Страница 23 из 88
Проверку сметы я заканчиваю к трём часам и уезжаю, оставив в пепельнице пирамиду окурков. Возвращаюсь в дом Шпигеля, рассчитывая выйти из виртуальности и поработать над «Алефом». Повсюду царит тишина: хозяева разъехались, а прислуга судачит на кухне. Я поднимаюсь в свою комнату, принимаю душ, бреюсь, обрызгиваю себя туалетной водой и надеваю свежую рубашку. Теперь можно сматываться. Но меня одолевает любопытство. Вчерашняя жуткая сцена с Зоей наводит меня на мысль о Марне: я хочу знать, программа она или живой человек. Понятия не имею, для чего мне это нужно, но чувствую, что иначе не успокоюсь.
Я подхожу к её комнате и негромко стучу в дверь.
- Кто там? - раздаётся приглушённый голос.
- Это герр Кармин. Решил вас навестить и узнать, не нужно ли чего.
Секунд на пять воцаряется тишина, а затем раздаётся:
- Входите.
Я нажимаю на дверную ручку, и дверь распахивается. Марна лежит в постели, вернее, сидит, обложившись подушками. На ней - полупрозрачный пеньюар. Вид у фройляйн Шпигель не очень болезненный.
- Добрый день, - улыбается Марна. - Садитесь, - тоненький пальчик указывает на пуф рядом с кроватью.
- Слуги собрались внизу, они могут не услышать, если вам что-нибудь понадобится, поэтому я решил заглянуть, - придумываю я на ходу объяснение своему визиту.
- Вы очень добры, герр Кармин, но мне ничего не нужно, - внимательные глаза скользят по моему лицу. - Разве что вы поправите подушку: она тяжёлая и сползла.
Я с готовностью встаю с пуфа, склоняюсь над Марной и берусь за края подушки. Девушка, словно желая облегчить мне задачу, подаётся немного вперёд и касается волосами моего лица. Она пахнет сахарной ватой и лёгкими цветочными духами, я поворачиваю голову и прижимаюсь губами к бледной щеке. Кожа прохладная.
- Не похоже, чтоб у вас была температура, - говорю я.
Марна замирает на секунду, а затем кладёт голову мне на плечо. Я чувствую её тяжесть, и это приятно.
- Ты славный, - произносит девушка едва слышно.
В её голосе мне почему-то слышится тревога.
Я приподнимаю голову Марны и целую в глаза, щёки, подбородок, нахожу полуоткрытые губы. Они влажные и мягкие. Язык девушки скользит по моим зубам, словно пересчитывая их.
Я поправляю подушку и отстраняюсь. Мне всё ещё кажется, что Марна нервничает, причём не из-за меня.
- Спасибо, - говорит она, откидываясь на подушку. - Так гораздо лучше. Намного удобнее.
На губах у неё - лёгкая саркастическая улыбка.
- Не за что, - отвечаю я, выпрямляясь. - Выздоравливайте.
Марна чуть наклоняет голову в знак благодарности.
- Ты когда-нибудь бывал за периметром? - спрашивает она.
Вопрос неожиданный, и в первый миг я даже не нахожу, что ответить.
- За городом, - поясняет Марна, решив, что я её не понял.
- Да.
- Видел Природу?
- Конечно.
- Расскажи.
Я сажусь на пуф. Конечно, нельзя говорить, как я оказался в Трущобах: это может навести на след моей истинной личности. Никаких биографических сведений - вот первое правило любого уважающего себя хакера.
- Зачем тебе? - спрашиваю, чтобы потянуть время.
- Интересно. Какая она - Природа? Правда, что от неё исходят ядовитые миазмы?
Я киваю.
- Да, рядом лучше долго не стоять.
- Как ты оказался за городом?
- Случайно.
На губах Марны появляется недоверчивая улыбка.
- Разве это возможно?
- Почему нет?
- Ты заблудился?
- Ага. Представляешь?
Марна отрицательно качает головой.
- Не важно, - говорю я. - Суть в том, что Природа теперь - единый организм, причём враждебный по отношению к человечеству.
- Как она выглядит?
- Не описать. Разве ты не видела репортажи по…
- Конечно, видела, - нетерпеливо перебивает Марна. - Но меня интересует твоё впечатление.
Я задумываюсь. Девушка ждёт.
Впечатление… Как же его описать? Разноцветное нечто, простирающееся до самого горизонта - ядовитая плесень, накрывшая всё вокруг и норовящая добраться до тебя.
- Это величественно и страшно, - говорю я, наконец. - Когда смотришь… чувствуешь неотвратимость.
- Неотвратимость? А как же башни?
Пожимаю плечами.
- Они сдерживают натиск, но Природа всё равно проникает в Трущобы. Дома и улицы постепенно зарастают. На окраинах всё покрыто радужным налётом, и там уже нельзя находиться без спецодежды: воздух отравлен.
Марна поправляет волосы, упавшие на лоб.
- Знаешь, я не думаю, что Природа враждебна человеку, - говорит она неожиданно серьёзно. - Мне кажется, она просто хочет присоединить нас. Мы ведь её часть, вообще-то. Поэтому она и ползёт в города.
- Возможно. Только мне, например, совсем не хочется возвращаться в лоно природы, как говорится.
- Страшно?
- Ещё бы. Ведь в ней всё растворяется, становится ничем.
- А может, всем?
Пожимаю плечами.
Выражение лица Марны меняется: на нём вновь появляется лёгкая улыбка.
- Что ж, герр Кармин, спасибо, что зашли, - произносит она, протягивая руку. - Было очень приятно с вами поболтать. Вы скрасили моё одиночество.
Встаю с пуфа, чтобы пожать её руку.
- Не за что, фройляйн.
Кажется, разговор окончен.
Выхожу, плотно притворив за собой дверь.
Интересно, для чего всё-таки Марна завела разговор о Природе. Из любопытства, желания поддержать беседу, или чтобы вытянуть из меня биографические сведения? В любом случае, надо быть осторожным и следить за языком.
Вернувшись к себе, вызываю меню и выхожу в реальность. Раздевшись, минут сорок занимаюсь на кардиотренажёре: умереть в пятьдесят от инфаркта не входит в мои планы, так что физическую форму приходится поддерживать постоянно.
Покончив с тренировкой, отправляюсь в душ, а затем иду на кухню. Сегодня хочется приготовить нормальный обед - благо, в холодильнике полно продуктов.
Доставая их, думаю о Зое и Марне. Они обе ненастоящие - первая киборг, а вторая либо аватар, либо симулятор - но в одну я совсем недавно был влюблён, а к другой испытываю сексуальное влечение. Правда, если Марна - личина, у неё, по крайней мере, есть живой юзер, а это уже кое-что. С другой стороны, если она всего лишь программа, то, возможно, Шпигель приготовил её специально для меня в качестве наживки, на которую рассчитывает поймать начальство. С какой целью? Кто знает…
Итак, имитация или аватар - вот в чём вопрос?
На кухонном столе разложены продукты, и я начинаю доставать посуду.
Марна «заболела», а это не очень-то вяжется с идеей соблазнить меня: всем известно, что мужчины избегают нездоровых женщин, пока не влюбятся в них. Кроме того, я почувствовал напряжение, которое Марна пыталась скрыть. И оно не было связано с поцелуем. Кроме того, программы редко задаются вопросами в духе «человек и природа - кто они друг для друга?». Ну, разве что их заранее настроить на соответствующий лад.
Приступаю к готовке. Для меня это серьёзный, в определённом смысле творческий процесс, который, с одной стороны, требует определённой сосредоточенности, а с другой - позволяет расслабиться.
На кухне есть музыкальный центр, и я включаю «Тишину» Бетховена: классика настраивает меня на трапезу.
Странная штука любовь: кажется, что надо узнать человека, найти общие интересы и так далее, а на самом деле ты просто слушаешь, смотришь и вдруг понимаешь, что именно вот эти жесты, голос и мимика задевают в твоём подсознании невидимые струны. Так случилось со мной, когда я говорил с Зоей. Но она оказалась одной из тех, кого я ненавижу.
Изрядно проголодавшись, сажусь за стол. На обед у меня куриный бульон, жареная свинина с грибным соусом, греческий салат и чёрный кофе. Вообще, я стараюсь не передать и употребляю в основном низкокалорийную пищу: при том, сколько времени я провожу в Киберграде, булочки и пирожные быстро отложились бы на животе и боках. Но иногда позволяю себе что-то просто вкусное. В конце концов, в реальности у меня не так много источников удовольствия.