Страница 41 из 43
Ещё раз окинув её пристальным взглядом карих глаз, Кол прищурился слегка, замечая, как она в нервозном жесте чуть покачивает ногой под столом, а затем широко улыбнулся ей, ставя всё на кон в ответ, сдвигая аккуратные стопки фишек на центр.
— Ну что, красотка, готова поужинать со мной? — Кол подмигнул ей, расплываясь в похабной улыбочке, получая в ответ лишь насмешливый взгляд голубых глаз и колкую ухмылку.
— Заплатить тебе будет нечем, — склонившись ближе к столу, произнесла притворно-сладким голосом Кэролайн, вздернув игриво бровь и изогнув губы в слишком манящей улыбке тут же, здорово царапая ноготками его слабую выдержку.
— Фулл-Хаус, — победно усмехнувшись, заявил наконец Кол, переворачивая карты и откидываясь расслабленно на спинку стула, официанта жестом прося принести ему выпить. — Ну что, детка, покажешь мне, что там у тебя ещё есть, помимо очевидного.
— У меня тут скромная компания королев, — Кэролайн пожала небрежно плечами, склонив голову чуть набок, лениво растянув гласные и заставив его насторожиться отчего-то, проигнорировав начисто его последнюю фразу, — Каре, малыш.
Улыбка мигом пропала с лица Кола, а принесённый виски оказался выпитым залпом. Потому что он только что проиграл слишком много денег. И Клаус его за это по головке не погладит уж точно. Потому с недоверием он смотрел вновь и вновь на её карты, не понимая, как такое произошло, очнувшись уже тогда, когда она начала собирать фишки, которые крупье ей поменял на крупные, с середины стола, наклонившись соблазнительно и будто бы в качестве утешительного приза продемонстрировав ему чуть больше.
Уж такого развития событий он не ожидал. Кол Майклсон ведь никогда не проигрывал. Тем более какой-то самодовольной девчонке, появившейся здесь впервые и оказавшейся избалованной дочкой какого-то богача. Как такое вообще возможно? Кто ж так спугнул его удачу? И как теперь расплачиваться ему с Клаусом, который просто мозг вынесет своими воплями?
— Спасибо за игру, — улыбнувшись всем очаровательно, Кэролайн подмигнула и Колу на прощание, покидая зал и оглядываясь по сторонам.
***
Спешно накинув пиджак, Клаус чертыхнулся, собираясь после Колу как следует подпортить жизнь за чёртову невнимательность. Потому что не заметить, как она подменила карты, мог только полный олень. И надеялся он сейчас на то, что она не успела ещё покинуть казино вместе с деньгами, что принадлежали ему по праву! Хотя, признать он не мог всё же, что оказался впечатлён тому, как ловко девчонка всё провернула.
Дёрнув ручку двери раздражённо, он едва не сбил с ног блондинку, с удивлением обнаруживая секундой позже, что это и есть та самая мошенница, за которой он как раз хотел послать службу охраны. Она удивлённо охнула, смотря на него снизу вверх своими большими голубыми глазами, держа горстку фишек в руках.
— Мне сказали, что вы хозяин. Пожалуй, только вам могу доверить это, — Кэролайн улыбнулась ему совершенно очаровательно, чуть прищурившись, — Я нечестно выиграла у того самодовольного индюка, который оказался вашим братом. Но в своё оправдание хочу сказать, что он заслужил!
Клаус удивлённо вздохнул, совсем не ожидая подобного, заторможенно кивнув и приняв фишки из её рук, вздрогнув от того, как всего на миг их пальцы соприкоснулись, совершенно зачарованно продолжая смотреть на её улыбку и ярко горящие голубые глаза.
— Меня зовут Клаус, — представился он наконец, понимая, что и дальше молчать будет как минимум глупо.
— Кэролайн, — улыбка на её губах стала чуть шире и она склонила игриво голову набок, невольно вызывая у него ответную улыбку, обнажившую мальчишеские ямочки на щеках.
— Не хотите поужинать, Кэролайн? — предложил вдруг совершенно спонтанно Майклсон, сам от себя такого не ожидая, по правде говоря.
Просто не нашёл в себе сил противиться этой очаровательной улыбке и завораживающему взгляду. И когда она согласно кивнула ему в ответ, чуть смутившись от предложения, он понял, что окончательно пропал.
Впрочем, ровно через три месяца и два дня, когда с его банковского счёта пропала шестизначная сумма, а следы того, что Кэролайн, ставшая Майклсон пару неделю назад, здесь когда-либо жила исчезли, он обнаружил на кухне конверт с прощальным письмом и компроматом, что был на членов его многочисленной семьи. И только в тот момент он понял, что значит окончательно пропасть.
Она всё предусмотрела ведь: исчезла быстро и профессионально, забрав всё ценное и оставив подстраховку, вместе со следом алой помады в уголке его фотографии. Свою жену, как оказалось, он не знал совершенно, теперь понимая, что был полным дураком, который действовал чётко по тому плану, который придумала Кэролайн. И её ли это имя вообще? Знал ли он хоть что-нибудь о ней? Было ли хоть что-то настоящее во всём этом?
========== Roses are red, lavender is blue (Аврора/Клаус/Кэролайн) ==========
Roses are red, lavender is blue
Come find me, before I find you.
На первую их с Клаусом годовщину, на пороге их небольшого домика в Праге, Кэролайн нашла на крыльце небольшой букет свежей лаванды, оставляющей на пальцах тонкий аромат и прохладные капли. Не было ни записки, ни намёка на то, что букетик оказался здесь случайно или был принесен порывистым весенним ветром. Кто-то положил его, заботливо перевязав тонкой шёлковой ленточкой. И улыбка невольно появилась на её губах, вместе с безрассудной мыслью о том, что это сделал Ник, покинув её ещё до рассвета. Вот только дарителем оказался совсем не Клаус, ответивший на присутствие в их доме букета напряжённой улыбкой и небрежно пожатыми плечами.
На четвёртую их с Клаусом годовщину, которую они решили провести в шумном Сан-Паулу, Кэролайн совсем не удивилась, получив на этот раз флакон с парфюмом, в котором ощущался явственно всё тот же тонкий аромат лаванды, на этот раз вместе с пожеланием удачного дня и советом захватить на прогулку зонтик. Клаусу на это раз она предпочла ничего не говорить, спрятав всё же миниатюрный флакон в тумбочку, не понимая даже зачем, подсознательно замечая, что к этому аромату она и впрямь уже начала привыкать. Этот аромат исходил от свежих лепестков, затем от масла, который она нанесла лишь однажды на кожу после ванны, и даже от небольшой свечи бледно-сиреневого цвета.
От Клауса добиться ответов она и вовсе не могла, видя одну и ту же реакцию: сжатые в кулаки пальцы и золотистый отблеск в глазах. И каждый раз после этого дня, они уезжали в совершенно новый город, о котором он ей всегда рассказывал получше всяких экскурсоводов, избегая ловко её расспросов и попыток понять, что же происходит.
На шестую годовщину, курьер в городке южной Франции доставил ей коробку с миниатюрными пирожными, что были украшены засахаренными цветками лаванды, и их наличие она поспешно скрыла от Клауса, выйдя за стаканчиком кофе, лишь бы он не учуял аромат, вызывающий извечно янтарный отблеск во взгляде. В этот же день, в кафе неподалёку, она и познакомилась с одной из местных жительниц, с улыбкой поинтересовавшейся, что же спрятано в коробке и так вкусно пахнет.
— Я здесь жила когда-то, — грустная улыбка на миг коснулась её губ, затронув толикой печали зеленые глаза, — Места кажутся будто бы чужими спустя столько лет. Меня зовут Аврора.
— Ты вампир? — Кэролайн осторожно поинтересовалась тогда, склонившись к ней ближе и замерев на пару секунд, будто бы уловив запах лаванды и от её рыже-красных волос, списывая это позже на помутнение.
— Разумеется, — её новая знакомая лишь тихонько рассмеялась в ответ, вовлекая ловко в беседу и вынуждая очаровываться всё больше и больше тем, как сверкал её взгляд и с какой страстью в голосе она рассказывала о своих путешествиях, составляя этим конкуренцию Клаусу.
Во Франции они пробыли дольше обычного, и к обществу Рори она и впрямь привыкла. Куда сильнее, чем к аромату лаванды, который неукоснительно следовал всё же за ней. Ей даже показалось, что она на миг ощутила его, когда Аврора в последний день их пребывания в уютном городке, коснулась вдруг её губ лёгким и целомудренным, но от того не менее обжигающим, поцелуем на прощание. Прикосновение это выдалось странным, всё же приятным и вызвавшим смущение во взгляде васильковых глаз Кэролайн, которая заправила нервно прядь пшеничных волос за ушко и поспешила домой.