Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 22 из 134

         После колледжа Сол устроился работать в химическую лабораторию, а Бабли поступил в Лиатрасский Университет Высших Наук, но друзья продолжали общаться. Сол всегда хорошо относился к Юте, к тому же был до крайности гостеприимен, - в студенческие годы они с Бабли нередко оставались у него по несколько дней. Поэтому он был первым, о ком девушка вспомнила, когда пришлось думать, где скрываться от преследования.

         Юта пешком поднялась на шестой этаж старой многоэтажки – всего тридцать этажей, и позвонила в звонок. За дверью послышались шаги, она приоткрылась на ширину цепочки. Сол внимательно осмотрел Юту, как будто в ее облике мог скрываться кто-то другой, и распахнул дверь.

         - Входи. – Сол неуверенно улыбнулся, и они обнялись, как старые друзья.

         - Бабли здесь? – без промедления спросила журналистка, и Сол кивнул.

         - Он в комнате.

         Юта была у Сола много раз и хорошо знала его квартиру. Узкая прихожая переходит в такой же узкий, извивающийся коридор, который открывается в кухню-гостиную. Квартира Сола захламлена еще хуже, чем у них с Бабли. Гора одежды, в основном фланелевых рубашек, свалена прямо в углу гостиной, рядом с небольшим диваном. На столе, а так же прямо на полу и в коробках стоят химические пробирки и банки с реагентами. Посреди гостиной, на табуретке громоздится прибор для отделения фракций. Под ножку табуретки, чтобы не шаталась, подложен 1156-ой выпуск «Научного Вестника».

         Напольная лампа с зеленым абажуром придает гостиной сходство  с лабораторией Франкенштейна, окрашивая все вокруг в холодные зеленоватые тона. Лица людей в таком освещении кажутся какими-то болезненными, тени лежат по захламленным углам, крадутся вдоль стен и под диваном. Справа дверь, ведущая в единственную спальню, так же заваленную одеждой и книгами по химии.

         Бабли сидел на диване с чашкой чая в руках. Его и так бледное лицо в зеленом свете показалось Юте каким-то неживым. Глаза за толстыми стеклами очков смотрели испуганно. Сердце девушки сжалось. А ведь Бабли приходится проходить через все это по ее вине. Если бы она не была такой амбициозной и сразу обратилась в полицию, отказавшись от расследования, которое все равно оказалось ей не по плечу, сидели бы они сейчас у себя дома, обсуждая подачу Бабли заявки в ЛАС. Он рассказывал бы ей про планеты и показывал на компьютере свои расчеты, а она кивала, набирая очередную статью. Обычную, заурядную статью, из-за которой на них с Бабли не стали бы охотиться теневые правительственные службы.

         Увидев ее, Бабли вскочил с дивана.

         - Юта! Наконец-то ты добралась! Я себе места не находил. Что с тобой случилось? Ты в порядке?

         Девушка обессиленно улыбнулась и рухнула на диван. У нее не было денег на автобус, поэтому она несколько часов шла от метро пешком. 

         - Я в порядке.

         - А это что?

         Бабли схватил ее наспех забинтованную руку и его глаза полезли на лоб.

         - Нет, ты не в порядке!

         - Главное, я жива, – ответила Юта.

         - Плохи ваши дела, да? – вмешался Сол. Юта посмотрела на Бабли, который взялся разбинтовывать ее руку, стоя на коленях возле дивана.

         - Я все рассказал, – буркнул он. – Сол тоже в опасности, раз приютил нас. Я счел необходимым сказать все, как есть.

         - Не бойся, я вас не сдам, – быстро вставил Сол.

         Он стоял на кухне, облокотившись спиной о столешницу. Юта подумала о том, сколько еще человек должно оказаться в опасности, чтобы спасти ее.

         - Я все улажу. Завтра я пойду в библиотеку, найду нормативы по уровню песка, про которые говорил мэр. Это наша лучшая зацепка.

         - А потом что? Чем это поможет? Боже! – Бабли размотал бинт и увидел руку Юты.

         Девушка скосила глаза вниз. Благодаря мази белые пузыри спали, но ладонь и пальцы были красными, со слезшей кожей. Странно, но боли она не чувствовала.

         - Я узнаю, что хотел сообщить людям мэр. Найду доказательства того, что его убили, и разошлю материалы по всем крупнейшим газетам. Нет, я пойду прямо на телевидение, так они не смогут замять это дело.