Страница 38 из 100
- Приятно слышать, - Царев пошел к выходу, оставив меня в растерянности. Это и все? Что, обострение вдруг закончилось? То чуть не пена с клыков падает от бешенства, то сразу спокойствие и даже некоторая усталая апатия. Точно больной. Зрители ожили и сташи расходиться к своим столикам, тихонько перешептываясь. Мне на них было плевать.
- Неуравновешенный дегенерат, - пробормотала себе под нос я подошла к сидящему на полу Истомину. Когда Царев отбросил его, тот упал на стул и перевернулся. Сейчас из его губы сочилась кровь, но все его внимание было поглощено осмотром запястья. – Ты как?
- Кажется, запястье потянул, - поморщился он. – А ты?
- В норме. С чего он прицепился к тебе?
- Сам не понял. Когда я стоял у стойки, он проходил мимо и толкнул меня плечом. Я расплескал кофе и, кажется, пара капель попали ему на рубашку.
- Вот урод! Сам же виноват! – сидя на коленях, я ударила кулаком по стулу. – У тебя губа разбита.
- Да он сначала мне врезал, я даже не успел среагировать. Уж слишком он злой сегодня был. Но ты заметила, как резко успокоился? У тебя талант в общении с ним, - Олег усмехнулся и поморщился от боли в губе.
- Может пойти в цирк дрессировщиком львов работать? Мне не будет равных после этого царя зверей доморощенного. Или они меня съедят? – улыбнулась я и помогла подняться.
- Скорее, ты их. А если и съедят, то точно отравятся. Держи, - он протянул мне пакетик с обломками печенья. Я благодарно приняла.
- Спасибо. И стоили они того?
- Сначала попробуй, защитница. Или нет, супергерл! – Истомин потрепал меня по голове, и мы оба рассмеялись.
Вот и настал день хэ. Ночью так и не удалось заснуть, все думала о предстоящем выступлении. Встала рано и в таком состоянии, будто меня побили. Дважды по дороге в универ мне пришлось выбегать из транспорта, потому что воздух в легких вдруг заканчивался и толпа давила на меня, поэтому я чуть не опоздала. Приехала к самому выступлению. Не позволив даже попытаться перед смертью надышаться, меня отправили в комнату участников. Там тоже все произошло слишком стремительно. Я не успела даже перечитать речь, как объявили мое имя. Все таки я пришла слишком поздно.
И вот на негнущихся ногах, вся зеленая, я приближалась к трибуне, повторяя про себя, как мантру: «Плевать на них, я круче всех». Подойдя к месту, я повернулась к залу. Зря я это сделала. Как много людей! И все смотрят на меня. В звенящей тишине я опустила глаза в бумажки. Так, сначала представить себя, потом тему. Поборов рвотный позыв, я начала:
- Добрый день. Меня зовут След Диана. Кафедра экономики. Тема доклада… - продолжить мне помешал неожиданный звук, заставивший меня вздрогнуть и прерваться.
Сначала я не поняла, что произошло. Показалось, что я что-то уронила, потому что у моих ног раздался характерный звук. Переведя глаза, я увидела рядом с трибуной на черном полу блестящее пятно. Что это? Ответ пришел через секунду. Точнее, прилетел мне в плечо. Яйцо – констатировал мозг. Это неожиданно больно. Понимание происходящего потихоньку начало прорываться в сознание. В меня бросили яйцо! Не дожидаясь даже темы! Не потому что доклад скучный, а просто потому, что это я. Я шокировано перевела глаза на зал. Он зашумел, оглядываясь в поисках злоумышленников. Или это у меня в ушах зашумело? Абсолютно не представляя, что делать, я смотрела на зал широко раскрытыми глазами. Мозг лениво подмечал детали: несколько человек с последних рядов в капюшонах приближаются к сцене, камеры снимают и меня и зал, люди повставали с мест. Две счастливые физиономии бросились в глаза: Лилия дает пять Мари. В голове ни одной связной мысли. Почему? За что? Что делать? Раздались звуки затворов фотоаппаратов и засверкали вспышки. Эти звуки стали выстрелами в моей голове и на меня, наконец, обрушились звуки. Яйца полетели снова, к ним присоединились помидоры. Это привело меня в чувства, по крайней мере, одна четкая мысль возникла: бежать! Я бросилась со сцены, но из двери, из которой я вышла на сцену, показалась фигура в капюшоне и плеснула на меня какой-то жидкостью из ведра. Масло – поняла я отплевываясь. Ринулась в другую сторону. Там тоже дверь. Судорожно дергаю, а в меня продолжают лететь снаряды. Больно! Не открывается, зато сверху на меня высыпалась мука. Ничего не понимая и не видя из-за белого облака, я пытаюсь открыть дверь, но она не поддается. Мука застилает глаза, рот, нос. Ничего не вижу. Шум усилился, слышались крики «прекратить», но по мне продолжают больно ударять яйца. Испытывая настоящий ужас загнанного зверя, я билась плечом в дверь. Вдруг я почувствовала, что на голову мне что-то накинули и попытались схватить за руки. Не осознавая происходящего на инстинктах, стала отмахиваться. С перепуга я не сразу сообразила, что бросать перестали и все стихло. Я пыталась отбиться, но руки мои плотно зажали.
- Успокойся, я не обижу тебя, - с трудом разобрала я повторяемую фразу сквозь свои всхлипы. Не заметила, когда началась моя истерика, но сейчас мое тело непрерывно вздрагивало, а изо рта вырывались сиплые стоны. Кажется, я кричала.
- Вот, я помогу, - на лицо опустилась ладонь, я ее оттолкнула. Мука полностью залепила глаза, - Ладно, давай сама. Вот платок.
Трясущиеся руки меня не слушались, но мне удалось кое-как оттереть глаза. Кожа все еще была жирной от масла, но я смогла разглядеть спасителя.
- Ты! – я отшатнулась от старосты, - Яйца, масло, мука! Это ты!
Я тут же вспомнила, как обсуждала с Димкой возможность закидать царевскую машину мукой и маслом, а Гнездов все это слышал. Значит, он так долго вынашивал план по моему уничтожению? Расчетливая гнида!
- Что я? – он непонимающе уставился на меня, сдвинув брови.
- Ты все слышал тогда! Но зачем? Я же ничего не сделала! Ни ему, ни тебе! Ничего не сделала! – я кричала, едва сдерживая слезы. За что? За что так со мной?
- Я тоже ничего не сделал, - он встряхнул меня за плечи. Но я не слышала, откинув его руки, продолжила кричать.
- Убери руки! Не трогай! – я отбежала и вернулась за трибуну, - А вы продолжайте! Чего остановились? Цирк еще не окончен! Что, кончились яйца? А давайте я пока доклад прочту, вы еще достанете?
Зал ответил молчанием
- Успокойся, пойдем, - староста снова подошел и попробовал взять за локоть. Я оттолкнула его с такой силой, что он чуть не упал.
- Иди. Ты испачкал руки. Попробуй отмыться. Хотя сомневаюсь, что получится.
Я смотрела на него с отвращением, какого не испытывала никогда. Он ведь казался мне таким… Не таким, как все эти! Он и правда не такой. Хуже. Такой, как его дружек Царев. Только тот в открытую действует, а этот втихую, без всяких причин. Мерзко. Мерзкие они все.
Гнездов выглядел ошеломленно, но к нему стало приходить понимание.
- Ты ошибаешься. – с нажимом проговорил он, заглядывая в глаза.
Я не посчитала нужным отвечать. Тогда он повернулся к затихшему залу, извинился и объявил, что семинар окончен. Все шушукаясь стали подниматься с мест и расходиться.
Я, едва волоча ноги, вышла через открытые теперь двери и поплелась пустыми коридорами к главному корпусу на крышу. На улице из-за угла показался запыхавшийся Царев. Что, опоздал на представление? Увидев меня, он встал, как вкопанный. У меня не было сил на перепалку с ним. Опустив голову, я молча прошла мимо. Он, к счастью, не подумал меня останавливать. Добравшись до нужного корпуса, я поднялась на крышу. Спрятавшись за одной из перегородок, я разрыдалась. Сильно, по-детски, воя и всхлипывая.
Как же я их всех ненавижу! Это была единственная мысль, которая заполонила собой все мое тело. Телефон звонил, но мне не хотелось ни с кем говорить. Да и не получится, пока истерика не кончится. Твари, мерзкие жестокие твари. За что? Почему я? Какого черта все это происходит со мной?!
Мало по малу, спустя вечность, рыдания сошли на нет. Слезы продолжали литься, но всхлипы сотрясали тело все реже. Перед глазами стояли сотни лиц, смотрящих на меня с жалостью, удовлетворением или наслаждением. Как это жутко и страшно - быть одной против толпы. Чувство абсолютной беспомощности и отчаяния. Я еще никогда не испытывала такое. Животный ужас, паника, безысходность. Паника, паника, паника. Эти лица навсегда останутся в моей голове? Как мне снова смотреть на людей? Даже мысль о том, что мне придется видеть их снова, вселяет омерзение. Телефон завибрировал опять. Я опять его проигнорировала.