сказал я наставительно. - А теперь, еще по рюмашке. Как говорят в Малороссии, налывай, бо йидять!
- А ты откуда знаешь?
- А я там, батенька, воевал.
- Угу, - кивнул мой военный министр, - а этот борщ варить тебя, значит, на войне научили?
Усмехаюсь.
- А я, Сандро, очень разносторонний человек на самом деле. И готовить для души тоже очень люблю.
- А еще что ты любишь?
- Еще?
Я мечтательно поглядел в ночь за окном.
- Еще я летать люблю.
- Летать? - Великий Князь удивился. - Это где же ты полюбить-то успел?
- Ну, не скажи, у меня летный стаж приличный. Часов тринадцать в общей сложности. Правда, "Ильей Муромцем" я не управлял в полете, но это дело наживное, не так ли?
- Миша, я надеюсь, что ты говоришь несерьезно. Я вообще противник твоих полетов на аэропланах, а уж самому пилотировать, это уж совсем никуда не годится. Это просто опасно, а ты принадлежишь не только себе. Подумай об этом.
Я покачал головой.
- Безопасность безопасностью, но попомни мое слово -- очень скоро главы государств будут передвигаться по воздуху не меньше, чем по земле. Вот мы с тобой сейчас едем в Москву. А по небу долетели бы минимум в два раза быстрее.
Дядя пожал плечами.
- А куда торопиться? Мы спокойно едем, пьем водку и кушаем твой борщ. А вот смогли бы мы покушать горячий борщ на борту "Ильи Муромца", а? Вот то-то.
- Есть правда в твоих словах, - я кивнул, - тогда давай выпьем еще по одной.
- Давай, - согласился Великий Князь. - А то остынет.
- А, - отмахнулся я, - у нас еще целая кастрюля. Там не остынет так быстро, так что можно смело вкушать.
Мы вновь чокнулись и употребили. Когда с этим делом было покончено, Сандро вдруг сказал:
- Слышал вчера твое выступление на съезде этого твоего Фронтового Братства. Кстати, ты очень ловко провернул эту операцию, взять солдат, прибывших с фронта подавлять мятеж, и вдруг объявить, что они присутствуют на учредительном съезде организации, которую патронирует сам Государь, да еще и заявить им, что они уполномоченные. Но я не об этом хотел у тебя спросить. Ты вообще понимаешь, какую кашу заварил?
Откидываюсь на спинку стула и смотрю на него оценивающе
- Понимаю. Во всяком случае, смею на это надеяться.