Страница 13 из 33
-Не плачь, - прошептала Ирен, она провела окровавленным пальцем по моей щеке, рисуя буквы.
-Что ты делаешь? – прошептал я, не в силах говорить громче.
-Ты должен спасти их, - девушка с тревогой взглянула в мои глаза, - ты должен помочь, - прошептала она, - ты обещал, что больше никто не умрет, так сдержи же сейчас данное обещание!
-Я не понимаю, - помотал я головой, - что я должен сделать?
-Тоже, что и всегда. Быть собой, - молвила любимая и растворилась во тьме.
-Нет, стой! – я попытался схватить ее в объятия, но не успел и проснулся в холодном поту.
Телевизор продолжал вещать о жизни богомолов, а я уставился в пустоту, осознавая происходящее. Сон. Всего-навсего! Она не настоящая, в самом деле не настоящая, но от этого так горько на душе…
Я устало потер виски. Нет, нужно что-то делать, как-то отвлечься! Я поднялся, позвонил Викки с просьбой заглядывать иногда к Розе, которая занималась домашним заданием, и отправил сообщение Таррелу:
«Встретимся в спортзале через полчаса». Мне нужно было выпустить пар на боксерской груше, я не мог сейчас позволить себе сантиментов и ненужных воспоминаний. Нужно сосредоточиться. Завтра важный день.
В помещении царил полумрак. Больше никого, кроме нас с Таррелом в этот вечерний час не было, и удары по груше эхом отзывались от окрашенных в синий цвет стен. Пот градом стекал по моей спине, у друга совершенно взмокла челка, но мы продолжали заниматься.
-Что ты думаешь о подозреваемом? – прерывисто дыша, одновременно продолжая наносить крепкие удары, спросил я напарника.
-Только то, что он козел и мерзавец, - вымолвил Таррел и лихо долбанул грушу ногой.
-Он химик, сумасшедший, - продолжил я, - тебе не кажется, что его заявления о некоем огне обоснованы? Он не раз повторял об этом. Может у Зальцмана был какой-то план? Ммм.. Искусственный огонь? Террор?
-Ты сам скоро свихнешься! Мы, конечно, посмотрим завтра, что можно начти в его жилище, но вряд ли это будет фаер-шоу. Да и вообще, странно все это. Мне постоянно кажется, что мы чего-то не замечаем. Вот, казалось бы, все просто – психопат, убивающий нечисть и все на это указывает. Есть улики, есть убийца, есть свидетели, видео с камер наблюдения тоже есть. Но он писал буквы. Вопил каком-то огне и отравлении человечества… Нет, это уж точно лажа.
-Да уж, - я раздраженно нанес резкий удар - груша колыхнулась, и тут же вернулась на место, - одна сплошная лажа, - я свирепо начал дубасить грушу, будто это было лицо того мерзавца.
-Бедные жертвы, - вздохнул Таррел, - если бы только они подозревали о том, что может привидится сумасшедшему в их обликах, в невинной костюмированной игре.
Перед глазами мелькнул мой недавний сон, предостерегающая встреча, или игра воображения, как тут понять…? Я помрачнел и остановился, тяжело дыша. Руки в перчатках были сжаты в кулаки и готовы к удару.
-Зак, ты в порядке? Что, перерыв делаем? – услышал я удивленный голос напарника.
-Я в норме, - хмуро отозвался я и рассеяно продолжил боксировать.
Тишину зала нарушали лишь звуки наших ударов и прерывистое громкое дыхание. Я резко, порывистыми рывками подскакивал с разных сторон груши, словно вокруг живого человека, и со всей силы, резко и неожиданно бил, тренировал на ней свои удары. Мышцы были напряжены до предела.
-Как думаешь, - вдруг спросил Таррел, вытирая пот со лба и поправляя взмокшие волосы, - что связывает Пейдж с мистером Горном?
-Что? О чем ты? Он же только похоронил невесту? – изумленно воззрился я на друга, даже прекратив упражнения.
-Я не о нем, - помялся Майк.
-Ах, вот оно что! Да, вроде, ничего особенного, а зачем тебе?
-Ну, видишь ли…
-Стоп! – я скривился, - погоди! Ты же не хочешь сказать, что…
-В общем и целом, да.
-Тебе понравилась эта задира? Серьезно? Да брось! Она же просто дерзкая, самоуверенная, властная выскочка! А как она себя ведет! Что не поступок, то приказ! – я фыркнул.
-Но почему ты ее так невзлюбил? – удивленно спросил Таррел.
-Хм, дайте-ка вспомнить! Она пришла и… начала раздавать указания. Потом мы пошли в морг, где она… вот незадача, снова раздавала указания! И у клуба «Рhantasmagoric» она тоже делала что?
-Ну ладно тебе, она просто еще не вжилась в коллектив и, наверное, на прежней работе выработала определенную привычку… Разве это не сексуально? Умная, уверенная, упрямая, даже немного властная.
-Парень, - я скептически усмехнулся, - я не желаю слышать о твоих предпочтениях в женщинах в такой момент.
-Чем он хуже любого другого? – со смешком спросил Майк.
-У нас нет под рукой виски, - прищурился я.
Таррел ухмыльнулся, а я продолжил боксировать. Остаток тренировки мы провели молча. Майк, по-видимому, задумавшись о нашей новой коллеге, что так ни разу не назвала меня по имени, а я, размышляя о причинах, почему она этого до сих пор не сделала. И что мой друг нашел в этой особе? Они же совсем не похожи. Хотя, наверное, именно это его и привлекало.
На следующее утро я смог наконец-то выехать на работу вовремя, не попасть ни в одну пробку и примчаться на парковку, с величайшим удивлением замечая, что возле участка толпиться пресса. Как ни странно, я снова что-то пропустил.
Все в отделении тревожно о чем-то переговаривались и ходили злые, словно собаки. Конрад тарабанил по клавиатуре компьютера с непривычной рьяностью, Робинсон чертил на белой что-то маркером. Таррел раздраженно говорил что-то по телефону, а Пейдж беседовала с мистером Льюисом сдержанными короткими фразами.
Майк с громким стуком поставил трубку на базу, и я подошел к нему:
-Что стряслось?
Приятель, нервно подергивая пуговицу на белой рубашке, с досадой махнул левой рукой и произнес:
-Зальцман в камере повесился.
Я опешил. Первое, что пришло мне в голову – это невозможно. Нет, я, конечно, знал, что преступник – ненормальный, но, обычно, такие как он слабовольны и ни за что не лишат себя жизни. Им не хватит духа убить себя, хотя хватало силы убить других. Я считал, что это как нельзя лучше характеризирует Зальцмана.
-Ты уверен?
-Хочешь посмотреть на хладный труп? Добро пожаловать в морг, - съехидничал Майкл.
-Нет нужды, я уверен, что Адамс справиться сам. Как все это произошло?
-Я свечку при всем этом не держал, - фыркнул Таррел, - Подробностей не знаю. Так что лучше заткнись и займись работой.
Я понимающе кивнул. У друга точно не было настроения обсуждать все это, да и у кого-либо другого тоже. Но меня продолжали одолевать сомнения по поводу этого самоубийства, что и говорить. В это мгновение Пейдж направилась к нам. Стуча каблуками, подошла ближе и, засунув руки в карманы черного пиджака, без промедлений начала разговор о деле:
-Скоро придет ордер на обыск квартиры Зальцмана, а пока что я попросила Адамса, чтобы он поскорее закончил вскрытие.
-К чему такая спешка? И что ты думаешь найти в теле этого психа? – спросил я.
-Я уверена, что преступнику помогли покончить с собой. Версия о том, что он работал в одиночку, отпадает. У меня есть по этому поводу свои предположения. Видите ли, я никак не могу понять, о каком огне идет речь, и это меня очень настораживает, особенно учитывая профессию Зальцмана. Поэтому, я не исключаю даже тех вариантов, что у него был сообщник. Последний испугался, что псих выдаст его и прикончил нашего убийцу.
-Надеюсь, ты мыслишь в правильном направлении, - усомнился я, несмотря на то, что и сам думал о таком варианте развития событий.
-Ну, кто из вас прав мы скоро узнаем, - вставил Таррел, - Адамс написал – нашел что-то любопытное.
Вскоре мы уже находились в морге, а Джон расхаживал с важным видом в белом халате вокруг тела на каталке, накрытого простыней. Он обвел всех присутствующих быстрым взглядом, заглянул в свой отчет и сказал:
-Зальцман был задушен шнурками от брюк и повешен.
-Постой-постой! – вскочил я с табуретки, - именно в таком порядке?!
-Да, я все тщательно проверил.