Страница 41 из 54
Даже Мэри, которая на каникулах сошлась с Дейвом Дугласом, нашим однокурсником их Хаффлпаффа, другом Карадока Дирборна, на которого раньше не обращала ни малейшего внимания и с которым встречалась меньше месяца, уже представляла их будущую совместную жизнь и, кажется, уже начала придумывать имена их общим детям.
Во всей этой суете я чувствовала себя лишней, особенно, когда девчонки вечером, свесившись с кроватей, долго шёпотом болтали о своих парнях, тихо хихикая. Кроме того, где-то внутри разгорался страх, что Джеймс тоже может жениться на Кристен, и тогда все мои мечты о нём пойдут прахом. Наконец, уговорив себя, что всё это пустое и мелкое, когда идёт война и гибнут люди, я засыпала. Но тут уже другого рода страхи влезали в мои сновидения, превращая их в кошмары. В одном из них, запомнившемся мне наиболее чётко, инферналом с кольцом на пальце была я, а Джеймс, подхватив Кристен, спасался вместе с нею из змеиного подвала.
Тяжесть произошедшего давила и на мародёров, потерявших, казалось, всякий интерес дурачиться. Особой мрачностью выделялся Сириус, ведь накануне в сумке у Регулуса Блэка нашли целую пачку воландемортовских листовок. Тот и не подумал отпираться, заявив, что полностью разделяет идеи Тёмного лорда и мечтает вступить в ряды его сторонников. Не удивительно, что такие заявления вызвали небывалый резонанс, а Сириус теперь ходил злой как чёрт и срывался на всех и каждого при любом удобном случае. Мне было искренне жаль Блэка, но подходить к нему близко я не решалась. Злость волнами исходила от Блэка, отравляя настроение всем вокруг, поэтому, когда я услышала от Грюма, что этим вечером нам предстоит научиться вызывать Патронус, я отметила про себя, что вряд ли Блэку в этот раз получится стать на занятии лучшим.
- Но прежде я попрошу мисс Вэнс повторить то, чем она поделилась со мною полчаса назад, - хрипло сказал Грюм, окидывая нас взглядом. – Вам будет интересно.
Эммелина кинула долгий мрачный взгляд в сторону аврора, но перечить не стала.
- Вчера поздно вечером я случайно подслушала разговор Мальсибера и Эйвери, - начала она будничным тоном. – Обычно они не говорят о таких делах в гостиной…
- Подслушивание, я так понимаю, твой основной конёк, - язвительно вставил Сириус, но слизеринка не обратила на него внимания.
- … но тут они, вероятно, посчитали, что раз никого нет, то и остерегаться особо нечего, - как ни в чём не бывало продолжала она. – Завидев меня, Мальсибер смолк. Я услышала лишь «… а нам лишь останется ждать, пока один брат убьёт другого брата».
- Очень содержательно, - Блэк хлопнул в ладоши, отвесив Эммелине шутливый поклон. – Я думаю нам нужно вычислить всех братьев, которые есть в Хогвартсе.
- Уже вычислили, - хмуро заметил Грюм. – Родных братьев в Хогвартсе на данный момент находится лишь одна пара.
Повисло неловкое молчание. Люпин первым отреагировал, стараясь сгладить назревающий взрыв.
- Речь может идти не об родных братьях, а о кузенах и не о кровных родственниках вообще… - быстро встрял он. - Братья по духу и всё-такое… Да и сама фраза слишком расплывчата, чтобы говорить о готовящемся покушении.
- Вы хотите сказать, что речь идёт о нас с Регулусом? – перебил его Блэк, переводя яростный взгляд с аврора на Эммелину.
- Мы ничего не хотим сказать, мы можем лишь предполагать, - спокойно ответил Грюм, ни мало не сконфузившись.
- Твой брат заявил, что мечтает присоединиться к Воланде-Морту, - напомнила Вэнс. – Тебе ведь известно, что ритуалы посвящения редко проходят без жертв. Убийства брата – предателя крови – испытание вполне в духе Упивающихся смертью. Я бы на твоём месте была бы осторожнее.
- Регулус не убийца! – Сириус злобно сжал кулаки. Серые глаза впились в лицо слизеринки с откровенной ненавистью. – Откуда тебе так хорошо известно об обычаях Упивающихся? Папа рассказывал?
Теперь пришла очередь Эммелины злиться. Но она всё ещё продолжала держать себя в руках.
- Нет, я просто наслышана…
- Наслышана? – Блэк невесело рассмеялся. – Мне давно известно, что твой отец Упивающийся смертью! Если ты такая благородная и презирающая их идеи, почему же ты всё ещё спокойно живёшь под его крылышком? Он когда домой приходит после очередного убийства, всё тебе за ужином выкладывает? Делиться впечатлениями?
- Не смей, - Вэнс выхватила палочку. – Не смей меня упрекать, Блэк! Твоя семейка ничем не лучше моей!
- Поэтому я и сбежал от них! – выкрикнул Сириус. – А тебе – дай угадаю – и бежать-то некуда! Или же тебе удобно и так? Сейчас ты с нами, а потом в удобный момент сдашь нас всех с потрохами? Вы, слизеринцы, мастера подобных интриг!
- Заткнись! – из палочки Эммелины вырвался красный луч, но Блэк вовремя увернулся. – Мне плевать, что ты там думаешь! Но запомни, если мне придётся выбирать, кого спасти – отца или вас – я выберу вас. А вот, если тебе придётся делать выбор между нами и Регулусом… Ещё не известно, кто из нас больше способен на предательство!
Никогда раньше я не видела Вэнс такой злой. Карие глаза метали молнии, а губы заметно подрагивали. Бросив на Блэка последний, полный ярости взгляд, она развернулась на каблуках. Дверь за ней закрылась с громким хлопком.
- И чего ты добился? – с обманчивым спокойствием спросил Грюм. – Эта девочка любит своего отца так же нежно, как и ты свою матушку. И своим нахождением в лагере врага служит нам неплохую службу, в то время как от тебя толку пока немного.
- Я схожу за ней, - встряла я, не желая присутствовать при разгоравшейся ссоре на этот раз между Блэком и Грюмом. Джеймс обеспокоенно окинул меня взглядом, потянувшись за картой. Я сделала неопределённый жест головой: он сейчас нужен здесь, только он сможет в случае чего сдержать Сириуса.
Эммелина нашлась в соседнем классе. Невидящий взгляд её был устремлён в одну точку, она даже не шелохнулась, когда я вошла. В нерешительности я присела рядом с ней на парту.
- Прости Сириуса, он порой бывает просто несносен… - словно бы оправдываясь, начала я. – Это всё из-за брата.
- В собственной семье неурядицы, а он лезет в чужую, - спокойно произнесла Вэнс.
- Эммелина, - я обеспокоенно заглянула ей в глаза, намереваясь сказать то, о чём вспомнила практически сразу после произошедшего со мной в змеином подвале. – Помнишь, того парня, с которым ты ходила гулять в прошлом году. Такой высокий, светловолосый…
- Пьюси? – без всякого интереса спросила та. – Кажется, он теперь тоже Упивающийся…
- Он был там, сторожил мистера Келли, - я чуть запнулась. – Вероятно, он погиб…
- Туда ему и дорога, - равнодушно оборвала слизеринка, наконец поднимая на меня взгляд. – Он был порядочной сволочью.
Я замолкла, не зная, что сказать. Глупо было думать, что Эммелина что-то чувствовала к тому парню, но всё-таки её ответ меня неприятно поразил.
- Ты осуждаешь меня, - это не было вопросом. – Но я ненавижу Упивающихся, всех и каждого, потому что ненавижу своего отца, и потому что Воланде-Морт развязал руки ему и таким же негодяям, как он.
Она чуть помолчала, собираясь с силами для своего рассказа. Как видно, откровенничать не входило в её привычку. Я молчала, боясь её спугнуть, чувствуя, что сегодня моё любопытство по отношению к этой девушке и её появлению среди нас может быть удовлетворено.
- Он садист, мой отец, - вздохнула она. – Он издевался надо мной и матерью, мы обе боялись его безумно. Пару лет назад, когда он набросился на меня с кулаками и даже огрел каким-то заклинанием, мама встала между нами. Она уже была слаба здоровьем, и это стало последней каплей, - Эммелина тяжело сглотнула, задрожав всем телом. – Громкое имя и куча золота сделали своё дело: было признано, что её смерть – результат несчастного случая… Но это не так, - карие глаза упрямо блеснули. - Я отомщу ему, я лично убью его. Само осознание того, что в моих жилах течёт его кровь, отвратительно! Он дал мне жизнь, чтобы я жила, словно в аду, как я могу быть ему благодарна и любить его? Он отнял у меня единственного близкого человека! Я убью его, клянусь тебе, Лили, я убью его!