Страница 329 из 345
- Ты уверен, Канкуро? – спросил Гаара, рассматривая всплывшую в чашке чаинку.
- Я случайно услышал сегодня их разговор на кухне, – ответил тот, стянув колпак кукольника и взъерошив волосы на затылке.
- Проблематично, – вздохнул Нара. – Конечно, родители Ино её поддержат, да и Хана и Цуме-сан наверняка не останутся в стороне. Но это всё-таки ребёнок… Вот почему она так часто стала ходить к Куренай в последние дни.
- Я собираюсь сделать ей предложение, – проговорил Канкуро. – Отото, ты можешь начинать ревновать.
- Кан! – воскликнула Темари.
- Что ж ты кричишь? – шикнул кукольник. – Разбудишь Куротсучи, и нам придётся рассказывать ей про пестики и тычинки.
- Ты правда собираешься жениться? – уже тише спросила Темари.
- А у меня есть выбор? – ответил Канкуро, вскинув взгляд. – Так уж вышло, что я её люблю.
- Но ведь ребёнок… – Темари осеклась.
- Если мужчина любит женщину, то он любит и её детей, чьи бы они ни были, – твёрдо произнёс кукольник. – Этому меня научил Сасори.
- Кан… – вздохнула Темари, поднявшись и положив руки ему на плечи.
- Я всё решил, сестрёнка, – Канкуро сжал одну из её ладоней.
- Завтра я поговорю с Иноичи-саном, – проговорил Гаара, высвобождая руку из плена пускавшей во сне слюни Куротсучи. – И, вероятно, нужно будет согласие Инудзука, потому что ребёнок, возможно, будет владеть клановыми техниками.
- Главное теперь, чтобы согласилась она, – вздохнул Канкуро.
====== Глава 89. Точки над i ======
Суйгецу шёл по улицам Конохи быстрым шагом, таща за руку Карин. Девица отчаянно упиралась, но мечник был всё-таки сильнее и упорно тянул её на буксире. Остановившись не доходя немного до палаточного лагеря, он резко развернулся, Карин с размаху влетела в него, уткнувшись носом в кадык.
- Ксо! – выругался Суйгецу сквозь стиснутые зубы, оттолкнув её легонько. – Слушай меня внимательно, детка. Мы сейчас пойдём к Мидзукагэ. Я буду говорить, ты – молчать, потупив глазки. Это понятно?
- Ты мне не начальник, нечего командовать, – Карин выдернула руку из его цепких пальцев и с досадой потёрла запястье.
- Может, и не начальник, но лучше меня послушаться, – он хищно прищурился. – Ты ведь слышала, что Хару-чан сказала про Совет. Ты понимаешь, о чём я говорю? – Хозуки заглянул ей в глаза, Карин кивнула. – Какое счастье! Нукенинов, вроде нас с тобой, будут отпускать на поруки, – он нервно огляделся. – А теперь напряги извилины и подумай, кто станет поручаться за тебя?
Карин надула губы, размышляя над неприятным вопросом.
- Вот именно, – он кивнул, – надо устроить тебе поручительство.
- Почему ты считаешь, что никто не возьмёт меня на поруки?
- Предложи? – Суйгецу упёр руку в бок.
- Саске, – высокомерно заявила Карин.
- Он сам тут на птичьих правах, – парировал Суйгецу. – Но у него всё схвачено: Наруто, этот жизнерадостный болван, за него хоть в огонь, хоть в воду.
- А тебя-то кто возьмёт? – поразмыслив ещё мгновение, подбоченилась Карин.
- Ты же сама слышала, Мидзукагэ спит и видит возрождение Семи Мечников Киригакурэ. Тут я как раз буду очень к стати, – Хозуки машинально завёл руку за спину, чтобы погладить меч, но, не солона хлебавши, вернул руку на место. – Ведь я был в кадровом резерве, тренировался вместе с Харукой и Чоджуро.
- И ты собираешься согласиться? – фыркнула девица, сдвинула оправу на кончик носа и смерила его презрительным взглядом поверх очков.
- Вообще-то да, – Хозуки передразнил её манипуляции с очками, – я, знаешь ли, ещё молод, пожить хочется.
- Причём тут я? – Карин скрестила руки на груди.
- А при том, что я попробую выторговать поручительство и для тебя, – Хозуки неопределённо зыркнул на неё. – Только если ты будешь визжать и возникать всё время, то вряд ли кто-то согласится. Поэтому молчи в тряпочку и делай невинные глазки. Будут задавать вопросы – вали всё на Орочимару. Он мёртвый, ему всё равно, – он развернулся и, снова схватив её за запястье, пошёл дальше, слегка увеличив темп, ведь сопротивления со стороны Карин уже не было.
Палатка была такой же, как и все остальные в лагере. Разве что была торжественно украшена знаком Кири, и у порога стоял Чоджуро.
- Здорово, Чоджуро-старина! – буднично поприветствовал Суйгецу. – Мэй-сама у себя?
- Да, только что ушёл врач после осмотра, – парень нахмурился, опасливо заглядывая за спину Хозуки, где, сверкая очками, нерешительно переминалась с ноги на ногу Карин.
- Это со мной, – буркнул Суйгецу, кивком указав на спутницу. – Разрешишь нам войти? Есть важный разговор.
- Вообще-то Мэй-сама не велела её беспокоить, она собиралась отдохнуть, – Чоджуро поправил очки и кашлянул. – Она ещё не до конца оправилась.
- Слушай, – Хозуки доверительно приобнял паренька за плечи, – мы совсем ненадолго. Решим один ма-аленький вопросик – и сразу уйдем.
- Ну не знаю, – Чоджуро замялся.
- Ладно тебе, – пробормотал нукенин, – по старой памяти. Очень прошу.
Чоджуро сосредоточенно насупился и несколько раз вздохнул, потом потёр лоб и кивнул.
- Только оружие сдайте.
- Да у нас нет ничего, – просиял Суйгецу, – меч-то мой верником у Мидзукагэ уже. А это, – он вскинул руки, обнажая тыльную сторону запястий, на которых красовались бордовые печати, – не позволяет нам использовать чакру. Сам ведь знаешь.
Паренёк снова кивнул и указал жестом на брезентовые шторы, служившие входом в палатку.
Внутри было темновато, видимо, в надежде подремать Мидзукагэ выключила весь свет и закрыла шторы.
- Кто здесь? Это ты, Чоджуро? – высокий встревоженный голос Мидзукагэ послышался из дальнего угла.
- Хозуки Суйгецу, – анонсировал нукенин. – Вы позволите на пару слов, Мэй-сама?
- Вообще-то я планировала отдохнуть, – голос стал спокойнее, – но хорошо, проходи, Суйгецу.
Хозуки сделал пару шагов вперёд, выпустив руку Карин, которая осталась стоять у входа, как и велел мечник, скромно потупив глазки. Зажглась лампа, мягко осветив брезентовые стены. Мидзукагэ, в свободной юкате, служившей ей домашним нарядом, присела в деревянное кресло и жестом подозвала Суйгецу ближе. Тот подошёл и поклонился.
- Как Ваше самочувствие, Мэй-сама?
- Сносно, – благосклонно улыбнулась женщина. – Врачи говорят, что полное выздоровление – вопрос пары-тройки дней. Ну а восстановление во многом зависит от правильного питания и распорядка дня.
- Рад это слышать, Мидзукагэ-сама, – Суйгецу снова поклонился.
Карин еле сдержалась, чтобы не фыркнуть: вежливый и внимательный Хозуки Суйгецу, где это видано?
- Ты хотел что-то обсудить? Кто это с тобой? – Зелёные глаза Мидзукагэ впились в смирно стоящую у дверей Карин.
- Это Удзумаки Карин. Она тоже долгое время была у Орочимару, – расплывчато пояснил Суйгецу.
- Тоже жертва экспериментов этого сумасшедшего? – в голосе Мэй появились сочувственные нотки.
- В какой-то степени, – Суйгецу пожал плечами. – Я беседовал с Харукой сегодня, она сказала, что Вы планируете восстановить мечников.
- Всё так, – Мидзукагэ кивнула, – и очень надеюсь, что ты присоединишься. Мы планируем поручиться за тебя на Совете. Не могу допустить, чтобы последний из клана Хозуки провёл остаток жизни в тюрьме. Ты вернёшься в Кири, возобновишь тренировки. Всё будет, как прежде, – она встала и достала из узкого шкафа меч, – ты будешь работать с Кубикирибочо, – Мэй улыбнулась, заметив вспыхнувшие глаза Суйгецу и то, как он с готовностью принял меч из её рук, слегка улыбнувшись и осматривая лезвие восхищённым взглядом.
- Я с радостью вернусь в Кири, Мэй-сама, – он провёл ладонью по гладкой поверхности меча, затем отвёл глаза. – Только у меня будет небольшое условие.
- Условие? – брови Мидзукагэ сошлись на переносице. – Мне думается, что нукенин не может ставить условия Кагэ.
- Это совсем маленькое условие, – Суйгецу вздохнул, – но без него я не могу согласиться на Ваше щедрое предложение.
- Какое? – Мидзукагэ сделала несколько раздражённых шагов от одной стены палатки до другой.