Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 36 из 45

Разумеется, она его ждала. Судя по теням под глазами и осунувшемуся лицу, не спала всю ночь. Скорее всего, провела ее на винте и сейчас больше всего на свете хочет улечься в кровать. Как и сам Питер, который искренне надеялся, что после такой тяжелой ночи его срубит хотя бы часов на пять.

– Не работал, – объяснял он, пока Шарлотта помогала стягивать покрытую бурыми разводами рубашку. – Сцепился у Фестера с каким-то придурком… Вернее, с придурком сцепился он, – Питер усмехнулся и в ответ на непонимающий взгляд пояснил: – Я психанул. Слишком много выпил и психанул. Сам к нему полез. Не надо было.

Еще несколько минут он потратил на то, чтобы объяснить Шарлотте, из-за чего разозлился. И в очередной раз Питер убедился, что нашел себе правильную женщину, когда она согласилась с его решением, сказала, что он сделал верный выбор.

– Ты и так рискуешь, – напомнила она, укладываясь рядом и утыкаясь острым подбородком между его лопаток. – Не стоит рисковать сильнее. Не знаю, что я буду делать, если в один прекрасный день ты не вернешься.

Сквозь плотно прикрытые шторы пробивался дневной свет. К счастью, эти окна выходили на запад и солнце не пыталось вломиться в комнату сквозь ветхую пеструю ткань. Питер вздохнул и сомкнул веки, радуясь, что уже протрезвел и его не мутит с похмелья.

– Я никуда не денусь, не предупредив, – сонно пообещал он. – Не пропаду.

– Все так говорят, – дыхание Шарлотты коснулось затылка. – И все пропадают. Знаешь, – она шевельнулась, – раньше, когда кто-то исчезал, то его искали на Голгофе. В какой-нибудь безымянной могиле, а то и просто насаженного на кол рядом с крестом. И все знали, почему так случилось, никто не задавал вопросов. А сейчас все так странно и ничего не понять. Если ты не носишь фамилию Райт или Ван Графф, до тебя вообще никому нет дела…

«…Но никто не хочет нам помогать!» – откуда-то из глубин сознания донесся взволнованный голос «рыжей курицы». Питер кашлянул, поморщился от противного привкуса во рту, перевернулся на спину.

– Какая-то женщина искала сына, – пробормотал он, накрывая ладонью руку Шарлотты, скользнувшую по его груди. – Сказала, что им с мужем никто не хочет помогать… А парню пятнадцать, что с ним может случиться?

– Если он не Райт и не Ван Графф… Может, и ничего. Люди постоянно исчезают, и кого-то находят… а кого-то нет. Помнишь Сьюзен? – приподняв голову, Шарлота смотрела ему в лицо, и он чувствовал ее взгляд сквозь прикрытые веки. – Мы встречали ее как-то раз. Я вас друг другу представила.

Питер качнул головой. Он не помнил, да и соображал уже через силу, под тихий, низкий голос Шарлотты неуклонно погружаясь в сон.

– Позапрошлой весной она дочку искала. Девочку еще совсем. У всех спрашивала, даже по окрестностям бегала… Один раз чуть сама не погибла, нарвавшись на банду каких-то…

– Нашла?

– Через неделю. Дочка с парнем своим была, когда… Никто не знает, что там случилось. Их обоих по одежде смогли узнать. В мусорном баке нашли, по запаху. Сьюзен узнала платье, а кто-то из Мордино – пиджак одного из своих. Можешь представить, что тогда началось?

Перед внутренним взором Питера мелькала забегаловка Фестера. Грязные столики, плывущий свет, залапанные стаканы… В ушах звучала музыка, бубнили чужие голоса, сквозь которые просачивалось:

– …с тех пор ни одной мелкой банды здесь нет, вычистили всех. Но кто виноват, так и не сказали. В одной могиле хоронили. Не смогли разделить и понять, где там… чье.

Забегаловка Фестера растворилась. Ей на смену пришел ржавый мусорный контейнер с ошметками желтой краски и тягучими каплями гниющей крови, сочащимися из щелей. Голоса стихли. В голове проклинающего свое воображение Питера зазвучало монотонное жужжание целого роя омерзительных помойных мух.

– Звучит дерьмово, – еле шевеля языком, шепнул он.

– Рино вообще дерьмовое место. И… мне кажется, здесь не стоит рожать детей. Если только ты не…

– …Райт или Ван Графф.

– Да.

Усмехнувшись, Шарлотта ткнулась лбом в его плечо.

Комментарий к Глава 5 ¹ Здесь и ниже - строки из стихотворного перевода песни «Big Iron», которую, как думается, в Рино тоже вполне можно услышать.

========== Глава 6 ==========

Весна в Нью-Рино всегда была жаркой. Так сказал Дюпон. А еще он добавил, что, конечно, за последние пару сотен лет климат слегка изменился, однако всегда можно ощутить приближение весны. Столбик термометра неуклонно ползет вверх, воздух тяжелеет, пропитывается влагой, и ветер меняет свое направление. Его порывы больше не заставляют ежиться, напротив – ласкают теплом.

Все почти так же, как было раньше – до того, как Рино обзавелся приставкой «Нью-». В те невероятно древние времена, о которых Реджи не имел никаких представлений, но приближение весны ощущал. И отчего-то ждал ее, сам не понимая зачем.

– Добрый день, миссис Грант! Мне как обычно. И можно один с собой?

– Конечно, Реджи, – пожилая женщина за барной стойкой приветливо кивнула и, не пересчитывая, ссыпала тусклые долларовые монеты в кассовый аппарат. – Как тебе погода?

Дожидаясь, пока сварится кофе, Реджи обернулся и посмотрел в большое окно, занимающее почти всю стену.

– Сегодня прекрасный солнечный день, – он улыбнулся. – Направление ветра изменилось, теперь он дует с востока. Скоро весна.

– Твой кофе, – перед носом оказалась большая чашка. – Пирог подам через пару минут, и…

– И кусок с собой, – напомнил Реджи. – Не смогу зайти вечером, но съем перед сном, после боя.

– Я заверну его в особую бумагу, – пообещала владелица маленькой забегаловки, чудом выжившей среди популярных баров, фешенебельных клубов и казино. – Тогда он не зачерствеет.

Усевшись за столик в углу и стараясь не обращать внимания на то, как зашептались мужчина и женщина у окна, Реджи склонился над чашкой, вдохнул насыщенный пар, потер нос. Отставив кофе, он подпер рукой подбородок и устремил взгляд сквозь поцарапанное стекло – на залитую солнцем улицу, где прогуливался Дюк.

Реджи по-прежнему не отпускали без охраны, и на то было три причины. Первая – самая очевидная: Дюпон опасался, что в один прекрасный день легионер, невзирая на ошейник, может попытаться сбежать. Вторая заключалась в представителях НКР, отирающихся в клубе и окрестностях. А третья самому Реджи казалась немного глупой, но Дюпону – куда более весомой.

Еще и месяца не прошло с того вечера, когда у самого входа в клуб Реджи сцепился с тремя подвыпившими незнакомцами. В позднее время вокруг не было ни местной публики, ни формы НКР, а внутри стояла духота. Хотелось сделать глоток свежего воздуха, и Арчер, задержавшийся в вестибюле с женщиной-администратором, лишь махнул рукой, когда Реджи спросил, можно ли ему выйти одному.

С троицей он столкнулся в дверях. Кого-то задел плечом, тихо ругнулся, а затем протиснулся наружу и едва успел глубоко вдохнуть, как его окликнули. Сплюнули под ноги, толкнули к расписанной граффити стене. Почти сразу стало ясно, что здесь нет ни личного, ни политики: просто трое любителей выпить и рискнуть.

К тому времени как, привлеченная дракой, наружу высыпала охрана вместе с не на шутку перепуганным Арчером, двое уже валялись на земле. По бетонному настилу было размазано красно-белое крошево, а Реджи из десятимиллиметрового ствола целился в третьего, сползающего по стене со свернутой набок челюстью. Пистолет гулял в судорожно сжатых руках, и Арчер испачкал пальцы, когда очень деликатно, почти не дыша, его забирал. Без бинтов Реджи здорово поцарапался – в щадящих условиях кожа постепенно утрачивала годами набиваемую защиту.

Позже выяснилось, что это были парни из местной банды Райта, и Дюпону стоило немалых усилий утрясти все дела с их боссами. Вроде бы даже пришлось заплатить за ущерб. Реджи заявил, что это несправедливо, ведь начали именно они. Дюпон заверил, что далеко не всегда подобные дела улаживаются по справедливости.

В дальнейшем Реджи и за порог клуба не позволяли выйти без хотя бы одного вооруженного телохранителя. Но к счастью, они не везде таскались за ним по пятам. Иногда давали возможность просто посидеть в одиночестве, насладиться свежим пирогом и предвкушением весны.