Страница 23 из 59
Извинения?
Боги не извиняются.
ГЛАВА 8
Ты смотришь на меня искоса.
— Мне нужна пара на мероприятие, Икс.
— Попроси друга.
Я делаю вид, что занята, подливая молоко в чай, так что не смотрю на тебя.
— Никто из моих друзей не подходит.
— Тогда попроси одну из своих многочисленных подружек.
— У меня нет никаких подружек, Икс, — смеёшься ты.
Теперь моя очередь смеяться.
— Ха. Я чувствую на тебе их запах, Джонатан.
— Это просто девушки, они не подруги.
— Так ты, действительно, типичный плейбой.
Это прозвучало с намёком на юмор, но с долей правды.
— Виновен в предъявленном обвинении. Но, опять же, ни одна из них не подходит. Они не достаточно хороши для этого мероприятия.
— Что за мероприятие? — я не должна спрашивать, потому что я знаю, куда ты идёшь, и это невозможно.
— Это сбор средств, благотворительность. Будет весь высший свет. Только по приглашению, вступительный взнос десять тысяч, и это только чтобы попасть внутрь. Есть список гостей, который будут зачитывать, как претендентов на «Оскар». Я не могу привести любую старую шлюху в распутном платье, как делаю обычно. Мне нужен кто-то с положением в обществе и классом.
— Джонатан, я знаю, что ты...
— Мне нужна ты, Икс.
— Я не могу.
Ты хмуришься.
— Ты даже не знаешь, когда это будет.
— Это неважно.
Мой чай уже очень хорошо размешан, но я до сих пор кружу ложкой в чашке.
— Я заплачу тебе хорошую цену за твоё время, конечно же.
Резко смотрю вверх, сверкая глазами.
— Я не эскорт, Джонатан Картрайт.
— Это не то, что я имел в виду! Клянусь, я просто... Я знаю, что ты не эскорт, я имею в виду, это было бы как настоящее свидание. Часть моей подготовки. Посмотришь, что я умею. Тест.
Красиво выкрутился. Я скрываю улыбку.
— Понимаю. Очень умно. Но всё равно, боюсь, это невозможно.
Вдруг ты уже оказываешься на диване рядом со мной, а не стоишь у окна, что стало твоей привычкой. Слишком близко. Запах одеколона щекочет мой нос. Я бросаю косой взгляд и вижу твои часы Cartier, квадратные из серебра с чёрным кожаным ремешком, мужественные и элегантные.
— Почему нет, Икс?
Я скрещиваю ноги и потягиваю свой чай. Не смотрю на тебя.
— Так... не делают. Невозможно. Не для меня. Не с тобой. Ни с кем-либо ещё.
— Почему, Икс?
Твоя рука рискованно двигается вдоль спинки дивана.
Я замираю, молча умоляя тебя не делать этого, не касаться меня руками. Не делай этого, Джонатан. Ради меня, ради себя, не делай этого. Вопреки всему ты начал мне нравиться, и я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось.
— Господи, Икс. Ты самая колючая женщина, которую я когда-либо знал. Я даже не прикасаюсь к тебе, а ты вся напряглась.
— Я не колючая.
Ты фыркаешь:
— Всё хорошо, детка. Как скажешь, — сарказма в твоём тоне хоть отбавляй.
Я испепеляю тебя взглядом.
— Детка?
Ты поднимаешь руки в притворной капитуляции.
— Сожалею, сожалею. Но ты немного... замкнута.
Я встаю с пустой чашкой в руке. Даже не осознаю, что выпила его, но чашка пуста. Я иду на кухню, ополаскиваю чашку и ставлю её вверх дном на сушилку. Как вдруг, чувствую тебя на расстоянии фута.
— Если я колючая и замкнутая, возможно, этому есть причина, — я вжимаюсь в маленькое пространство рядом с раковиной, поскольку ты слишком близко. — Это предупреждение, Джонатан. К которому тебе не мешало бы прислушаться.
— Руки прочь, да?
Я выдыхаю, когда ты отступаешь.
— Да. Руки прочь.
— Собственность «Индиго»? — спрашиваешь ты резким голосом.
Я выравниваю дыхание и поднимаю глаза. Ты, похоже, глубже разбираешься в сути вопросов, чем я предполагала.
— Не надо, Джонатан. Просто... не надо.
Но ты продолжаешь:
— Ты отшельница, Икс? Я имею в виду, я никогда не видел тебя даже в шаге за порогом этого дома.
— Джонатан, остановись.
Ты медленно отступаешь прочь, подальше от кухни. Оглядываешься вокруг.
— Я имею в виду... чёрт, Икс. Здесь нет ни телевизора, ни радио, ни компьютера. Я даже не вижу грёбаную точилку для карандашей. И кроме сраного холодильника и тостера, я не заметил больше ни одного электрического прибора. А лифт с этим страшным до усрачки лифтёром-телохранителем? Или он тюремный надзиратель? У тебя есть сотовый телефон? Хер с ним, хотя бы стационарный? У тебя вообще есть какие-нибудь контакты с внешним, бл*ть, миром?
Ты останавливаешься за спинкой дивана.
Я пересекаю комнату и подхожу ближе к тебе, мой острый взгляд способен разрезать лёд вокруг меня.
— Полагаю, ваше время вышло, мистер Картрайт.
— Почему? Потому что я задаю вопросы, на которые тебе нельзя отвечать?
Да, в самую точку. Хотя я не произношу этого вслух. Боже, нет. Это имело бы катастрофические последствия. Я просто пристально смотрю на тебя, и, к твоей чести, ты не отводишь взгляд. Ты просто возвращаешь мне такой же взгляд, возможно понимая больше, чем я хотела бы тебе позволить.
Ты дотягиваешься до заднего кармана и вытаскиваешь тонкий серебряный футляр, нажимаешь кнопку, и замок открывается, показывая визитные карточки. Ты достаёшь одну, закрываешь коробочку и кладешь её обратно в карман брюк. Делаешь шаг, пристально глядя мне в глаза. Опускаешь карточку, зажатую между большим и указательным пальцами, в ложбинку моей груди, не касаясь моей кожи.
Визитка впивается в мою плоть. Твои глаза слишком понимающие. Слишком проницательные. Когда ты перестал быть избалованным мальчиком и стал уверенным мужчиной? Ты не волнуешь моё тело, не вызываешь панику и одышку, но это не твоя вина.
Есть гиганты, и я вижу, что со временем ты им станешь, а есть титаны. И даже если ты нашёл свою опору, открыл огонь внутри себя и узнал, как его использовать — ты не титан.
Но, тем не менее, твоя близость лишает меня сил.
— До свидания, Мадам Икс. Я могу честно сказать, что без тебя я никогда не имел мужество раскрыть весь свой потенциал. Так что... спасибо.
Твоя рука поднимается и парит в миллиметре от моего подбородка. Твоё лицо в дюйме от моего. В какой-то ужасный момент я думаю, что ты собираешься поцеловать меня. Мне трудно дышать, моё сердце не бьется. Я не моргаю. Ты заманил меня в ловушку у спинки дивана, и я не смею коснуться тебя, чтобы отодвинуть. Это было бы равносильно чиркнуть спичкой в комнате, полной динамита; есть небольшой шанс, что искра не попадёт на фитиль, но риск слишком велик.
Ты делаешь шаг назад. Два. Делаешь вдох и поднимаешь подбородок. И вот она, твоя беспечная ухмылка, понимающая, немного насмешливая, с юношеским максимализмом и кокетливым юмором. Ты поворачиваешься, дёргаешь ручку, рывком открывая дверь, и уходишь.
Когда дверь закрывается, я достаю визитную карточку из ложбинки грудей и изучаю её.
ДЖОН КАРТРАЙТ
Владелец ООО «Бизнес-услуги Картрайт»
Тел. (212) 555-4321
E-mail: [email protected]
Ты открыл своё дело. Я чрезмерно горжусь тобой.
Внезапно, открывается моя дверь, я не поднимаю глаза, предполагая, что ты что-то забыл.
Но это не ты.
— Так, так, так, — произносит глубокий, рычащий голос, — похоже, наш маленький Джонатан вырос.
***
— Калеб, — от удивления я резко делаю шаг назад. — Да. Кажется, ты прав.
Я протягиваю визитку, изображая случайную незаинтересованность. Как бы то ни было, я не думаю, что это выглядит правдоподобно.
Тёмные глаза бегло читают визитку.
— Молодец. Думаю, у него есть потенциал, чтобы преуспеть. Возможно, «Индиго» предложит ему контракт.
Я все ещё молчу. Открытие своего дела не моя область знаний или влияния.
Он, словно пантера, бесшумными шагами проходит через комнату, и с королевской элегантностью садится в кресло Людовика XIV, продолжая изучать карточку Джонатана. Размышляя.