Страница 24 из 32
— Может… она что-то принимает? — даже заседатели подоконника отвлеклись на такое смелое предположение, поступившее от Бона.
— Вполне может быть, — заметил Рин, — хорошая версия. Она мне ещё тогда не понравилась.
— Просто не повезло с внешностью, — Камики хмыкнула.
— Очень не повезло, но это немного другое, — Курода махнул рукой.
Юкио возмущённо шикнул в его сторону.
— Давайте сосредоточимся на миссии, а не на обсуждении вкусовых предпочтений.
— А я бы не отказался послушать твои, — Рин со значением пошевелил бровями и с самодовольным видом вернулся к созерцанию сада.
Окумура потерял дар речи.
— Насчёт внешности мальчика… — чуть взволнованно продолжил Конекомару, заглушая ошарашенную тишину и попытки Шимы сдержать смех.
Рюдзи же не знал, как реагировать: то ли поддержать учителя, то ли похвалить одногруппника за великолепную подколку.
И решил слушать друга.
Мива поправил очки и перевернул страницу.
— У Кохэку внешность матери, только черты лица скорее европейские. А вот его сестра, Кин, пошла в отца — у неё голубые глаза и каштановые волосы. Дети в основном одеваются в кимоно тёплых оттенков, преимущественно в золотой. И да, девочка сильно привязана к Азэми-сан, но та её вроде бы не очень любит.
— Мы видели, — Бон вспомнил о недавнем инциденте.
— Да, девочка попросилась поиграть с плюшевым мишкой, а эта женщина категорически запретила и выглядела при этом настолько злой, будто бы Кин — верно? — виновата во всех смертных грехах этого дома, — Юкио вздохнул. — И потом мы наконец выяснили, что у Азэми-сан недавно умерла дочь, Акира. От рака. Игрушка была её. Золотые ленты — символ борьбы с этой болезнью.
— Я не думаю, что эта женщина страдает. Скорее всего ей надоели соседи — она обмолвилась об этом, — Изумо поморщилась.
— Узнаем подробности от самой девочки, когда вернётся Шиеми, — Юкио перевёл взгляд на Миву. — Что насчёт обычных слухов, бродящих в доме?
— Всё стандартно, — Конекомару прищурился, вглядываясь в свои записи. — Никто никаких демонов не видел, не слышал. Странностей нет — только хозяева не нравятся. В любом случае, сомнительно, что при таком отношении, никто из прислуги до сих пор не уволился. Или о таких случаях старательно умалчивают, или прислугу чем-то… — парень не был до конца уверен в том, что осмелился предположить, — шантажируют.
— Или, может, их всех чем-то пичкают, когда те начинают задумываться об уходе? — задумчиво предложил Курода, — а Юрико-сан пыталась сделать это так часто, что все старания хозяев прямо на лицо.
Юкио подумал о том, что в скором времени у него разовьётся нервный тик.
— Оставьте бедные препараты в покое!
В дверь постучали два раза, и все настороженно замерли. Внутрь вошла очень бледная Шиеми. Она опустила взгляд вниз, нервно смяв рукава своего кимоно. Напряженные желваки явно говорили об её состоянии. Девушка всё не решалась сказать о том, что узнала. Видимо, это шокировало её.
— Ты догнала девочку? — спросил Юкио, разрывая образовавшуюся тишину.
— Да, и смогла расспросить её, так как Кин-чан была очень расстроена.
— И что?
Морияма вскинула в голову. В её глазах стоял ужас.
— Рензо-кун был прав. Дети видят призрака. Своей погибшей сестры.
***
Шиеми сразу же бросилась за убегающей девочкой, стараясь не упустить её: не смогла вытерпеть вид крохотных слезинок, скопившихся в уголках печальных детских глаз. Они были голубыми, очень яркими и выразительными, так что эта картина прочно встала перед глазами девушки. Девочка забежала за угол дома, где по словам Куроды и Сугуро был расположен пруд. Тем не менее, к нему девочка не пошла, а свернула в другую сторону. Позади дома был ещё один вход, скрытый за огромным деревом и растущими рядом кустами.
У Мориямы что-то сдавило в груди, какое-то нехорошее ощущение затаённого страха, когда она пробегала мимо тихой глади воды, но девушка его проигнорировала.
— Постой! Я хочу только помочь!
У Шиеми были сильные проблемы с физической подготовкой, так что после такого стремительного забега у неё напрочь сбилось дыхание. Эксвайр не добежала совсем чуть-чуть и обессиленно остановилась, упираясь руками в свои колени. У неё и самой в глазах скопились слёзы обиды.
— Мне можно тебе верить? — со стороны послышался неуверенный детский голос, и Шиеми крупно вздрогнула, подняв глаза. Перед ней никого не было, так что Морияма обернулась через плечо, чтобы встретиться с грустными голубыми глазами.
— Мы все приехали, чтобы помочь вашей семье, — девушка вымученно улыбнулась, однако переживание в её глазах было искренним и необъятным.
Казалось, Шиеми целиком состояла из болезненного сострадания к другим, а для собственных желаний и эмоций в ней и не осталось места. Для рядового экзорциста такая черта характера — идеальный вариант, а девушке и не нужно было большего.
Или она нагло врала самой себе.
Возможно, именно поэтому Курода относился к Шиеми так прохладно. Морияма тщательно давила в себе неуверенность в собственных силах и даже смогла без запинки здороваться с ним, но парень всё равно почти не обращал на неё никакого внимания. Хотя, он даже исчезновение Паку заметил только спустя очень долгое время.
Но что же она делает не так?
Шиеми очень хотела понять это. Она должна была взять себя в руки и постараться изо всех сил. Ради тех, кому она сможет помочь. Как и ей в своё время помог Окумура-сенсей.
Возможно, спустя какое-то время девушка сможет достичь того же уровня, что и Рин, в лёгкую справляющийся с очень сильным демоном. Морияма была заворожена его грацией, хищной поступью и уверенными взмахами меча, опасно разрезающего воздух вместе с кронами деревьев. Его глаза — и как она только разглядела их — блестели таким азартом, что у Шиеми что-то ёкнуло в сердце.
Эксвайр не хотела признавать это даже самой себе, но она завидовала — глупо и горько. Если бы у неё было столько сил, бабушка была бы жива. Если бы Морияма не боялась признаться, ей бы не пришлось так напрягать Окумуру-сенсея со своим спасением. Если бы она была хоть кем-то значимым…
В глазах Рина появлялось бы тепло, когда он усмехался-улыбался. А так они оставались холодными и равнодушными.
Незаинтересованными.
И теперь, видя, как Судзуки-сан отталкивает собственную племянницу, — а это точно была она — Шиеми просто не смогла сдержаться. Слишком сильно маленькая девочка в красно-золотом кимоно напомнила её саму, только более маленького возраста. Если Морияма сможет ей помочь, то это станет первой ступенью по достижению собственного и чужого уважения по отношению к ней.
Поэтому Шиеми улыбнулась.
— Многие говорили, что хотят помочь нам, — девочка отвела взгляд, — но в итоге не помогали. Зато Судзуки-сан кричала на нас.
— За что? — Морияма нахмурилась, — вы же ничего не сделали.
Девочка ровно ответила:
— Мы путались под ногами.
Шиеми замялась и, честно сказать, не знала, что и ответить.
— Как тебя зовут?
Девочка поджала губы но ответила, обхватив себя за плечи ладонями, скрытыми длинными рукавами кимоно.
— Кен. Давай, мы уйдём отсюда?
Морияма оглянулась. Неприятное липкое чувство надвигающейся опасности никуда не исчезло, так что всё это время девушка чувствовала себя очень неуютно.
— Здесь… случайно не живут карпы?
Девочка широко распахнула глаза и стремительно схватила Шиеми за рукав, потянув на себя.
— Пожалуйста, пойдём скорее. Акира точно смотрит на нас.
— Кто такая Акира? — нерешительно поинтересовалась Шиеми, заходя в дом с другого входа.
Кин недовольно обернулась на неё и прижала палец к губам.
Мишка остался сиротливо брошенной игрушкой у двери. Наверное, Судзуки-сан будет безумно зла. Однако её племянницу это будто бы больше совсем не волновало.
— Кохэку умеет объяснять лучше.
— А он?..
Девочка резко остановилась и серьёзно уставилась на Шиеми.
— Мы поверим тебе, сестрёнка. Возможно, ты наш последний шанс.