Страница 29 из 39
* * *
Умирать - это очень странно. Аня уже не чувствовала ни боли, ни омерзения. Только какая-то невероятная тяжесть давила на веки, не позволяя им подняться. Удивительно - и память, и эмоции остались при ней. Осязание, наверное, тоже: тело явно покоится на мягком. Вокруг приятно пахнет женскими духами, а руку сжимает что-то тёплое и нежное...
- Анечка! - позвали неизмеримо далеко, и тут же на лицо упали ледяные капли.
Они будто смыли груз, придали сил. Аня резко привстала.
На неё смотрели обеспокоенные глаза Ники Климовского. И это именно он держал её ладонь, сидя рядом на кровати. В ярко освещённом номере около них возвышалась Евгения Витальевна, одетая в неизменный сарафан в горошек.
Аня моргнула и открыла рот, чтобы что-то спросить, но слова затерялись по дороге.
- Всё в порядке, - ласково сказал Ника, крепче стискивая её пальцы, - мы вовремя подоспели на помощь... Ты как?
- Не знаю, - честно ответила Аня, - не пойму... Как вы оказались тут?!
- Прилетели. По горящей путёвке.
- Дорогая, про матушку не переживай, - подключилась Евгения Витальевна, - я с твоего телефона сообщение написала, мол, задержишься. Правда, не уверена, утешит ли оно её. Хорошо, что с турецкой связью не назвонишься. Спокойно. Ещё только половина одиннадцатого. Но пришло аж две SMS-ки от неё.
- Как всё же вы тут очутились? - остановила словоизвержение Аня, садясь в постели. Затылок отозвался болью, и она отметила кровавый след на подушке.
- Всё, что передала Кристина о местных событиях, не могло нас не встревожить. И ты явно не справлялась. Разумеется, лучше бы мы все были тут, дорогая, но с Кристиной и Салли наметились большие проблемы. Даже если забыть о кошке, несовершеннолетнюю девочку не вывезти за границу без согласия родителей. Да и, - англичанка покраснела, - денег у неё нет... Короче, не будем об этом. Мы решили как можно скорее прилететь сюда.
- Нельзя же оставлять тебя одну, - улыбнулся Ника. - Я нашёл тур с колоссальной скидкой. И вообще, у Евы отпуск, я отпросился с работы на неделю и мы подумали, что отдых совсем не повредит.
- Как у вас всё просто, - пробормотала Аня, свешивая ноги с кровати и развоплощаясь. Тяжесть во всём теле тут же прошла. - А где эта, дамочка из океана?
- По прописке, - усмехнулась Евгения Витальевна. - Скрылась в воде. Мы приехали буквально часа четыре назад. Выяснили в регистратуре номер, но там никого не оказалось. За ужином видели твою матушку и брата с сестрой. Хорошо, что Ника их в лицо знает. Но мы старались, чтобы он сам им не попался. В общем, после того, что ты наговорила Кристине, мы предположили, что разумнее поискать на пляжах. И слава богу, дорогая: эта синяя леди с розовым отливом, кажется, всерьёз решила на тебе жениться...
- Она так жизненную силу высасывает, - обиженно буркнула Аня. - Мы немного пообщались перед тем, как она воспылала бурной страстью и полезла целоваться. А я - полная кретинка. Доверчивая дура!
Превозмогая стыд, Аня честно рассказала, как утопленница обвела её вокруг пальца, и поделилась тем, что удалось выведать.
- Если мерзавка всё это не выдумала, - закончила принцесса Авелилона. Она стояла у самой двери с телефоном в руках, каждый раз вздрагивая от очередного угрожающего SMS.
- Похоже на правду. Зачем врать? Тем более она тянула время. Вряд ли ещё и что-то сочиняла... Но всё это так странно...
- Завтра увидимся, в семь часов, за завтраком, - прервал Евгению Витальевну Ника. - Беги. Анжела, думаю, места себе не находит. Вам только поругаться сегодня не хватало...
- Об этом не волнуйся, - заверила его Аня. - Можно считать, мы уже поругались.
Она была абсолютно права и знала это. Мама долго ещё читала лекцию о том, что бывает с симпатичными девочками, шатающимися по ночам в одиночестве по странам вроде Турции. То, что девочка шаталась по территории пятизвездочного отеля, маму совершенно не разубеждало.
Когда родные улеглись и уснула даже Соня, вдоволь обсудив Анино непослушание, виновница переполоха так и не сомкнула глаз. Всё размышляла о случившемся. Она вдруг с ужасом осознала, в какой опасности была. Душегубка без зазрения совести топит людей, а загадочное "благородное" море не каждому предлагает такие выгодные сделки. То, что жизнь висела на волоске, не укладывалось в голове, но это факт. Леденящая данность.
И где она сейчас, эта дикая девица, так не желающая расставаться с миром смертных? Может быть, уже тут, за стенкой сухановского номера, обдумывает планы мести и осуществления своих целей? От этого пробирала дрожь. В полутьме комнаты чуть покачивались неясные тени, и почудилось, что за стеклом кто-то движется. А если тварь ночью проберётся в номер? Даже не обладая сверхспособностями, перемахнуть с балкона на балкон не составит никакого труда, ведь их разделяет всего лишь стенка без перегородок впереди. И что делать Ане, если гадина проникнет сюда? Защищаться при маме, Стасе и Соньке? Превратиться в воина и выдать себя?
Она вглядывалась в просвет между шторами, но так ничего и не уловила. Очень хотелось поскорее уйти. Чтобы можно было сражаться без угрозы разбудить семью и попасть в куда большие неприятности.
Аня не отводила глаз от окна и боялась пошевелиться, так сжимая под пледом Священный камень, что рисковала поранить кожу его отростками. Минуты тянулись невообразимо медленно. Два часа ночи. До утра так далеко...
...А Евгения Витальевна прилетела вместе с Никой, между прочим. Почему-то мысль об этом, маячившая где-то на периферии, вызвала дискомфорт. Подозрительно похожий на обиду. Хотя на что тут дуться? Её ведь спасли. Если бы не они...
Занавеску колыхнул ветер, и Ане показалось, что она лишится чувств от напряжения. Так и мозгами поехать недолго.
Она бесшумно встала, осторожно взяла с пола лёгкий шёлковый халат и шлёпки. Стараясь даже не дышать, прихватила с тумбочки телефон и карточку-ключ, после чего выскользнула в маленький тамбур.
Дверь открывалась с ужасающим шумом, а закрывалась с ещё большим. Аня расслабилась только в ярко освещённом коридоре и заморгала, обуваясь и надевая халат. Воровато оглянувшись на свой номер и с содроганием - на номер утопленницы, она побежала в сторону лифтов.
В холле отеля общались какие-то люди, и в баре не пусто. Пожалев, что на ней не сарафан, Аня прошла к стойке и на ломаном английском попросила какао. Получив горячую чашечку с какой-то бурдой, устроилась на террасе за столиком. На нижнем ярусе ещё не окончилась дискотека, но отдыхающих там оставалось немного. Со стороны горизонта дул прохладный бриз.
- Почему скучает в одиночестве в столь поздний час прекрасная леди? - поинтересовался какой-то мужчина и поставил рядом с Аниной чашкой свой наполовину выпитый коктейль.
- Леди не может уснуть, - посетовала Аня.
- Не принести ли ей из бара чего-то успокоительного? - предложил он, обдавая пьянящими парами джина.
- Ну попробуйте.
Аня проводила джентльмена-полуночника взглядом. Довольно симпатичный, как раз в её любимом возрасте - за тридцать. Живут они друг от друга далеко... Это не друг папы, в заигрываниях с которыми всегда надо вовремя остановиться... Если бы не утопленница, Аня могла бы завести на море курортный роман, коль на родине популярностью не пользуется. Пора бы уж, право.
Она представила, как этот незнакомец целует её в губы. И почему-то подумала о Нике.
Не дожидаясь обещанного алкоголя, проглотила едва тёплое какао и уверенно пошла через лужайку в сторону номера прилетевших друзей.
Открыли не сразу, хотя Аня дала понять, что это она. После пятиминутной возни её пустил в комнату взъерошенный и тяжело дышащий Ника, одетый в белый отельный халат. Евгения Витальевна в идеальном боевом сарафане сидела на разобранной постели - двуспальной, с тоской отметила Аня, - и обеспокоенно смотрела на визитёршу.
- Что-то произошло?! - вскрикнула она.