Страница 19 из 27
«Не нужно было на них кричать, – подсознание старалось остудить меня. – Им и так непросто, а тут я со своими истериками».
Я остановился у старенького УАЗика и облокотился на него, закрыв лицо рукой.
«Лена всё не так поняла, нужно было всё объяснить».
Ещё несколько минут я стоял у заржавевшей машины и, собравшись с мыслями, направился назад к дому. Алиса продолжала стоять в коридоре, когда я вошёл, она напряглась и отвернулась.
– Иди на кухню, – шёпотом сказал я. – Жди нас.
Лена всё ещё сидела на кровати, увидев меня, она встала и хотела меня обнять, но у неё ничего не вышло, я грубо схватил её за руку и потащил на кухню.
Через минуту девочки сидели рядом друг с другом, я стоял напротив, полный решимости раз и навсегда закрыть вопрос и всё выяснить.
– Значит так, – начал я. – Алиса, объясни всё Лене.
– Не нужны мне её объяснения, – Лена нахмурилась и отвернулась.
– Я сказал: Слушай Алису!
Двачевская ёрзала на стуле, царапала ногтями обивку стола и кусала губы, говорить ей было явно сложно, но я настойчиво прожигал её взглядом в ожидании объяснений.
– Я не знаю, с чего начать, – Алиса уставилась в пол. – Да, ты, чёрт возьми, была права! Да, мне он нравился! Всё это время нравился!
– Кто бы сомневался! – Усмехнулась Лена. – Не впервой уже!
– Но теперь всё по-другому.
– С чего бы вдруг?! Что, после меня побираться неохота?!
– Да причём тут это?! Всё куда сложнее, чем ты думаешь!
Лена развернулась к ней, взгляд был всё таким же злым, бешеным, но страшно уставшим: зелёный блеск пропал и теперь глаза выглядели серыми и невыразительными.
– Мы всего лишь поговорили, – продолжила Алиса. – Я не хочу мешать кому-то, тем более не хочу, чтобы ты пострадала из-за меня.
– Поздновато для беспокойства.
– Знаю, – Двачевская вздохнула. – Прости меня, если сможешь, за всё.
Повисла тишина. Мучительное, невыносимое молчание. Лена смотрела на Алису, та уставилась в пол.
– Я прощала тебя так часто, – Лена, наконец, успокоилась. – Что бы ты ни делала, что бы ни творила, так хотелось тебя ударить, а иногда даже убить.
– Мне иногда тоже хочется себя убить, – Алиса грустно улыбнулась.
– Хорошо, я больше не буду злиться на тебя, – девочка перевела взгляд на меня. – Но и ты поклянись, что больше не сунешь нос в наши дела с Семёном.
Двачевская понимающе кивнула и, встав из-за стола, вышла на улицу. Я остался один на один с Леной, она постоянно отводила взгляд и молчала.
– Теперь ты, – я сел рядом. – Давай разберёмся, хочешь ли ты быть со мной?
– Хочу, – прошептала она. – Очень хочу…
– После сегодняшнего мне страшно находиться рядом с тобой, вдруг завтра ты приревнуешь меня к Ольге Дмитриевне или, вообще, к Электронику. Что тогда? Снова побежишь стреляться?
– Скажи, – она подняла на меня взгляд. – Ты же правда знал, что там нет патронов?
– Что за глупые вопросы? – Фыркнул я. – Естественно, знал, но не увиливай от разговора.
– Я больше так никогда не буду, – Лена взяла меня за руку. – Слышишь? Я буду всегда с тобой.
– Хотелось бы верить…
========== Глава VI ==========
Выстрел! Струйка серого дыма поднимается к потолку, кровь брызжет на белоснежную рубашку, а я ничего не могу поделать. Её навеки застывший взгляд уставлен на меня, похолодевшие руки выпускают злосчастный маузер.
Обездвиженное тело падает на пол, на нём образуется вязкая красная лужа. Силюсь закричать, но рот словно зашит, да и двинуться не могу, лишь наблюдаю. Не могу поверить! Я сам дал ей этот чёртов пистолет! Как же я мог забыть проверить магазин?! Так не должно быть! Отмотайте назад, верните всё, как было! Колёсико мышки, клавиша «esc», «Backspace», перезагрузить игру! Ничего не работает — это не игра.
Лужа крови становится всё больше, в окно уже тарабанит чёрный, словно уголь, ворон, горланит и ликует. Вонючая тварь! Что мне делать? Отпустите меня! Верните назад за мой компьютер, я больше никогда не выйду из дома! Кто-то невидимый бьёт меня в солнечное сплетение.
И с жутким криком просыпаюсь. Судорожно нащупывая руку Лены, сжимаю её, что есть сил.
— Ай, — она, морщась ото сна, вырвалась из моей хватки. — Что случилось?
— Прости, — я отдышался. — Приснился плохой сон.
Заснуть я так и не смог: не хотел, боялся, — боялся того, что вновь окажусь в этом кошмаре и не смогу ничего сделать. Потому, когда Лена уснула, я поднялся, схватил со стола маузер и вышел из дома.
На улице стояла глубокая ночь, небо, как всегда, затянуто тучами, из-за них слабо пробивается лунный свет. Я постоял несколько минут в раздумьях, послушал стрекотание сверчков и со всей силы, что у меня была, ударил пистолет о фонарный столб, затем ещё и ещё, и ещё. Я бил его так, будто это был мой личный враг, с которым я давно хотел свести счёты. Наконец, успокоившись, я с криком выкинул маузер куда-то в лес.
Из дома вышла Алиса, закутавшись в одеяло и сонно смотря на меня, сегодня ей пришлось несладко, она до сих пор была в каком-то смятении, ни о какой надменности не было и речи.
— Ты чего кричишь?
— Ничего, — я повернулся к ней. — Алиса, ответь мне. Ты же знала, что Лена способна на подобное, ты знала, что она может наложить на себя руки?
— Семён, — она отвела взгляд. — Давай перестанем об этом, мы уже всё выяснили.
— Нет, я просто хочу знать, хочу верить, что подобного больше не повторится.
— Я уже говорила, Лена не простой человек, — ответила она со вздохом. — Ты никогда не узнаешь, повторится это или нет.
— Ты же мне поможешь? — Я не знал, что сказать.
— Я не знаю, Семён, — Алиса подняла виноватые глаза. — Не знаю, чем тебе помочь.
— Помоги её спасти.
— Постараюсь, — Двачевская едва заметно кивнула и добавила. — Только не думай, что это будет легко.
— Даже в мыслях не было.
— Я серьёзно, — она нахмурилась. — Ты думаешь — это единичный случай? Думаешь, такого больше не повторится?
— Не знаю, я уже ни в чём не уверен, — закрыл глаза руками.
— Никто из нас не уверен.
По улице пробежался прохладный ветерок, он покачнул деревья, и те беспокойно зашумели. Алиса поёжилась от холода, крепче укуталась в одеяло и двинулась обратно в дом, не сказав больше ни слова.
Я ещё несколько минут стоял в раздумьях, на что я готов? Что я смогу сделать, если Лена снова решит покончить с собой? Смогу ли я её защитить? Не знаю, наверное, она была права, мне совершенно ничего не известно.
Будь на моём месте кто-нибудь другой, смог бы он всё решить? Возможно, смог бы. Например, Шурик или Электроник, эти ребята никогда не унывали, они бы уже во всём разобрались. Но они не на моём месте.
С этими мыслями я направился к входной двери и вновь оказался в доме. На ощупь добрался до комнаты и завалился на кровать. Лена крепко спала, она тихо сопела мне под ухо, что-то едва слышно шептала во сне, под этот шёпот я и уснул.
Утром я проснулся совершенно разбитым: голова болела, глаза отказывались открываться, но когда я их все-таки открыл, то увидел сидящую перед окном Лену. Она грустным взглядом наблюдала за появляющимися на стекле каплями дождя.
— Как ты? — Спросил я первое, что пришло в голову.
— Всё в порядке, — она повернулась ко мне. — Я думала о том, что вчера произошло.
— И что же ты решила?
— Понимаешь, Сём, — Лена взяла меня за руку. — Кроме тебя, у меня никого нет. Когда смена закончится, и я вернусь домой, то вокруг не будет никого, кто бы любил меня.
— А… — Я не успел ничего сказать.
— Одна лишь бабушка, которой абсолютно наплевать на меня, да отец, который видит меня один раз в год и даже не знает, когда у меня день рождения.
— Когда мы будем уезжать из лагеря, — я так же взял её за руку. — Я тебе многое расскажу, думаю, ты не поверишь, но обещаю, я тебя не оставлю. Слышишь? Не оставлю…
— Я очень надеюсь, — она слегка улыбнулась. — Теперь идём.
— Куда?
— Алиса нашла место, где можно перейти через болота, — Лена потянула меня, заставляя подняться с кровати. — Вставай сам, ты тяжёлый.