Страница 18 из 27
За точильным станком сидел щуплый дедок: борода по колено, старенькая выцветшая кепка, мешковатые штаны и изрядно поседевшая голова. Старик усердно точил топор и вытирал пот со лба, так что приход гостей для него оказался незамеченным.
– Гражданин! – Окликнул его чекист, но тот не отреагировал. – Товарищ!
Снова никакой реакции, тогда Коршаков сам двинулся к дедку и потряс его за плечо, тот лениво повернулся и слегка улыбнулся.
– Гражданин, у меня к вам имеется пара вопросов, – чекист вытащил из-за пазухи удостоверение и показал его старику. – Недавно из пионерлагеря «Совёнок», что тут неподалёку, пропали трое пионеров, две девушки семнадцати лет и парень. Не видели ли вы их?
Странный дедок пожал плечами и покачал головой, но ничего не ответил и снова уставился на Коршакова.
– Хорошо, – откашлялся он. – Тогда, может, вы знаете какие-нибудь населённые пункты поблизости?
Старик снова покачал головой и перевёл взгляд на Женю и Электроника, заметив их, он расплылся в широкой доброй улыбке, поднял палец и скрылся в лачуге. Несколько минут он отсутствовал, но снова появился и нёс на руках глиняную крынку.
Подойдя к пионерам, он вручил её Сыроежкину и потрепал Женю по голове. Такое дружелюбие не пришлось ей по вкусу, но ничего против она не сказала.
В крынке плескалось свежее парное молоко, оно всё ещё пахло коровой и лугом. Первой не сдержалась Женя, она выхватила у Электроника крынку и жадно принялась опустошать сосуд.
– Эй! – Возмутился парень. – Оставь мне немного!
– Не бойся, – Женя отстала от крынки и вытерла рот. – Не выпью я всё.
Коршаков вернулся к ним и, как всегда, хмуро, взглянул на них. Он был в полной растерянности.
– Он немой, – чекист махнул в сторону старика. – Тут нам ловить нечего, так что давайте, шевелите ногами, есть у меня ещё пара идей.
***
Весь обратный путь до деревни мы шли молча, Алиса искоса поглядывала на меня и бубнила что-то себе под нос, кажется, она продолжала меня обзывать, так как пару раз я отчётливо услышал: «Тупоголовый идиот» и «Неотёсанный болван».
Мы добрались до дома, но дверь была нараспашку, а Лены нигде не наблюдалось. Это явный повод для беспокойства, никто не знает, что на уме у этой девочки, и что она может вытворить. Я пробежался по всем комнатам, зашёл за дом, постарался заглянуть на крышу, но Лены нигде не было.
Когда я совсем отчаялся и уселся на ступеньку крыльца, начав рвать на себе волосы, вдалеке показался покачивающийся из стороны в сторону знакомый силуэт с фиолетовыми волосами. Лена была перемазана в грязи, наложенный мною бинт, она потеряла.
«Где её носило?! – Я вскочил с места. – Я же сказал ей сидеть дома!».
Она подошла ближе, лицо её было бледным, словно у мертвеца, глаза потухшие, а натянутая на лицо улыбка выглядела просто ужасно, руки еле заметно тряслись, ноги подкашивались, дыхание сбивалось.
– Лена? – Я испуганно посмотрел на неё.
– Да? – Голос был тихим, неуверенным, сломленным и безучастным, будто ей было плевать.
– Где ты была?! – Зашипел я. – Я же попросил тебя остаться дома!
– Я гуляла, – губа её нервно дёрнулась. – Сейчас я хочу спать.
Лена отодвинула меня в сторону и медленным шагом направилась в дом, оставив меня смотреть ей в спину.
«Чёрт! Чёрт! Чёрт! – Внутри всё перевернулось. – Откуда она?! Что с ней произошло?!».
Я опустился на ступеньку и ударился головой о стену. Что случилось, почему она так себя ведёт, почему она так выглядит, в конце концов?! Меня раздирало изнутри, всё происходило с какой-то ошеломительной сверхсветовой скоростью.
Алиса куда-то пропала, но сейчас она была последним человеком, о котором я хотел думать, в мозгу крутилась только Лена, Лена и её жуткая гримаса, не улыбка, а именно гримаса. Куда она ходила? Что она видела?!
Из раздумий меня вывел оглушительный звук выстрела и грохот чего-то об пол. Сердце вмиг остановилось, я буквально забыл, как дышать, собрав остатки сил, я поднялся со ступеньки, ватные ноги не держали тело, в глазах всё потемнело. Я со всей скоростью бросился в дом, спотыкаясь о каждый порог, натыкаясь на каждый угол, затаив дыхание и прогоняя в голове лишь одну мысль: «Только не так! Только не ты! Только не сегодня!».
Ворвавшись в одну из комнат, я с ужасом наблюдал за картиной – Лена сидела на полу, закрыв лицо руками, а рядом лежал тот самый маузер, то ли он дал осечку, то ли она не смогла выстрелить в себя, но, к моему огромном счастью, всё обошлось. Правда, тогда я этого ещё не осознал.
– Дура! – Закричал я и схватив её за плечи, наотмашь ударил по щеке. – Ты идиотка! Ты это понимаешь?!
Глаза у неё наполнились слезами, дрожь в руках перешла в жуткие судороги, а мертвецки-белая кожа стала похожа на чистый лист ватмана. Она не поднимала на меня взгляд, лишь пыталась что-то сказать, но вместо слов у неё выходил лишь жалостливый скулёж.
– Я тебя сейчас сам убью! – Я поднял её с пола и усадил на кровать. – Кто тебя надоумил?! Я же сказал тебе не трогать этот грёбаный пистолет! Я же тебе сказал!..
Она снова что-то проскулила и продолжила захлёбываться слезами. На шум прибежала Алиса, она с испуганным лицом смотрела на нас, затем перевела взгляд на маузер.
– Семён… – Хрипя от страха, позвала она меня.
– Убирайся вон! – Я заорал на неё, что есть мочи. – Вон, я сказал!
Она судорожно закивала головой и стремительно удалилась из комнаты. Я продолжал свою истерику, продолжал кричать на Лену.
– Ты понимаешь, что ты больная?! Тебе в дурдом пора!
Выплакавшись, хоть немного придя в себя, она с трудом смогла выдавить слова и поднять на меня взгляд.
– Я видела… Я всё видела…
– Что ты видела?! – Я снова хотел ударить её, но вовремя остановился.
– Я видела… – Снова повторила она. – Ты мной просто воспользовался… Просто… Просто…
– Я тебя спрашиваю, что ты видела?!
– Алису и… И тебя! – Голос снова сорвался на всхлипы. – После всего…
– Я же тебе велел остаться дома! – Я схватил её за плечи и начал трясти. – Какого чёрта ты пошла за нами?!
– А что?! – Она скинула мои руки. – Вы уединиться хотели?!
– Ты ничего не слышала, ты, считай, ничего не видела!
– Я видела достаточно!
– Всё, я устал, – я поднял с пола пистолет и кинул его Лене. – На! Хочешь стреляться? Стреляйся!
Она приложила ствол к виску, рука её бешено дрожала, глаза в ужасе смотрели на меня, губы тряслись.
– Ну! – Злорадно крикнул я. – Давай! Жми на курок! Чего ты ждёшь?!
Лена продолжала сидеть и смотреть на меня, но кончать с собой она не спешила.
– Или тебе нож принести? – Засмеялся я. – Может, ты вскрыться желаешь? Или лучше таблеток наглотаться?!
– Семён…
Я слышал, как её зубы отбивают дробь, палец расслабляется и жмёт на курок. Мгновение длится целый час, щёлкающий звук застыл в ушах, испуганное лицо девочки запечатывается в памяти, падающий пистолет с грохотом ударяется о пол.
– Теперь слушай сюда, – я поднял оружие с пола. – С меня довольно, я так больше не хочу. Ты выдумываешь какую-то чушь, а потом стреляешься из-за неё.
– Ты знал, – она в оцепенении сидела на кровати. – Ты знал, что в нём нет патронов!
– Конечно, я знал.
– Там, на болоте… Она целовала тебя! Она знала, что у нас было, она всё знала!
– Забудь всё, что нас связывало, – я заткнул маузер за пояс. – Я больше видеть тебя не хочу.
Яростно хлопнув дверью, я вышел в коридор, где меня встретила всё такая же испуганная Алиса, она выжидающе смотрела на меня.
– Что уставилась?!
– Как ты?.. – Тихо спросила она, заглядывая в мои бешеные глаза.
– Замечательно! – Рявкнул я. – Просто прекрасно! Хочешь прямо сейчас потрахаемся?!
– Семён…
– Что?! Не хочешь?! Ну и иди к чёрту!
Я оттолкнул Двачевскую и, громко топая ногами, вышел из дома, не знаю, что бы со мой было, не будь я легко отходчивым. Идя по дороге, я начал замедлять ход и прокручивать мысли в голове.