Страница 7 из 12
Выбор же спокойствия и стабильности приводит к отказу от развития и в итоге к отчуждению от самого себя, принятию ложного представления о себе. И тогда неизбежно оказываешься перед закрытыми воротами своей жизни, как герой притчи Кафки. Ибо цена спокойствия – психологическая смерть.
Быть собой – значит быть живым, рисковать, делать выбор, встречаться с собой подлинным, со своими желаниями, потребностями, чувствами и неизбежно сталкиваться с тревогой неопределенности. Быть собой – значит отказываться от фальшивых образов, снимать с себя, как с луковицы, слой за слоем не-себя.
Так случается, что, находясь в ситуации выбора, мы неизбежно встречаемся с выбором между собой и другими. Поскольку выбор себя нередко предполагает отвержение другого, то сама процедура выбора для человека часто становится крайне мучительной.
И здесь бы не скатиться в крайности, так как за них придется заплатить высокую цену. Цена альтруизма (выбор другого) – отказ от себя. Стремление быть всегда для всех хорошим – предательство себя, психологическая смерть, а нередко и физическая в результате болезней. Цена эгоизма (выбор себя) – он нередко приводит к одиночеству… Далеко не всегда в этом выборе между собой и другими человек выбирает себя.
Тем не менее нередко человек, подобно герою притчи, вынужден делать выбор не в пользу себя и своего жизненного пути.
Что же это за цена, ради которой человек готов отказаться от себя?
Эта цена – любовь. Величайшая человеческая потребность – потребность быть любимым. Взрослые – кто осознанно, а кто интуитивно – знают об этом и пользуются этим знанием, воспитывая своих детей. «Будь таким, как я хочу, и я тебя буду любить» – вот нехитрая, но действенная формула, провоцирующая в ребенке отказ от своего Я.
В дальнейшем потребность в любви от другого трансформируется в социальные потребности – в признании, уважении, принадлежности и многие другие («Откажись от себя, и ты будешь наш, мы признаем, что ты – это ты!»).
В одном из моих любимых фильмов «Тот самый Мюнхгаузен» Марка Захарова и Григория Горина выбор для героя (барона Мюнхгаузена) между собой и другими – это выбор между жизнью и смертью. Смертью не физической, а социальной, психологической. Все окружение барона упорно не хочет признавать его уникальности, пытается сделать его таким, как они сами.
«Присоединяйтесь, барон!» – настойчиво звучат их голоса: станьте одним из нас.
«Присоединяйтесь, барон!» Это значит: откажитесь от своих убеждений, от того, во что вы верите, соврите, откажитесь от себя, предайте себя! Вот цена социального принятия и социального комфорта для нашего героя!
Однажды барон Мюнхгаузен уже отказался от себя, попрощался со своей прошлой безумной жизнью и стал обыкновенным садовником по фамилии Миллер.
«– Откуда такая фамилия? – удивился Томас.
– Самая обыкновенная. В Германии иметь фамилию Миллер – все равно что не иметь никакой».
Так символично автор текста передал идею отказа от себя, потери себя.
Психологическая смерть как отказ от себя
Потеря себя приводит к психологической смерти при сохранении жизни физической. По каким критериям можно судить о психологической смерти?
Маркеры психологической смерти:
• депрессия;
• апатия;
• скука.
Маркерами психологической жизни, в свою очередь, являются:
• креативность;
• юмор;
• сомнения;
• радость.
Что приводит к отказу от себя и в итоге к психологической смерти?
Это ряд социальных посланий, оценочных по своей сути и предполагающих отказ от себя. «Не выпячивайся!», «Будь как все!», «Будь таким, каким я хочу!», «Соответствуй роли, статусу, положению» – вот лишь некоторые из них.
Когда человек получает такого рода послания, ему бывает непросто отстоять свою подлинность. Отказ от борьбы ведет к отчуждению от себя и принятию ложного представления о себе. Нерешенная человеком в свое время задача психологического рождения неизбежно накладывается на следующий кризис – подростковый, середины жизни… Так откладывается встреча со своим подлинным Я, иногда надолго, а иногда и навсегда.
Кроме рассмотренных выше социальных посланий есть ряд чувств, которые не позволяют человеку встречаться с самим собой.
Эти чувства уже упоминались в главе «Зоны жизни, или Узники сознания. Ловушки сознания» как эмоциональные механизмы ограничения сознания. Вот они:
• страх;
• стыд;
• вина.
Вышеперечисленные чувства приводят к отказу от себя лишь в том случае, когда они имеют невротическую природу и становятся токсическими для человека. И страх, и стыд, и вина могут выступать мотиваторами восстановления психической жизни, если имеют природу экзистенциальную. К примеру, страх за непрожитую жизнь, вина за упущенные возможности.
Более подробно хочу остановиться на экзистенциальной вине. Экзистенциальная вина – вина перед самим собой за неиспользованные в прошлом возможности. Сожаление об упущенном времени… Боль от непроизнесенных слов, от невыраженных чувств, возникающая, когда уже поздно… Нерожденные дети… Невыбранная работа… Неиспользованный шанс… Непрожитая жизнь. Экзистенциальная вина – это ощущение предательства самого себя. И от этой боли мы тоже можем прятаться, загружая себя ненужными делами, серьезными проектами, сильными отвлекающими чувствами…
С другой стороны, есть чувства, реанимирующие собственное Я и подталкивающие человека к поиску своей тождественности.
Чувства, которые восстанавливают процесс психологической жизни:
• удивление;
• злость;
• отвращение.
И еще любопытство. Любопытство позволяет преодолевать страх. Вся наша жизнь протекает между полюсами страха и любопытства. Побеждает любопытство – побеждают развитие, жизнь; побеждает страх – побеждают застой и психологическая смерть.
Ценности как стержень подлинного Я
В поисках себя подлинного хорошо помогает осознание своих ценностей, именно они являются стержнем нашего Я.
Однако ценность чего-либо (кого-либо) бывает легче опознать тогда, когда это нечто потеряешь. Потеря чего-то ценного для человека субъективно переживается им как сожаление. Наиболее отчетливо иерархия ценностей выстраивается в предельных ситуациях, главной из которых является встреча человека со смертью.
Интересными в этом плане представляются наблюдения женщины, которая много лет работала в хосписе. В ее обязанности входило облегчение состояния умирающих пациентов, с кем она проводила последние дни и часы. Она составила список основных сожалений людей, подошедших к самому краю жизни, которым оставалось жить считанные дни, а может, даже часы. Вот они.
1. Я сожалею, что у меня не было смелости, чтобы жить жизнью, правильной именно для меня, а не жизнью, которую ожидали от меня другие.
2. Мне жаль, что я так много работал.
3. Мне жаль, что у меня не было смелости выразить свои чувства.
4. Мне жаль, что я не поддерживал отношения со своими друзьями.
5. Мне жаль, что я не позволил себе быть более счастливым.
Опыт людей, приблизившись вплотную к смерти, позволяет нам увидеть подлинные человеческие ценности для того, чтобы не пройти мимо них в своей жизни.
Что делать? Терапевтические размышления
Важным моментом встречи с собой является осознавание, принятие и признание важности и нужности непринимаемых и часто отрицаемых «плохих» чувств, таких как злость (агрессия) и отвращение. Тем не менее эти чувства очень важны для человека. Наличие этих чувств позволяет ему встретиться со своими границами и отстоять их. Отвращение здесь выступает в качестве тестирования чего-то неподходящего, «невкусного», и его появление свидетельствует о возвращении чувствительности. Агрессия же позволяет распознавать факты нарушения собственных психологических границ и дает возможность их защитить.