Страница 26 из 54
-Чёрт, - выругался Джеймс, не получив из-за двери никакого ответа. – Наверное, он уже…
Поттер щёлкнул пальцами, и, выхватив палочку, зажмурился, произнося неизвестное мне заклинание:
- Экспекто Патронум!
Из палочки вырвались клубы сияющего дыма, очертившие прямо в воздухе красивую и грациозную фигуру лесного оленя. На миг я позабыла обо всех тревогах, залюбовавшись прекрасным животным, склонившим перед Джеймсом увенчанную ветвистыми рогами голову.
- К Грюму, - произнёс Поттер. – В замке убийство.
Олень кивнул на прощанье и испарился в воздухе.
- Телесный патронус, - хмыкнула Эммелина. – Впечатляюще.
Но Джеймс не слушал её. Достав сквозное зеркало, он уже выговаривал Сириусу.
- Коридор около статуи горбатой ведьмы. Ты видишь кого-нибудь поблизости? Что за чёрт! – он громко вздохнул.
- Вы засекли его? – я прямо подскочила от неожиданности, когда Грюм, в дорожной мантии, без всяких предисловий ворвался в класс из-за закрытой доселе двери.
Выражение лица Джеймса послужило ему ответом.
- Ладно, пошли, - кивнул Грюм.
- Сириус, мы идём туда, - обратился Джеймс к зеркалу. Не глядя мне в глаза, он взял мою руку в свою. - Подходи тоже, надо отвести Лили в гостиную.
Я была настолько опустошена, что вопросы Грюма к Эммелине долетали до меня словно эхо, и я даже не пыталась уловить их суть. Я просто сжимала руку Джеймса, словно вся моя жизнь, весь мой мир рухнет, если я отпущу её. Но пока наши пальцы сплетены, я была в безопасности. Если вообще можно быть в безопасности, живя в замке, где учеников убивают один за другим.
- Чёрт знает что, - послышался недовольный голос Блэка. Он уже успел добраться до трупа раньше нас, и теперь расхаживал взад вперёд, стараясь отдышаться от быстрого бега.
Я краем глаза глянула на распростёртое тело мальчика. Лет 11-12 не больше, на груди синий равенкловский галстук, в пустых голубых глазах не испуг, скорее лёгкое непонимание. Почувствовав, что в горле застрял комок, я ещё сильнее сжала руку Джеймса, уткнувшись носом ему в плечо. Сугубо женский, материнский инстинкт не давал мне спокойно смотреть на мёртвого ребёнка. Мне хотелось биться, рыдать, но я лишь обессилено сжала рукав Поттеровской мантии, до боли закусив нижнюю губу.
- Сириус, отведи Лили в гостиную, пожалуйста, - словно издалека услышала я голос Джеймса.
«Что? Нет. Я не хочу, не оставляй меня» - пронеслось у меня в голове, но вместо слов из меня полились лишь какие-то протестные мычащие звуки. И всё же я покорно отпустила Поттера, и сама двинулась вперёд, чтобы поскорее уйти от этого страшного места.
Блэк поймал меня, обхватив рукой за плечи.
- Не ждите меня, я… хочу кое-что проверить, - Джеймс по-прежнему не смотрел в мою сторону, обращаясь преимущественно к Сириусу. – Карту я возьму с собой, поэтому будьте осторожны.
- Что за проверки, Поттер? – спокойно произнёс Грюм, сооружая в воздухе носилки.
- Позже объясню, - отозвался тот, кинув взгляд на меня и Эммелину. – Вэнс, может тебя проводить?
- Думаю, мне бояться нечего, - гордо ответила Эммелина. Выглядела она не многим лучше меня, хотя и отчаянно пыталась казаться невозмутимой.
Джеймс коротко кивнул, махнув нам на прощанье. Мы с Сириусом двинулись в одну сторону, Эммелина в другую.
Всю ночь мне снились кошмары, в которых картинки с бегающими за мною по Запретному лесу мальчики с голубыми глазами и в голубых галстуках сменялись сценами с ласками Джеймса, неизменно заканчивавшиеся появлением Крис. Порой во снах мелькал и Эрик, пытавшийся сказать мне что-то, смеющаяся Кира, превращавшаяся то в Линду, то в Мэри, то в Эммелину… Разбитая и обалдевшая, я проснулась раньше всех и ещё долго лежала с открытыми глазами, слушая мерный стук старых часов. Мысленно я возвращалась ко всем событиям вчерашнего дня.
Эрик хотел убить Линду. Тик-так. Его сообщник, скорее всего, был разозлён провалом Нортона, и убил ребёнка, чтобы показать всем нам, что мы выиграли лишь бой, но не войну. Тик-так. Мальчик, возможно, знал своего убийцу, раз не испугался. Тик-так. У Джеймса есть подозрения, он хочет их проверить. Тик-так. Всё ли с ним в порядке?! Тик-так. Мы целовались. Тик-так. У него есть Кристиан. Тик-так. Зачем же ему я?
Я уткнулась в подушку, задавая себе всё новые вопросы, но не находя на них ответа. До подъёма оставалось ещё два часа.
Иногда мне кажется, что новости по Хогвартсу разносятся на телепатическом уровне. Стоило только мне выйти утром из гостиной, я сразу окунулась в водоворот разговоров о случившемся ночью.
- Говорят, это хаффлпаффцы мстят рейвенкловцам за убийства своих, - уверял какой-то пятикурсник за столом Гриффиндора всех желающих слушать. Я покосилась в сторону стола Орлиного факультета. Рейвенкловцы были заметно притихшие. Ещё бы! За один вечер они потеряли сразу двоих, причём один оказался преступником. Сложно сказать, что печалило их сейчас больше: пятно позора или горькая утрата. Кроме того, Боб Гейл всё ещё находился под подозрением, хотя, благодаря Дамблдору, ему не предъявляли официальных обвинений.
- Наверно, я уеду из школы, - прошептала Мэри. Вся её обычная весёлость и живость исчезла, под глазами образовались круги. – Папа не хочет, чтобы я здесь оставалась.
- Иккинг тоже хочет меня забрать, - заикающимся голосом произнесла Линда. – У меня теперь остался только он.
Семья Колбер всё-таки была уничтожена. Об этом Линде сообщили вчера вечером, и теперь она была похожа на тусклую копию себя самой: слабая, надломленная, ещё не отошедшая от шока, она нервно теребила пуговицу на своей блузке. Во мне нарастало отчаяние, мне сложно было видеть их… такими. Видеть такой свою школу, ставшую за шесть с лишним лет мне вторым домом. Это было неправильно, неестественно, как в страшном сне, от которого не получается проснуться. Разве что-то может быть хуже? Я отвела взгляд, скользнув им по дверям Большого зала, и поняла: может.
Кристен, заплаканная, без всякой косметики на лице, доверчиво прижималась к Джеймсу. Одной рукой он обнимал её худенькие, подрагивающие плечи, в то время как другая ласково, успокаивающе скользила по её непривычно растрёпанным волосам.
Это был удар под дых. Поперхнувшись безвкусной овсянкой, я безуспешно пыталась справиться с готовым выскочить наружу сердцем. «А чего ты ожидала? – раздался в голове язвительный голос. – Какой идиот станет смотреть на тебя, когда рядом есть она? То, что произошло вчера между вами, было не более чем случайностью, о которой лучше поскорее забыть ради собственного же блага».
Я вновь уткнулась в тарелку, практически с остервенением, но без всякого аппетита запихивая в рот кашу. Все были настолько подавлены, что никто, кажется, не заметили моей реакции.
Замок привыкал жить в постоянном отчаянии. Уже до обеда многих младшекурсников родители забрали из школы. Старшекурсники, заявлявшие, что смогут за себя постоять, уезжать отказывались, грозя убийце самосудом. Из слизеринцев не уехал никто. Гриффиндорцы тоже остались практически все.
- Я никуда не поеду, - выговаривала Мэри своему отцу, крупному министерскому чиновнику. – За пределами замка не безопасней!
И с этим сложно было не согласиться. Ужасающие подробности войны новыми сенсациями доходили до нас через страницы «Ежедневного пророка», и вывод оттуда был только один: Воландеморт начал охоту за магическими семьями, открыто выступавшими против его убеждений. Тех, кто пытался укрыться или бежать из страны, находили и уничтожали. Страх охватил всю магическую Британию, и Хогвартс был лишь одним из его очагов.
Мэри и Линда остались, и я была безумно благодарна им за это. Не знаю, смогла бы я вытерпеть гнетущее одиночество пустой спальни по ночам. Пожалуй, так недолго и свихнуться.
- Мы же гриффиндорки, - попыталась улыбнуться Линда, рассказывая о разговоре с Иккингом. – Мы не можем оставить замок в опасности.
С этого дня она ещё более тщательно приступила к своим обязанностям старосты, и шаловливые младшекурсники порой не знали, куда деться от её постоянной опеки. Впрочем, так поступала не только она. Кристиан и вовсе повсюду водила своих всех вместе, гуськом. Рядом с нею то и дело мелькал Джеймс, решивший, похоже, окружить свою девушку безразмерной заботой.