Страница 15 из 56
Я откапываю свои ключи и тыкаю самым длинным в воздушный шар. Он лопается, и на землю, укатываясь, падает что-то маленькое и серебряное. Я тянусь, опираясь на здоровое колено, за этим чем-то, когда оно останавливается.
Долгое мгновение я молчу. В руке колечко, у уха — телефон.
— Софи? Ты нашла его? — спрашивает Мина.
— Да, — отвечаю я. — Да. Я... — Пальцем ощупываю надпись, выгравированную на кольце. — Оно прекрасно. Мне нравится.
— У меня такое же, — говорит Мина. — Они парные.
— Ага. Парные.
Провожу пальцем по слову, надавливаю на надпись, впечатывая себе в кожу.
Навсегда.
19
СЕЙЧАС (ИЮНЬ)
Папа подвозит меня до дома. Он не выходит, а остается в заведенной машине и ждет, пока я не окажусь в безопасности дома. Дожидаюсь, пока он уедет, сажусь в свою машину и направляюсь в городскую оранжерею.
Пытаюсь там отвлечься среди рядов грядок. Глубоко вдыхаю пропитанный ароматами земли и зелени воздух, тяжесть в груди отступает, впервые с той минуты, когда я ступила в кабинет Дэвида.
Оплатив маргаритки и органическую почву, я с улыбкой качаю головой девушке, поинтересовавшейся, нужна ли мне помощь. Тележка нагружена под завязку, но я упираюсь в нее всем весом, сжав зубы от нагрузки на мышцы.
К тому моменту, как я добираюсь до машины, нога болит до такой степени, что я сейчас не отказалась бы от помощи, предложи мне ее. Позади раздается гудок автомобиля, и я убираю с дороги тележку.
— Привет, Софи, неужели это ты? — Из окна своего пикапа в меня всматривается Адам Кларк. Как с многими другими людьми из школы, я знакома с ним почти всю свою жизнь. Около года он встречался с нашей подругой Эмбер, и она не замолкая все твердила, что он похож на кантри-версию диснеевского принца. Соедините потрепанную бейсболку, ковбойские сапоги и пристрастие к джинсам и футболкам с логотипом компании «Джон Дир» с его зелеными глазами, прямым носом и идеальной улыбкой и поймете, что слова Эмбер не лишены смысла.
— Привет, Адам.
Он смотрит на тележку у моих ног, и на его лице расползается понимание.
— Нужна помощь?
Когда мне наконец позволили вернуться в школу после аварии, каждому из нашей компании Мина дала задание убедиться, что мое возвращение проходит гладко. Явно выделила все на календаре цветными блоками с кодовыми именами. Эмбер помогала мне в туалете, потому что перерывы на обед у нас с Миной были в разное время. Коди отвечал за напоминание о приеме лекарств, потому что был самым пунктуальным. А Адам и Кайл, будучи самыми крупными в компании (и еще у нас совпадали уроки), носили мои вещи и не давали падать.
Поначалу меня нереально бесили эльфы Мины, но после тех четырех раз, когда я, еще будучи здоровой, кривой походкой выходила из туалета для людей с ограниченными возможностями, я понимала, что от помощи лучше не отказываться. И научилась быть благодарной Эмбер за то, что она захлопывала двери туалета перед всеми, кто пытался зайти.
— Не помешала бы. Спасибо, Адам.
Адам подъезжает к моей машине и выскакивает из своего фургона.
— Разбиваешь сад?
— Ага, надо же чем-то занять себя. — Открываю багажник, и парень укладывает в него первый мешок с почвой. — А ты что здесь делаешь?
— Миссис Джаспер покупает у нас с Мэттом оленину. Она делает джерки3 из нее.
— Хороший год?
Адам улыбается, поворачивая бейсболку козырьком назад, отчего на лоб спадают локоны темных волос.
— Да. И Мэтту становится лучше. Он восстанавливается. — Подняв следующий мешок на плечо, он сбрасывает его в багажник.
— Сам-то как? — спрашиваю я, совершенно не желая, чтобы разговор перешел на меня. — Так и идешь на футбольную стипендию?
— По крайне мере пытаюсь. — Он усмехается. — Кажется, это единственный способ свалить отсюда. Но дядя Роб считает, что у меня неплохие шансы. Не слезает с меня, от такого количества тренировок умереть хочется.
Я сочувственно вздрагиваю.
— Помню, с нами то же самое было. Мой папа считал, что мы еще слишком малы для таких темпов. Они часто спорили по этому поводу.
— Я и забыл, что ты тоже играла.
— Где-то сезон, после перешла в плавание. А потом сам знаешь что случилось. — Я пожимаю плечами.
Адам тянется и сжимает мою руку, а мне стоит больших усилий не отпрянуть. Если я не успеваю этого заметить, то, как правило, отпрыгиваю, когда люди прикасаются ко мне. Уверена, Дэвид многое сказал бы по этому поводу.
— Я знаю, как бывает тяжело. Но все станет лучше, — серьезно говорит он. — Тебе просто нужно оставаться чистой. Мой брат через это проходил, ты же знаешь. Он тоже сорвался. Наломал немало дров, украл у мамы деньги — она едва не потеряла наш дом из-за этого. Но дядя вывел его на верный путь. Мэтт признал свою вину и сейчас проходит очень хорошую программу. Восстанавливается, как я уже говорил. Они с мамой даже снова начали общаться. Поэтому я уверен, если ты всерьез за это возьмешься, не отвернешься от семьи, то ты справишься. Ты сильная, Соф. Просто подумай обо всем, через что тебе пришлось пройти.
— Очень мило, — отвечаю я. — Спасибо.
Адам улыбается.
— Знаешь, рад, что мы встретились. Кайл упоминал, что вы двое столкнулись на прошлой неделе.
— Он так и сказал? — с напускной легкостью спрашиваю его.
— Слушай, я понимаю, что у вас там какие-то свои проблемы. Но серьезно, Соф, та его ссора с Миной...
— Какая ссора?
— Я думал, вы поэтому... — Он резко замолкает, его щеки краснеют. — Наверное, мне не стоило...
— Нет, расскажи мне, — говорю я, и, видимо, слишком быстро, потому что он недоуменно сводит темные брови.
— Слушай, Кайл мой лучший друг... — начинает он.
— А Мина была моей лучшей подругой.
Адам вздыхает.
— Да это не важно, — говорит он. — Они просто... они поссорились накануне ее смерти. Кайл пришел ко мне в дерьмовом состоянии. Он не сказал бы, что случилось, но был он реально расстроен. Чувак даже плакал.
— Кайл плакал? — Не могу даже представить плачущим такого здоровяка, как Кайл.
— И это было очень странно, — признает Адам, качая головой.
— Он вообще ничего не говорил? Не говорил, из-за чего они поругались? — В тот день она не отвечала на его звонки. Что же стало причиной такой ссоры, что он поехал плакаться в жилетку своему лучшему другу? Достаточно ли этого было, чтобы он захотел убить ее?
— Он так набухался, что я и половины сказанного не понимал. Просто продолжал твердить, что она не выслушала бы его и что его жизнь кончена. Думаю, ему тяжело было это вспоминать, потому что, ну, знаешь, они поругались, и он не успел извиниться.
— Ага, — но я, сморщив лоб, уже перевариваю информацию.
— Зря я все растрепал, — говорит Адам, когда молчание слишком затягивается. Он хватает оставшиеся в тележке два мешка и переносит их в багажник, после отряхивает руки о джинсы. — Прости.
— Нет, все нормально. Спасибо, что рассказал. И спасибо, что помог мне с этой землей.
— Дома есть кто-нибудь, кто поможет ее выгрузить?
— Да, папа.
— Напиши мне как-нибудь, — кричит Адам, садясь в свой фургон. — Можем выбраться погулять.
Он отъезжает, а я машу ему вслед. Залезаю в машину и со всех сил давлю на газ, словно чем быстрее я еду, тем скорее оставлю все вопросы позади.
По приезду я оставляю мешки с почвой в машине и направляюсь прямиком в дом. Приняв душ, делаю то, чего так страшилась. Слишком долго я откладывала обыск комнаты Мины. Раз уж Трев не хочет отвечать на мои звонки, придется обмануть его. Но это значит, что нужно будет дождаться, пока папа приедет домой, чтобы воспользоваться его телефоном. Поэтому я заставляю себя взять картонную коробку и подняться наверх в свою комнату, чтобы наполнить ее вещами Мины. Только так я смогу попасть к ним домой.
За столько лет ее одежда и украшения перемешались с моими. У меня до сих пор остались папки с газетными вырезками и распечатками статей из интернета, которые она просматривала, пока мы лежали на моей кровати, слушая музыку. Книги, фильмы, серьги, косметика и духи, все они смешивались, пока становились не просто ее или моими. А нашими общими.