Страница 58 из 107
- Я не очень разобрал, ты куда меня сходить приглашаешь?
- Привести себя в порядок, после дальней дороги и сменить вашу, поизносившуюся одежду - ласково ответил он, сопроводив свои слова очередным поклоном.
- Слышь, Крыктл. Ты бы заканчивал вот с этим - сказал я и изобразил, что то мало похожее на поклон: - Не люблю я этого.
- Слушаюсь, господин Тартум - с готовностью ответил обладатель очень редкой, в моём мире, профессии и снова поклонился.
- Ну, как знаешь. Моё дело было предложить - сообразив, что так быстро эту дурь из него не выбьешь, сказал я и снова спросил: - Так значит говоришь, привести себя в порядок и одежду сменить?
- Да, мой господин - в точности повторив возмутивший меня обряд, ответил парень.
- Ну, если надо, значит надо. Веди давай. Где тут у вас этим занимаются? - согласился я на предложение, окидывая внимательным взглядом свой, практически новый, костюм местного производства.
Добиться конкретного ответа, у прикрепленного ко мне молодца, на вопрос о том, куда он, поведёт меня переодеваться, не удалось. Нет, парень, проявляя море уважения, пытался донести до моего внимательного уха, конечную точку нашего утреннего променада, но ни его, ни моих познаний, в обоих знакомых нам языках не хватало, чтобы разобраться, казалось бы, с такой малостью. Надо срочно совершенствоваться в языкознании, иначе примешь какое нибудь очередное предложение, не вникнув в его суть, а потом гадай, какого чёрта ты на него согласился.
- Ладно сейчас, вроде бы ничего страшного не предвидится, а в будущем внимательнее надо быть с незнакомцами - думая на смеси родного и ещё нескольких, чужих языков, подвёл я черту, под затянувшейся беседой и переключился на изучение местного ландшафта.
В зоне прямой видимости показалось необычное здание, метра четыре высотой, с широкими окнами, от пола до потолка, занавешенными ярко красными, предположительно шёлковыми, гардинами, с плоской, почти невидимой, крышей и кустами белых роз, плотно облепившими низкий фундамент.
- Вам сюда, мой господин. Там вы всё найдёте - скороговоркой выпалил провожатый, усилив достаточно простыми словами моё и так, быстро возрастающее непонимание.
Пока я переваривал услышанное, парень успел низко поклониться, резко развернуться и бодро зашагать в обратном направлении, не оставив мне ни единого шанса на то, чтобы перекинуться с ним хотя бы парой фраз, лицом к лицу. Спросить его было о чём, но созревшие в голове вопросы пришлось бы задавать неприлично громко и бросать их в спину, уходящему. А для такой важной персоны, какой я со вчерашнего дня являюсь, делать неподобающие поступки - непозволительная роскошь. Осознав, что время ответов безвозвратно ушло, перевёл свой разочарованно непонимающий взгляд на очаровательного вида постройку и попробовал сам разобраться с её принадлежностью. На место, предназначенное для проведения достаточно простой и будничной операции по замене испачканных штанов, здание площадью метров под сорок, а то и пятьдесят, мало походило. До склада готовой одежды ему также пришлось бы опуститься на несколько ступеней вниз, да и организации, производящей на свет эксклюзивную одежду, к которой я вполне могу быть прикреплён после своего скоростного взлёта по иерархической лестнице, столь прагматичные люди, как Атриус и Линт, не позволили бы зародиться, в таком великолепном доме.
- И чего тогда тут такое? - мысленно спросил я себя.
Ответ сразу не пришёл, а стоять и глазеть в одном направлении уже надоедало.
- Да, чего тут думать? Трясти надо - вспомнив совет одной умной обезьяны, огласил я его в слух и облегчённо вздохнув зашагал в сторону входа, надеясь на положительный исход обыденной процедуры.
Внутри постройка выглядела ещё страннее, чем снаружи и абсолютно не напоминала закуток для переоблачения. Высокие колонны в два ряда, до блеска отполированный светло розовый, по всей видимости, мраморный пол, ещё больше ало-красных занавесок, ниспадающих прямо с потолка прозрачными волнами и разделяющими общее пространство на тёмные и прохладные... Ну неужели примерочные? Аккуратно одёрнув ближайшие шторки, через пять шагов добрался к следующим, а осторожно заглянув за них, обрадовался находке и твёрдой походкой пошагал на встречу увиденному.
- Ну сразу бы так и сказал. А то: "Пойдём те, сменим пришедшую в негодность одежду" - высказался я на родном языке, по дороге.
В самом центре прохладного помещения, со всех сторон закрытого красными, шёлковыми гардинами, красовался бассейн с голубой и неимоверно прозрачной водой, всем своим видом говоривший о готовности принять в свои объятия моё, давно не мытое, соскучившееся по обычной бане и изменившееся за прошедший год до неузнаваемости, тело. Спрашивать разрешения, на использование воды по назначению, было не у кого. Поэтому потрогав и попробовав её на вкус, я медленно снял с себя просоленную, в некоторых местах добела, рубаху, смешно дёрнув ногами, по очереди скинул сандалии, развязав тугую, на мой взгляд излишне толстую, шнуровку, избавился от штанов, и непроизвольно прикрывая руками причинное место, замер в нерешительности.
- Да пошло оно всё! Помоюсь, а там пускай делают со мной всё, что хотят! Если сумеют - пробормотал я слова, заменившие в данном случае молитву и сделав шаг вперёд, солдатиком пошёл на дно.
Почувствовав облегчение во всех членах, дальше резвился словно ребёнок, ныряя и плавая в лягушатнике, размером три на четыре метра, не способном, и при желании, сдержать в себе весь объём моих положительных эмоций. Шум воды, громкие: "ух ты", "вот это класс" и настроение десятилетнего троечника, затуманили мой, постоянно готовый ко всякого рода неожиданностям, разум так сильно, что я позабыл обо всём на свете и две пары внимательно изучавших меня глаз обнаружил только после того, как случайно повстречался с четырьмя босыми ногами, непринуждённо прогуливавшимися по мраморному полу. От неожиданности позволил себе нецензурно выругаться и замереть в воде словно суслик, резко встав на дно бурлящего бассейна. Слова, взорвав моментально образовавшуюся тишину, должно быть, испугавшись своей непотребности, почти сразу же растворились в шёлковых занавесках, а вот на изменение позы осторожного животного, мне понадобилось больше времени, чем того хотелось бы. Быстро избавиться от неё не позволило внезапно нахлынувшее удивление, легко скооперировавшееся с давно забытыми желаниями, бесстыдно стремящимися вырваться наружу и растущими буквально на глазах, к моему огромному сожалению, не только на моих. Мне пришлось проявлять прямо таки чудеса изворотливости, чтобы разрастающийся семимильными шагами конфуз не стал достоянием незнакомых людей, если быть до конца честным, напрямую виновных в его возникновении. Две стройные девицы, появившиеся на краю искусственного водоёма буквально из ниоткуда и отчего то решившие, что наше с ними знакомство пройдёт более гладко, если их крепкие, и отчаянно загорелые тела будут, также полностью обнажены, с любопытством глазели на меня. Не понимают, что ли, благодаря кому мои и так до нельзя обнажённые нервы, пришли в такое неестественное состояние? Попытался открыть рот, чтобы поинтересоваться их мнением о ситуации, но психоз внезапно достиг такого высокого уровня, что в срочном порядке пришлось утихомиривать его вручную. Получалось плохо, так плохо, что одной из девушек, больше похожей на мираж, чем на особь женского пола из плоти и крови, взбрело на ум, что она в состоянии помочь моему горю. А иначе с чего это вдруг эта аппетитная смуглянка, грациозно присев на краю мраморной ямы, плавно перетекла в бассейн, и стоя по грудь в воде, медленно направилась в мою сторону. Ссутулившись до невозможного, попытался показать незамысловатым движением, что от её поступка мне становится только хуже и своими необдуманными действиями она лишь усугубляет моё, и без того не простое положение. Но девица, нагло глядя в мои не моргающие глаза, упорно двигалась вперёд доводя мой нервный срыв до крайней точки, за которой и до полного душевного безумия рукой подать.