Страница 321 из 345
- Не узнаю тебя, старушка, – обеспокоенно нахмурился Джирайя. – Где же твой запал и настрой?
- Я устала, – тихо проговорила она, отвернувшись к закрытому жалюзи окну.
- Мы все устали, – кивнул Джирайя, вздохнув. – Но тебе придётся ещё немного потерпеть, дорогая. Кроме тебя сейчас никто не сможет принять на себя управление Деревней.
- Думаешь, нет шансов свалить это на Какаши? – спросила Цунадэ, и Джирайя усмехнулся, услышав по-детски искреннюю надежду в её голосе.
- Нет, – вздохнул он. – Придётся подождать, пока Наруто наберётся уму-разуму и не станет хоть отдалённо напоминать Хокагэ.
- А что Наруто? – вдруг оживилась Цунадэ. – С ним всё в порядке?
- Неужели тебе ничего не рассказали? – изумился Отшельник, недоверчиво прищурив глаза.
- Не успели, – призналась Цунадэ. – Как только я поняла, что… что чакра ещё не восстановилась, сразу же выгнала всех вон…
- И до меня никто не осмелился войти? – расплылся в улыбке Джирайя. – Похоже, даже медицинский осмотр решили отложить, – хохотнул он, бросив взгляд на плотно закрытую дверь палаты. Знаешь, дорогая, предлагаю тебе сделку: ты разрешаешь им тебя обследовать, а я расскажу тебе всё самое интересненькое, как сказал бы Какаши.
- Это шантаж, – с некоторой укоризной проговорила Цунадэ.
- Согласен, – кивнул Отшельник, – но другие способы на тебя не действуют, так что, если хочешь услышать мой рассказ, а ты знаешь, что рассказчик я хоть куда, тебе придётся пообещать, что разрешишь сюда войти Сакуре и Шизунэ.
- Хорошо.
- Вот и умница! – обрадовался Джирайя. – Так, про Наруто. Сегодня с утра его выписали, и он сразу начал дебоширить, – покачал головой Джирайя. – Сперва чуть не подрался с Учихой, потом заявился в мой кабинет… то есть в твой кабинет… и заявил, что этого самого Учиху я должен немедленно освободить.
- Учиху Саске? – уточнила Цунадэ.
- Да, – подтвердил Джирайя. – Какаши оказался прав – Саске всё-таки играл на нашей стороне и действительно передавал информацию через Саюри. Но вот чего Какаши не знал, так это то, что Саске был не один.
- Суйгецу и Карин тоже были с ним?
- Были, но я имею в виду не их, они как раз стали союзниками Альянса в силу обстоятельств. А вот Учиха Итачи и Якуши Кабуто…
- Учиха Итачи? – перебила Цунадэ, устраиваясь на подушках повыше. – Но ведь Саске убил его.
- Старшего Учиху спасла Саюри.
- Я ни черта не понимаю, – тряхнула головой Цунадэ.
- Поверь, я знаю не намного больше, – удручённо вздохнул Джирайя. – Я не успел подробно обсудить этот вопрос с Саюри, но если в общих чертах, то ещё до моей встречи с Пейном, она приютила на своей ферме Якуши Кабуто, а почти сразу после того, как в её руки перешла сеть информаторов, они общими усилиями спасли Итачи.
- Но мне казалось, что Саюри прилагала немало усилий, чтобы держаться от шиноби подальше, разве нет?
- Ну да, и в итоге оказалась в эпицентре событий, приютив в доме двух нукенинов, – проговорил Джирайя, потерев подбородок. – Такая вот ирония. В любом случае, нам это на руку – в итоге на нашей стороне было два дополнительных Шарингана и весьма талантливый ниндзя-медик.
- И где сейчас Саске? – проговорила Цунадэ после некоторого молчания и, поймав вопросительный взгляд Джирайи, пояснила ход своих мыслей: – Ты сказал, что Наруто требовал освободить Саске. Он под стражей?
- Нет, – замотал головой тот. – Нукенины ограничены в использовании чакры и находятся под постоянным наблюдением, но по территории Конохи могут передвигаться свободно.
- Разве они представляют угрозу? Ты говорил, что Шаринганы были на нашей стороне.
- Это вынужденная мера, – вздохнул Джирайя. – Мы пока не знаем, чего от них ждать. Я бы, конечно, их освободил, но если вдруг что-то пойдёт не так, то виноватым назначат меня. Заниматься ими постоянно я не могу, и так дел невпроворот. Пусть их судьбу решают на Совете Кагэ, выслушав все за и против.
- Разумно, – обдумав высказанную идею, согласилась Цунадэ. – И что нукенины согласились на это?
- Ну, сложнее всего было с Якуши, он ведь активно работает в госпитале, лечит самых тяжёлых. И чакру ему приходится использовать постоянно. А с Саске, Суйгецу и Карин почти не было проблем.
- Хорошо, – кивнула Цунадэ. – Почему ты замолчал? Заканчивай свой рассказ, – её голос был полон интереса и энергии.
- Заканчивай? – возмутился Отшельник. – Всё ведь только начинается, старушка.
- Тогда рассказывай дальше!
- Прости, дорогая, но мне пора, – вскочил и засобирался тот. – Мне ещё надо успеть с Гаарой поболтать немного, он просил заглянуть после вечернего обхода.
- Джирайя! – возмутилась Цунадэ, когда тот был уже возле двери. – Вернись сейчас же!
- Э, нет! – лукаво прищурился Джирайя. – Теперь твоя очередь выполнять обещания. Я позову Сакуру и Шизунэ! Будь зайчиком, не буянь! – Отшельник успел вовремя скрыться за дверью, о которую уже в следующую секунду разбился стакан с водой.
====== Глава 87. Тёмная сторона ======
Кабуто неслышно вошёл в палату Итачи, сразу прошёл к окну, распахнул створки, чтобы проветрить палату, и остановился возле дремавшей в гостевом кресле Саюри. На доли секунды он перенёсся на несколько месяцев назад, на маленькую тихую ферму в Стране Рек, где Саюри точно так же сидела в кресле возле постели Итачи, целыми днями развлекала его беседой. А по вечерам заваривала чай с мятой, и они с Кабуто пили его вместе на веранде, разговаривая до глубокой ночи обо всём на свете. Насколько мало Кабуто хотел помнить из всей его предыдущей жизни, настолько сильно желал запечатлеть в памяти каждый день проведённый на ферме, каждый их разговор, каждое чаепитие. Ферма была маленьким забытым уголком, который Кабуто бережно хранил в душе, как самое сокровенное, и куда нестерпимо хотел когда-нибудь вернуться.
Сейчас она представлялась бесконечно далёким оазисом, который каким-то волшебным образом оказался в стороне от всего этого переполоха. Хотя Кабуто и понимал, что это просто иллюзия, такие масштабные события не могли обойти ферму стороной. Подтверждения этому Саюри получала ежедневно в письмах-отчётах от Мамору. Исписанные аккуратным почерком управляющего свитки сообщали о тревожных настроениях в соседних поселениях. К последним двум принесённым Паккуном посланиям были приложены небольшие записки от Амаи, пронизанные беспокойством и грустью. Именно после получения первой из них Саюри стихийно засобиралась на ферму. Кабуто поймал её с дорожной сумкой в руках около полуночи при выходе из госпиталя и заставил отложить поездку до утра. Девушка согласилась, однако остаток ночи Якуши потратил на то, чтобы убедить её не уезжать. Сделать это ему удалось так ненавязчиво, что ближе к рассвету Саюри заварила свежий чайник и убедительно выложила Кабуто его же собственные аргументы против поездки. Ведь рядом с Мией и Мамору Амая окружена заботой и находится в полной безопасности, а здесь, в Конохе, они с Кабуто сейчас нужнее. Ирьёнин цедил чай с мятой, кивал и думал о том, что на самом деле Саюри не хотела уезжать из Конохи. По крайней мере, до тех пор, пока не убедится в том, что с Какаши и Итачи всё в порядке.
Вздохнув, Кабуто перевёл взгляд на монитор сердечного ритма, зажав зубами фонарик, занёс показания приборов в висевшую в ногах кровати карту, отключил от катетера закончившуюся капельницу.
- Что? – завозилась в кресле Саюри. – Что случилась? – обеспокоенно пробормотала она, бросив встревоженный взгляд сперва на Якуши, затем на неподвижного Итачи.
- Вечерний обход. – Кабуто выпрямился, щёлкнул кнопкой, погрузив комнату в полумрак, и спрятал фонарик в нагрудный карман больничной формы. – Без изменений, – тут же добавил он, предугадав её следующий вопрос.
- Понятно, – протянула Саюри, разом расслабившись, разочарованно вздохнув и размяв затекшую шею.
- Если ты и дальше будешь спать сидя, заработаешь шейный остеохондроз, – проговорил Кабуто, наблюдая, как Саюри морщится, медленно склоняя голову то к одному, то к другому плечу до характерного хруста.