Страница 141 из 167
– Здорово, курсант, – говорит. – Как бы дождик нынче не собрался…
И после этих слов сознание мое покинул Бойцовый Кот Гаг, лихой курсант, парень хороший, но глуповатый, и снова я стал самим собой – полковником контрразведки Гигоном, нас– ледным герцогом Алайским.
2
Доклад у меня был подробный и обстоятельный. Я чертил графики, составлял списки, рисовал схемы и карты. Время от времени Одноглазый Лис включал во мне Гага и расспрашивал о том, что Бойцовый Кот видел в доме Корнея Яшмаа, с кем встречался и каким разговорам был слушателем. Снова став полковником Гигоном, я слушал записи рассказов Гага и в ко– торый раз удивлялся, что у нас с ним совершенно разные голо– са. Все-таки хороша эта система – двое в одном. Котяру, как видно, принимали за полного болвана (полным-то болваном он как раз не был), и обсуждали при нем совершенно серьезные вещи, смысл которых мог понять только полковник Гигон.
Вот господин Корней открывает Гагу глаза на скотскую сущность правящей алайской династии, вот он показывает ему донесения земных агентов… Многих из них мы уже засекли, но еще парочка имен не помешает. Брать нужно всех, всех до од– ного. Только их же и в Империи полным-полно, генерал, вот у меня и на Империю список, но как мы их там-то будем искать?
– Не беспокойтесь, ваше высочество, – сказал Одноглазый Лис и закурил вонючую самокрутку. – По проблеме вторжения мы давно и успешно сотрудничаем с имперской службой безопаснос– ти. Вам я этого, простите, не сообщал.
У меня перехватило горло. В то время как два государс– тва несколько лет яростно терзали друг друга, их разведки, оказывается… Да еще без моего ведома… Я хотел тут же вызвать расстрельную команду, но передумал. И неизвестно еще, кому подчиняется нынче расстрельная команда. Поэтому я сказал только:
– Хорошо, господин генерал. И давайте так: до коронации я для вас никакое не высочество, а полковник Гигон, подчи– ненный вам по службе. Так нам обоим будет легче.
Действительно, стало легче. Мы перебрасывали друг другу через стол листочки с именами и приводили их в систему.
– Баругга, сержант военно-архивной службы, он же Семен– ков Густав Адольфович…
– Регистратор мэрии Гинга, он же Михельсон Карл Ивано– вич…
– Госпожа Гион, супруга коменданта дворца – ого! – она же Ольга Сергеевна Кулько… Ну, эти у меня всегда под ру– кой.
– Полковник шифровальной службы Крэгг, он же Игорь Сте– панович Шелдон…
– Старший наставник школы Стервятников Генуг, он же Виктор Жанович Пшездецкий…
Много, много их было – тех, что именовали себя прогрес– сорами. Нам с генералом подали чай с бисквитами, мы поглоща– ли пищу, не видя ее, и все раскладывали и раскладывали на огромном генеральском столе проклятые карточки. Все это бы– ли, судя по рассказам Гага и редким моим встречам в доме Корнея, прекрасные, превосходные люди, искренне желавшие добра несчастной Гиганде, проделавшие для достижения этого добра огромную работу, часто грязную, часто кровавую, часто неблагодарную и безмерно опасную – знай они, конечно, все до конца. Жаль было их, но…
Мне пришла вдруг в голову шальная, невозможная мысль.
– Ваше превосходительство, не располагает ли наше… вернее, наши ведомства сведениями о людях с кожей совершенно черного цвета?
Одноглазый Лис посмотрел на меня с изумлением, и даже, кажется, нашлепка на пустой глазнице вытаращилась.
– Черного? А почему не оранжевого? Впрочем…
Он щелкнул пальцами, и откуда-то ниоткуда возник его не имеющий ни лица, ни возраста референт. Генерал прошептал ему что-то на ухо, и, не успели мы разложить очередной десяток карточек, возник снова и доложил, что да, на главном острове Архипелага Тюрю в племени Бодрствующих В Ночи занимается отправлениями языческого культа некий Ауэо по прозвищу Чер– ный Ведун, и ведун этот, по сведениям этнографов, черен, как совесть тирана.
– Этнографы, надо же, – хмыкнул генерал. – Я думал, они все в армии…
– Послать туда кого-нибудь можно? – спросил я.
– Не забывайте, полковник, что мы в подполье. Впро– чем… Да те же этнографы. Они ведь у нас и о здоровье ту– земцев пекутся, да и не они даже, а Его Алайское Высочест– во…
– Нельзя его там оставлять, – сказал я. – Хоть один ос– танется, такого натворит! Особенно этот, Вольдемар Мбонга. Он, генерал, знаете ли…
– Пока не знаю, – сказал Одноглазый Лис, заполняя кар– точку. – Возьмем в общем порядке.
Я вдруг представил себе, как Вольдемар Мбонга высажива– ется с «призрака» где-нибудь у нас в Смердящих Ключах, бре– дет по проселочной дороге и спрашивает у встреченной стару– хи, как пройти в столицу. И слышит в ответ: столица-то неда– лече, да только я, сынок, сколько лет в Алайском герцогстве живу, а негра ни разу не видела…
Потом нам подавали обед или ужин – окон-то в подземель– ях не бывает. И только тогда я решился задать свой вопрос.
– Ваше превосходительство, – сказал я. – Как погиб мой отец?
Одноглазый Лис вытер губы салфеткой, вздохнул и расска– зал как. Он не опускал никаких подробностей, как и полагает– ся разведчику. Он рассказывал не сыну, он информировал сот– рудника. Монотонным голосом, как по бумажке. Называя все ве– щи своими именами либо медицинскими терминами. Рассказ полу– чился долгим, как и агония герцога Алайского.
Я откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Мы никогда не были особенно близки с отцом – он занимался охотой, поли– тикой и войной, не одобрял моего беспорядочного чтения и за– нятий живописью, запретил встречаться с молодой баронессой Трэгг, а когда запрет был нарушен, запихал меня в разведшко– лу и громовым своим голосом наказал Одноглазому в случае че– го попросту меня расстрелять, за что господин генерал не только не понесет ответственности, но даже получит поощре– ние… А ежели юный герцог будет находиться в привилегиро– ванных по отношению к остальным курсантам условиях, то расс– трелян будет как раз сам господин генерал…
– Так, – сказал я. – А мама?
– Герцогиня выжила, – ответил генерал, и, клянусь, глаз его увлажнился. – Но вам лучше ее не видеть. Во всяком слу– чае – пока. Врач, которого вы притащили с собой – сущая на– ходка…