Страница 3 из 41
— Очень трогательно, — откликнулся Даймонд. — А теперь ближе к делу.
— Как я уже пытался объяснить вам, в этом году был проведен очередной сбор. Один из участников пал в бою, и с тех пор от него ни слуху ни духу.
— Убит?
— Будь он убит, все знали бы об этом. После сражения труп наверняка обнаружили бы.
— Вы же сказали, что он пал в бою, — напомнил Даймонд.
— Да, понарошку. «Убитые» какое-то время лежат на поле, а потом снова присоединяются к сражающимся. А этот пропал. Его хватились только через два дня, когда на автостоянке заметили его машину. В багажнике нашли костюм роялиста.
— Жаль, тогда это не так интересно. Разыскивается человек в шляпе с пером — вот была бы примета!
— Он был пехотинцем. Они носили шлемы.
— Если, как вы говорите, его машину нашли, значит, уже выяснили фамилию владельца.
— Да, это Руперт Хоуп, преподаватель истории из Бристольского университета. Родители живут в Австралии. Со дня сражения они не получали от сына никаких вестей. И его коллеги по университету тоже, — заключил Уигфулл.
— А машину пытались завести? Если она не заводится, то он, помучившись с ней, мог попросить кого-нибудь подвезти его.
— От него нет вестей уже двенадцать дней.
— Представим это дело так: после сражения ребята выпили, ваш кавалер перебрал, кто-нибудь из товарищей предложил подбросить его до дома, но по пути в Бристоль они попали в аварию.
— Мы знали бы об этом.
— Подождите, это еще не все. Водитель погиб, а его пассажир выбрался из машины и побрел куда глаза глядят. Ударился головой, потерял память. Поэтому мы и не знаем, что в машине был пассажир.
— И где же он сейчас? — с усмешкой спросил Уигфулл.
— В психушке. Проверьте, не поступал ли к ним пациент, уверяющий, что он кавалер.
Как обычно, Уигфулл воспринял его слова всерьез.
На следующее утро в полицейский участок на Мэнверс-стрит зашла местная жительница с тремя грейхаундами на поводке и большой обглоданной костью в руках.
— Я законы уважаю, — сообщила мисс Хибберт дежурному, — вот и решила узнать, могу ли я оставить ее себе.
На стол к сержанту Остину попадали и более шокирующие предметы. Кость он осмотрел без особого интереса.
— А вы хотите оставить ее себе?
— Для этих бедолаг. Их спасли от усыпления. Жизнь не баловала их подарками.
— Где вы нашли эту кость, мэм?
— В Лансдауне. И решила узнать, не человеческая ли она.
— Надеюсь, нет. — Сержант Остин повертел кость в руках. Один пес встал на задние лапы и попытался отобрать свою игрушку.
— Отстань, дурень!
— Не надо его обижать, — вступилась за грейхаунда мисс Хибберт. — Он в наморднике, значит, не укусит. Лежать, Гектор.
Сержант Остин потер тыльную сторону ладони.
— А когтями все-таки задел.
— До крови оцарапал?
— Если вы правда хотите знать — да.
— Простите, он не нарочно.
— Дайте-ка взглянуть, сержант, — вмешался врач, проходивший мимо. — Прививку от столбняка вам давно делали? У меня здесь есть сыворотка…
— Пустяки, царапина, — отмахнулся сержант. — Прививка мне не нужна.
— Извините, сержант, но я вынужден настаивать, ради вашей безопасности.
— Ладно, спасибо. — Судя по голосу, никакой благодарности к врачу сержант не испытывал.
— А эта бедренная кость вам зачем? Похоже, она человеческая.
Кость отнесли в уголовный отдел и показали Питеру Даймонду.
В судебно-медицинской антропологии он был не силен, но если врач решил, что кость похожа на человеческую, оставлять такую находку без внимания не следовало. Даймонд спустился к столу дежурного, чтобы поговорить с мисс Хибберт.
— Знаете, — сказал Даймонд, выслушав посетительницу, — я не прочь вместе с вами вернуться и осмотреть место, где вы нашли эту кость.
— Если вы предлагаете мне тащиться пешком обратно, да еще в гору, придумайте что-нибудь получше.
— А как собаки ведут себя в машине?
— Как ангелы. Если не обижать их.
Устроив трех «ангелов» на заднем сиденье, Даймонд ухитрился доставить их к месту находки без особых приключений — если не считать уткнувшегося сзади в его шею мокрого носа.
Пока Даймонд запирал машину, мисс Хибберт отпустила собак, и они помчались прочь по зеленой траве. После городской сырости чистый воздух пьянил как шампанское.
— Надо бы почаще бывать на природе, — заметил Даймонд.
— Мы бываем здесь каждый день, в любую погоду. — Мисс Хибберт направилась к поваленному дубу. — Я не поняла, где именно собаки взяли эту кость, но, когда я подошла, они дрались из-за нее.
Словно по сигналу примчался Гектор и принялся рыть землю под корнями дуба. К нему присоединились остальные собаки.
— Остановите их скорее! Может, это место преступления.
Мисс Хибберт достала резиновый мячик.
— Бросьте его вниз с холма.
— Я?
— У мужчин бросок сильнее.
Он метнул мяч подальше, собаки рванули за ним, и Даймонд порадовался, видя такую прыть. Его кот Раффлс гонялся только за птицами и мышами, а если бы кто-то вздумал бросить коту мячик, бедняге пришлось бы бежать за ним самому.
Даймонд прошелся туда-сюда, глядя в землю и вспоминая разговор с Уигфуллом о пропавшем кавалере. Должно быть, реконструкторы сражались где-то здесь. Но как связана эта находка с пропавшим преподавателем Рупертом Хоупом, он понятия не имел. Желтоватая, сплошь в пятнах кость, похоже, пролежала в земле не один год.
Вернулись собаки с добычей, и Даймонд снова бросил им мячик.
— Стало быть, не видать моим песикам этой кости? — догадалась мисс Хибберт. — А если бы я не доложилась полиции, никто бы и не узнал.
— Верно, но если бы это была ваша кость или моя, разве нам захотелось бы бросать ее собакам — даже таким симпатягам, как Гектор?
Мисс Хибберт вроде бы согласилась с собеседником, но потом спросила с надеждой:
— Как вы считаете, тут могут быть другие кости?
Даймонд вскинул обе руки:
— Нет-нет, только не позволяйте собакам снова здесь рыться!
К концу дня дерево было огорожено лентой, как место преступления, и какому-то бедняге констеблю приказали всю ночь караулить его. Наутро криминалист-антрополог подтвердил, что кость человеческая, принадлежала взрослой особи среднего роста. Теоретически по единственной кости можно было установить пол ее владельца, возраст на момент смерти, этническую принадлежность и давность смерти.
Даймонд вернулся в Лансдаун с двумя подчиненными — констеблем Ингеборг Смит и инспектором Китом Холлиуэллом — и стал наблюдать, как эксперты-криминалисты в белом облачении кропотливо просеивают землю под корнями. Он объяснил коллегам, какую информацию антрополог сможет извлечь из единственной кости.
— Прежде всего нужно определить, сколько времени прошло с момента смерти. Для этого достаточно радиоуглеродного анализа.
— Думаете, она древняя? — спросил Холлиуэлл.
— Уж конечно, не свежая. Триста или четыреста лет назад здесь проходило знаменитое сражение.
— А задолго до этого здесь были поселения железного века, — вмешалась Ингеборг. — Может, этой кости вообще две тысячи лет.
Раскопки продвигались медленно. Только через час руководитель группы криминалистов Даккетт объявил, что они добрались до более плотного слоя почвы.
— Слой, который мы только что убрали, был настолько рыхлым, словно его перекапывали в последние несколько недель.
— Например, собаки мисс Хибберт?
— Здесь поработали не только животные.
Работа возобновилась. Через несколько минут из раскопа послышался возглас: «Тут что-то есть!» Женщина-криминалист сметала кистью землю с какого-то светлого предмета.
— Еще кость? — спросил Даймонд. — Вытаскивайте скорее!
Даккетт смерил его возмущенным взглядом:
— Если не возражаете, инспектор, мы будем действовать по инструкции, оставляя находки на месте их обнаружения.