Страница 14 из 41
Нина перехватила свой букет поудобнее и подошла к Алексею.
* Ничего себе! Тебя можно поздравить!? А до меня даже сплетни не дошли. Кто она?
Залицкий пробормотал что-то невнятное. Он, почему-то, решил не говорить бывшей жене, что женщина, которую он встречает, ему никто. Он не держал зла на Нину за их развод, в конце концов, он был виноват не меньше. Но ее скоропостижное семейное счастье не давало ему покоя. Пусть думает, что он тоже счастлив.
* А у тебя что, номер сменился? Я недавно пыталась тебе позвонить - абонент не абонент.
* Да, нам на работе выдали служебные номера, - Залицкий был рад, что она сменила тему и не надо углубляться во вранье. - А зачем ты звонила?
* Мне твоя помощь была нужна, но, вижу, что тебе сейчас не до меня. Так что не бери в голову.
Алексей хотел сказать ей, что он совсем не занят, но в этот момент двери родильного отделения открылись, и из них вышла Соня с ребенком. Он заспешил к ней навстречу, неловко попытался подарить цветы, но Соня держала на руках конверт с младенцем и не смогла их взять. "Давай мне цветы, а сам принимай дочь, папашка", - подсказала пожилая медсестра, открывавшая выписывающимся двери уже несколько десятков лет. Когда они, наконец, разобрались с цветами и детьми и осторожно пошли в сторону машины, Залицкий на секунду обернулся, чтобы посмотреть на Нину. Она все так же стояла чуть в стороне от своих друзей и смотрела на него. Поймав его взгляд, она хотела отвернуться, но было уже поздно притворяться. Нина улыбнулась, помахала ему букетом и пошла утихомиривать своих мальчишек.
Соня с ирисами в руках семенила вслед за Алексеем, который нес ребенка и ее вещи в большой спортивной сумке. Выглядела молодая мать откровенно плохо. Конечно, недавно родившая женщина и не должна блистать красотой, но Соня была не просто усталой и бледной, в ней была какая-то жалкая обреченность. Она плелась за Залицким, шмыгала носом и без остановки его благодарила, хотя он еще не успел толком ей помочь. Алексею было досадно. Затылком он чувствовал, как Нина с интересом разглядывает его "супругу" и, конечно же, оценивает. Почему они не встретились, когда на прошлой неделе он ходил на свидание с одной приезжей барышней. Отпуск у барышни уже заканчивался, и она успела покрыться ровным золотистым загаром, на котором шикарно смотрелось белоснежное платье. Вместо этого Нина застала его с этой блеклой уткой. Подумав это, Залицкий устыдился. У женщины только что убили мужа, она осталась одна с ребенком, не говоря уже о том, что ее ждет разгромленная квартира. А он тут со своим самолюбием и желанием покрасоваться.
Алексей усадил Соню на заднее сиденье, осторожно передал ей ребенка, закинул в багажник сумку с вещами и сел за руль. Как только они отъехали, Соня, насколько это было возможно, придвинулась поближе к его уху и осторожно попросила:
* Расскажите мне все, умоляю вас.
Залицкий с недоумением посмотрел на нее в зеркало заднего вида.
* Расскажите, что случилось с Темой. Тот другой полицейский, что приходил ко мне в роддом, ну полный такой, сказал только, что его убили и что от него чего-то хотели, но ничего толком не объяснил. Я же должна знать, что случилось с моим мужем. Его пытали?
Алексей не знал, что ответить. С одной стороны, она конечно же имеет право знать, а с другой, должен ли он рассказывать? Семен Сергеевич велел слушать, а не говорить.
* Я даже не знаю, что вам рассказать, ответил он. - Его действительно... Ему нанесли некоторые телесные повреждения. Но это случилось за несколько часов до смерти. Мы предполагаем, что это сделали те самые люди, которые позвонили в дверь, когда вы разговаривали с ним по телефону в последний раз.
Залицкий заметил, как от этих слов Соня вздрогнула.
* А убили его вечером, ударом по голове, - продолжил он. - Это значит, что от него что-то требовали, а потом убрали, как ненужного свидетеля.
* А он отдал им то, что они требовали? - спросила Соня растерянно.
* Неизвестно. Мы надеялись вы прольете свет на случившееся. Пока что мы не знаем, кого нам следует искать: букмекеров, наркоторговцев, кредиторов.
Соня отчаянно замотала головой. Алексей решил, что ничего не будет больше ей говорить и ни о чем не будет спрашивать. Ему только истерики сейчас не хватало. Но она вдруг взяла себя в руки, глубоко вздохнула и спросила с надеждой:
* А может это все-таки был несчастный случай? Может быть, он был пьян и просто упал на камнях или подрался с кем-нибудь? Вы знаете, Тема совершенно не умеет пить, то есть не умел. Быстро пьянел, начинал нести всякую чушь.
* Исключено, в его крови алкоголя не было. К тому же, у вас в квартире что-то искали. Там все перевернуто, так что вы уж не пугайтесь, когда войдете.
Они как раз подъезжали к старому дому барачного типа на улице Патриотов. В тени большого розового куста сидели две бабульки в цветастых домашних халатах, подставив солнцу ноги, и с любопытством поглядывали, как незнакомый УАЗик с мигалками на крыше паркуется возле первого подъезда. Увидев Соню и ребенка у нее на руках, они с удивительной для их преклонного возраста прытью поспешили к ним навстречу.
* Сонечка! Ягодка ты наша! Вернулась уже?! - запричитала одна, пока другая осторожно принимала у Софьи завернутую в кружевное одеяльце девочку. - А мы тебя навестить собирались. Мы еще вчера вечером хотели поехать, после того, как Иван Устинович нам рассказал, что случилось, но у Киры Петровны косточка на ноге дуже разболелась. Ты держись, моя миленькая, а мы уж тебя не оставим, не бойся. Мы хоть и старые, но кое на что еще годимся.
Кира Петровна, которая уже вовсю утютюкала над младенцем, активно закивала головой. Они поднялись на второй этаж. Соня открыла дверь в квартиру, застыла в изумлении, а потом закрыла лицо руками и разрыдалась. Зрелище, действительно было удручающим. Соседки кинулись ее утешать, а Залицкий мялся в дверях, держа в руках сумку с вещами, и думал, можно ли ему уже уйти.
* Надо же какие изверги, все перевернули, - обратилась к нему Кира Петровна, оставив Софью на попечение своей подруги. - И что им только понадобилось от Темки? Он же гол как сокол, что с него взять? А они такие солидные, на машине такой огромной, а все туда же, у бедного работяги копейки воровать.
* Вы их видели? - Алексей, совсем уж собравшийся уходить, остановился.
* Да, видала. Заявились ни свет ни заря, двое. Одному лет сорок пять, второй помоложе. Головы бритые, ручищи с небольшой арбуз - бандиты, к гадалке не ходи.
* А что за машина?
* Ну я же сказала, большая такая, черная, вроде.
* А модель?
* Что? - переспросила Кира Петровна.
* Марка машины какая, не помните?
* Ой, да откуда ж мне знать, я в них не разбираюсь, в марках ваших, в почтовых если только. Но богатая такая машина, блестящая, и колесо сзади запасное приделано.
* Кира, - прервала их разговор та вторая старушенция, имя которой Залицкий так и не узнал. Ей уже почти удалось успокоить Соню, и она была готова приступать к активным действиям. - Позвони к Устиновичу, пускай выйдет, поможет мебель расставить, да будем прибираться тут, а то Сонюшке с малышом и расположиться негде.
Решив, что теперь он уж точно здесь не нужен, Алексей наскоро попрощался и поспешил в отделение.
12
Галина Савина шла на свою вторую работу сквозь полуденный зной. Море слегка волновалось, и со стороны пляжа слышались глухие удары волн о галечный берег. За ними эхом раздавались восторженные визги бултыхающихся в прибое туристов. На набережной кипела жизнь, но ни художники, ни ресторанные зазывалы, ни торговцы всякой всячиной не окликали Галину, безошибочно распознавая в ней местную. Она шла привычным быстрым шагом, ловко огибая праздношатающихся и не глядя по сторонам. Мысли ее все крутились вокруг утренних событий, и этот человек...
Галина никогда в жизни не встречала сильных мужчин. Накачанных - сколько угодно, богатых и наделенных властью - тоже достаточно. Среди ВИП-клиентов Идиллии попадались весьма респектабельные джентльмены. Многие из них даже готовы были предложить миловидной молоденькой официантке Гале свою благосклонность, безоблачную и беспроблемную жизнь содержанки и весь мир в придачу. А вот сильных мужчин она не встречала никогда, такой вот парадокс.