Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 58 из 100

- Кофе? – предложила вдруг я, думая о соседе.

Царев удивился. Но не так сильно, как я. Я аж по рту себе хлопнула в надежде затолкать слово обратно. Вот отмочила! Это последствия травмы головы, не иначе.

- Да? – ответил он со слегка вопросительной интонацией, так и не опустив брови.

Повозившись с замком, я, наконец, открыла. Черный проход напрягал, но слыша за спиной раздраженное сопение от моей медлительности, я отважно вступила в прихожку и быстро включила свет. Осмотрела ее и с облегчением разулась, никого не обнаружив. Царев проследил за моими действиями, задержавшись на черных в ромашку носках, хмыкнул и тоже разулся. У себя дома он, наверно, обутый ходит, судя по сериалам. Молодец, в воспитании ему не откажешь. Прошли на кухню, я поставила чайник, а он замер в дверном проходе. Все же он слишком большой. Особенно для нашей маленькой кухни. Я достала банку с кофе, сахар и кружки и выставила все на стол.

- Зальешь? Я пока отмоюсь. Я быстро.

Я хотела пройти мимо него, но он занял весь проход. Я остановилась в шаге. Он растерянно смотрел на стол. Потом перевел взгляд на меня. Я кивнула за его спину, намекая, чтоб отошел. Он оглянулся назад, на меня, на проход и отошел, почесав затылок.

Совсем устал, раз так туго соображает.

Увидя свое отражение в ванной я ужаснулась. Натуральная ведьма, сбежавшая с костра инквизиции. Вся грязная, лицо и руки в крови, волосы слиплись. Раздевшись я ужаснулась еще больше. Синяков не сосчитать на руках и ногах, но больше меня напугал синяк на животе. Вот уже где у меня никогда их не бывало. Жуткое зрелище. Но завтра будет еще хуже. И болеть будет еще сильнее. Поэтому помыться необходимо сегодня. Я закинула в стиралку свитер Царева и свои джинсы. Порванную кофту с омерзением бросила в мусор. Забравшись не без труда в ванну, я встала под струи теплой воды, желая, чтоб они смыли все пережитые мерзости. Ссадины на губе и ладонях запекло.

Пока мылась, размышляла над поведением Царева. Его объяснения в машине меня очень смутили. Он был таким… странным. Этому слову можно присваивать статус "слово дня" - не сосчитать, сколько раз я его употребила у себя в голове за сегодняшний вечер. Нет, ну а как сегодняшнего Царева еще назвать? Такой непохожий на обычного ледяного себя. Неужели его отношение действительно изменится теперь?

Нет, не стоит обольщаться. Да и верить не стоит.

Но он был таким искренним. Кажется. Красивый.

Что?! Откуда такие мысли?

Его забота очень польстила мне. Но это слишком странно. Он не может быть таким… хорошим. Тем более со мной. Что он там говорил? Стала важной? С каких пор?

О, мой бог! Да это же он начал осуществлять свои слова на маскараде! Я все поняла! Хочет, чтоб я поверила ему, стала благодарной, влюбилась, а потом он от души посмеется надо мной! Наверняка! Не дождется! Я буду благодарной, он заслужил, но ни за что не проиграю. Никогда я не скажу ему, что он стал важным или что-то в этом роде. И точно никогда снова не попрошу поцеловать меня. Лучше язык себе откушу. Или ему. Ай, откуда вообще у меня такие мысли?! Чтоб прийти в себя, даже по щеке себя ударила и застонала от боли в разбитой губе. Точно дура совсем.

Искупавшись, я поняла, что из одежды в ванной только пижама. Растянутые штаны и та самая драная майка. Потрясающе! Неотразимая красотка! Натянув то, что есть, я набросила на плечи полотенце. Больше чтоб прикрыть майку от его придирчивых глаз, чем от мокрых волос. Взглянула в зеркало. Все не так плохо, как казалось раньше. Нос немного припух, губа базбита, а так все нормально. Только тени под глазами стали глубже. От страха или от удара?

На кухне я обнаружила престранную картину. Кружки все так же пустые, кофе рассыпан рукой Царева, покоящейся на банке. А сам он спит, положив голову на вторую руку. Я невольно засмотрелась. Во сне его лицо изменилось. Он забавно нахмурил брови домиком и надул губы, как обиженный ребенок. Милый. Я хихикнула. Это второй раз, когда Царев кажется мне милым и первый раз, когда это действительно так. Продолжая хихикать, я нашла в рюкзаке телефон и сфотографировала. Не потому, что понравился, нет! А для компромата, на всякий случай, да. От звука затвора объектива он вздрогнул и поднял голову, уставившись на меня покрасневшими глазами. Я смутилась. И тут мне снова захотелось сфотографировать его. Потому что оглядев меня он растянул губы в мягкой улыбке. Такой милой, что я улыбнулась в ответ.

Спустя мгновение мы оба спохватились. Что мы делаем вообще? Что я делаю?! Улыбаюсь? А он?! Он-то точно насмехается с моего вида. Плевать. Передернув плечами я обошла его и встала напротив через стол.

- Прости, я не нашел кофеварку или турку, или что там еще. Ой, – заметил он опрокинутую банку и кашлянул. Я недоверчиво уставилась на него. – Что? – не понял он моего взгляда.

- Серьезно? – переспросила я.

Нет, он шутит. Или издевается. Не знает о существовании растворимого кофе? Он вопросительно поднял брови. Не шутит.

Я молча насыпала кофе по кружкам, протерла стол от рассыпанного, и залила водой. Он наблюдал за моими действиями с любопытством. Насыпав себе сахара, я подвинула ему сахарницу и кружку.

- Я пью без сахара, - заметил он, присматриваясь и принюхиваясь к кружке. – Пахнет вроде кофе. – протянул он и попробовал. И тут же скривился. Я поджала губы.

- Молоко? – сухо поинтересовалась я. Кофе ему не понравился, видите ли.

- Обычно нет, но сегодня сделаю исключение, - с усмешкой ответил он, читая этикетку на банке  кофе. Я достала молоко из холодильника в пластиковой бутылке. Он перевел сильно сомневающийся взгляд на этикетку на бутылке с надписью «минеральная вода» и вопросительно уставился на меня. Это начинает меня веселить. Он как с другой планеты, честное слово!

- Оно домашнее, - пояснила я. – Мама у бабульки на рынке покупает. Коровье. Это домашнее животное такое. Его доят. – похихикивала я.

Царев раздраженно дернул головой.

- Да что ты, - скептически выдавил он, не притрагиваясь к бутылке.

- Ладно, давай я сделаю на свой вкус, а ты просто опробуешь? Один глоток. Выплюнешь в раковину, если не понравится. Хорошо?

Мне стало совсем весело. Дождавшись от него кивка, я положила ему в кружку две ложки сахара и добавила молока. Помешав. Подвинула к нему. Он с опаской смотрел на кружку и с подозрением на меня.

- Сначала ты, - безапелляционно заявил этот Фома неверующий. Рассмеявшись, я сделала несколько больших глотков из его кружки, осушив едва не половину, и снова поставила ее перед ним. Он выждал минуту, буравя меня глазами. Потом перевел тяжелый взгляд на кружку, явно не решаясь пробовать.

- Трусишь? – снова рассмеялась я. Он недовольно сморщился, выдохнул и сделал маленький глоток. Открыл удивленные глаза. Я снова хихикнула с его вида.

- Мало похоже на кофе, но тоже ничего, - усмехнулся он и отпил еще, удивленно разглядывая напиток.

Я спряталась за свою кружку. Все происходящее было настолько сюрреалистичным, что я даже ущипнула себя, ожидая, что сейчас проснусь, и все это окажется просто сном. Очень странным и лишенным логики, как и все сны. Но я не проснулась. Поверить не могу, Царев у меня на кухне. Я сижу с ним и пью кофе, мы при этом не ругаемся, а подшучиваем. В это просто невозможно поверить. Не иначе планета с орбиты сошла, и магнитные полюса поменялись. И мы оба окончательно сошли с ума.

Кофе медленно убывал, молчание становилось все более напряженным. Надо что-то сказать. Но что? Очередное «спасибо»? Глупо. А о чем вообще можно разговаривать с Царевым? И стоит ли?

Выпроводить его пора. Но он такой уставший. Сидит вот сгорбившись, подперев голову рукой. Это тот, кто всегда ходит с такой прямой спиной, будто палку проглотил. Но не здесь же ему оставаться? Хотя скоро рассвет, смысл ложится спать. Можно просидеть тут оставшиеся пару часов и отправиться в универ. Хотя в таком состоянии, наверно, не стоит. Даже мама не станет меня заставлять.

Точно, что же маме сказать?! Она же в обморок от моего вида упадет. Я едва не расплакалась от представленной картины. Мама точно будет плакать и думать о всяких ужасах.