Страница 26 из 34
— Честно говоря, я прочитала только начало и конец вашей книги, — смущённо призналась Алиса.
— Пока этого вполне достаточно. Твоя нынешняя и последняя история продолжается. А мой план должен пройти корректировку.
— Что вы подразумеваете под моей последней историей? — спросила девочка. — И что это за план, о котором вы постоянно упоминаете?
— Как ты знаешь, Льюис Кэрролл выдумал тебя, — ответила Шворондинглер. — Ты читала "Алису в стране чудес" и "Алису в Зазеркалье"?
— Да... То есть, частично.
— Прекрасный ответ! Потому что ты частично прошла уже больше половины пути!
— Пути куда?
— В то место, где ты перестанешь быть "вымышленной Алисой". Неужели ты не понимаешь меня?
— Я попробую понять. Но сейчас, профессор Шворондинглер, мне очень хочется вернуться домой.
— Конечно, хочется. Это так похоже на тебя. Основная черта, которую Льюис Кэрролл ввёл мелкими штрихами в твой персонаж.
— Но я не только выдумка Льюиса Кэрролла! Я ещё и реальная девочка!
— Алиса, ты являешься совокупностью реальной, воображаемой и автоматической сфер. Твою реальную персону зовут Алисой Лидделл. Твоя нереальная персона называется Алисой в Стране чудес. Твоя нунреальная персона зовётся Салией или Целией Хобарт.
— Я не знала, что у Салии имеется второе имя, — сказала Алиса.
— Я тоже не знала! — проскрипела кукла (причём, с заметной гордостью). — Скажите, профессор, что означает слово нунреальная?
— Нунреальность — это моё недавнее изобретение, — ответила человорона. — Место, где всё происходит на полпути между реальностью и вымыслом. Я придумала его из-за возросшей популяции терботов — для таких существ, как Автоматическая Алиса. Здесь не важно, реальная ты или нереальная. Сначала нужно ответить на главный вопрос: существует ли искусственный интеллект? Другими словами, вопрос заключается в том, можно ли считать живым механическое существо?
— Хм! — ответила Салиа. — Лично я чувствую себя вполне живой.
— Вот именно! Ты, Автоматическая Алиса, чувствуешь себя живой. Следовательно, ты живая и находишься в гармонии с собой. Поэтому для таких, как ты, я изобрела состояние нунреальности. С другого крыла, реальный человек находится ни там и ни здесь. (С этими словами старая профессорша указала на Алису поредевшими растопыренными перьями.) Маленькая девочка не знает, насколько она реальна. Алиса понимает, что может оказаться простым персонажем в последней истории, созревшей в голове мистера Льюиса Кэрролла. Как вам известно, в преклонном возрасте он написал свою финальную книгу, "Автоматическую Алису", в которой перенёс реальную Алису в нынешнее будущее — то есть, в 1998 год! В этом произведении автор счёл нужным свести её с профессором Шворондинглер! Кварк! Кварк! Ах, как я тронута!
Алиса решила, что ситуация выходит из-под контроля.
— Профессор, — перебила она, — вы не могли бы рассказать, как нам вернуться в прошлое? И как мне успеть на двухчасовой урок по грамматике?
— Кварк! Алиса, ты ела в то утро редиску? Скажи, моя догадка верна?
— Да, я съела ложечку редисочного джема, — ответила девочка.
— Это не важно: в виде джема или просто так. Ты попала в будущее, отведав реверсные диски времени! Или, вкратце, редиски времени! Они наполнены хворононами.
— О чём вы говорите? Какие ещё хворононы?
— Кварк, кварк! — ответила человорона.
Алиса вдруг вспомнила текст, прочитанный на форзаце тома "О реальности и реалистичности"
— Профессор Шворондинглер, вы случайно не ищите своего кота? — спросила она.
— Можешь не сомневаться. Ещё как ищу! Я за ним охочусь! Интересно, куда запропастился этот несносный разбойник? Кварк!
Шворондинглер начала осматривать лабораторию, подныривая под изогнутыми трубками научного оборудования и блуждая в тумане зловонных газов, которые вырывались из плюющихся колб. Наконец, она добралась до задней стенки деревянного ящика и помахала куском сырой свинины.
— Кис-кис, котёночек. Пора обедать, мой маленький Кварк!
Алиса удивилась, что ворона содержит кота, как домашнее животное. Но она не стала говорить об этом.
— Почему вы назвали его Кварком? — спросила девочка.
— Кварк, — пояснила профессор, — это совокупность гипотетических элементарных частиц, которые постулируются как фундаментальные и невидимые составные части всех котионов и хворононов. Понимаешь, Алиса? Всё очень просто: каждый отдельный существующий предмет создан из крохотных частиц, и кварк является невидимым составным элементом каждого котиона и каждого хворонона. Самым странным в кварках является то, что мы, учёные, догадываемся об существовании этих частиц, но не знаем, где именно их искать!
— Это напоминает мне поведение одного знакомого попугая, — сказала Алиса.
— Кварк, кварк! — прокаркала человорона. — Иди ко мне, мой котик!
Однако котика нигде не было видно.
— Вот, почему я назвала его Кварком! — сказала профессорша. — Он всегда куда-то исчезает, а ничто не может исчезнуть быстрее, чем фундаментальная частица! Я провела эксперимент, если вы знаете. Мне хотелось изучить влияние котионов на невинных жителей Манчестера. Эксперимент вовлекал заточение моего кота в этом ящике с секретом...
Человорона постучала трубкой по крышке деревянного ящика, и изнутри послышался ещё один отчаянный призыв о помощи.
— Вы поместили своего кота в этот ящик? — проскрипела Салиа. — И что было дальше?
— Затем я запустила туда облако котионов.
— А как ведут себя котионы, попадая в какое-то пространство? — спросила Алиса.
— Эти частицы способствуют объединению различных биологических видов. Из-за них мы стали жертвами генофилии.
— Значит, это вы открыли котионы? — догадалась Алиса.
— Да, как первооткрывательница, я назвала их в честь своего кота.
— И вот откуда взялась болезнь, называемая генофилией?
— Всё верно. Гадоначальники воспользовались моим открытием и провели окотионизацию населения в национальном масштабе. Я полагаю, они надеялись превратить людей в тихих и законопослушных серых мышек. Но офигенная инженерия оказалась неточной наукой. Им не стоило выливать из бутылки такой крепкий джин. Глупые опыты змей пошли незапланированным курсом, и неудержимый поток котионов превратил людей в мешанину мутантов. Моё воронье обличие является одним из последствий преступного эксперимента. Всё это заставило меня провести новый опыт. Я поместила моего кота в экспериментальный ящик и запустила туда облако ужасных котионов.
— Наверное, ваш экспериментальный кот обмяукался и обплевался в ящике с котионами, — сказала Салиа.
— О, вы бы видели, как он мяукал и плевался! Мне хотелось найти способ, при котором котионы излечивали бы генофилию. Но злобные частицы напали на славного Кварка!
— И что случилось потом? — спросила Алиса.
— Кварк скрестился с хамелеоном.
Внезапно Алиса увидела, как что-то полупрозрачное пробежало по лабораторному столу, перепрыгивая через залежи научного оборудования. Ещё она заметила смутное подобие кошачьей улыбки, проступившей через котуфляж невидимости. Тихое жалобное "мя-я-я-у-у!!!" донеслось с того места, где пушистый невидимка опрокинул колбу.
— Кварк, Кварк! — прокричала Шворондинглер, рассерженная проступком призрачного кота.
Человорона проделала перьехватательное движение и попыталась поймать животное, но в её загнутом клюве остался лишь жалкий пучок фантомной шерсти.
— Кот-невидимка! — воскликнула Алиса, вспомнив оно из своих предыдущих приключений.
(Она даже подумать не могла, что однажды в будущем узнает научную разгадку исчезновений старого Чеширского кота!)
— Вот именно! — прокаркала ворона. — Кварк стал хамелекотом.
— Так, значит, эпидемию генофилии вызвали гадоначальники? — возвращаясь к теме, спросила Алиса.