Страница 119 из 167
Впрочем, относительно «кончилось» я, наверное, заблуж– даюсь.
Их здесь было пятеро: Эспада, пропавший вместе со мной и почти одновременно; Вадим Дубровин, один из открывателей Саулы, – именно он развлекал общество толкованием поговорок; Вольфганг Свенссон, нуль-наладчик; Патрик Дэмпси, пилот; и Эрик Колотилинский, прогрессор, специалист по Гиганде. Все они были похищены неизвестными людьми из мест изоляции; все, как и я, когда-то исчезли в глубинах космоса, а потом неве– домыми путями оказались на Пандоре неподалеку от курорта Дю– на, голые, почти ничего не помнящие поначалу… Патрик обла– дал способностями, отдаленно напоминающими мои: в его при– сутствии у металлических проводников резко изменялось сопро– тивление; в какую сторону, зависело от того, какое у Патрика настроение. Другие ничего особенного за собой не числили – кроме того, разумеется, что дверные мембраны их – нас – не пропускали, приравнивая к пандорианской фауне. И это несмот– ря на то, что все и всяческие исследования генетического ко– да – по крайней мере, моего – ответ давали один: человек. Мембраны плевать хотели на результаты исследований…
Мы с Эспадой пропали из орбитальной станции «Ковчег». Эспада – просто из закрытого отсека, я – после того, как по– гасли звезды и станцию начало корежить и ломать. Патрик, пи– лотируя транспортный «Призрак-Дромадер», вышел из очередного прыжка в каком-то очень странном месте: в центре исполинской каменной пещеры. Судя по практическому отсутствию гравита– ции, это была внутренняя часть полого астероида. Он задал обратный курс, но началось что-то непонятное, и потом уже Патрик очутился на Пандоре. Вольфганг был одним из тех, кто весной шестьдесят седьмого пропал в нуль-кабинах: была такая загадочная полоса, причин этого не узнали, но события как-то сами собой прекратились. Вольфганг, собственно, и пытался по долгу службы разобраться с этими случаями… Вадим смутно помнил, что летел куда-то на глайдере, а потом вдруг оказал– ся в дюнах, и это можно было бы толковать как банальную ава– рию с ударением головой о более твердый предмет, да вот только летел он на Марсе, а пришел в себя на Пандоре. Самое странное исчезновение случилось у Эрика: он занимался на но– отическом тренажере именно по программе выживания в джунглях
– и долгое время был убежден, что ему составили такую вот весьма оригинальную программу…
Если резюмировать – а этим ребята занимались долго и упорно еще до моего появления (Эрик и Вольфганг находились здесь уже недели три, судя по внутренним часам), – то полу– чалась простая вещь: кто-то собирал в одном месте тех, кого прогрессоры (кстати, почему именно они?) старательно держали порознь, не позволяя им даже догадываться о существовании себе подобных. Интересно, много ли нас еще в природе вообще и на Пандоре в частности? На «Ковчеге», когда там начались чудеса, находилось одиннадцать человек…
АЛЯ
Было беспричинно и непривычно тяжело. Будто бы увеличи– лась гравитация. Икры налились тяжестью, подошвы прилипали к мягкому рифлонгу пола. Хотелось лечь в ванну, но почему-то эта мысль вызывала неясное отвращение. По отдаленной анало– гии вспоминались беременности – хотя формально ощущения были другие.
Она прогнала девчонок и осталась лежать. Сначала просто так, потом – вывела на потолок дисплей мнемониатора. Настро– илась – и начала воссоздавать то, что помнила.
Вот они подбегают: трое. Стас и Тони-Мирон. Стас смот– рит на глайдер, а Тони-Мирон одним глазом, рассеянным, смот– рят на глайдер, другим – бдительным – на Стаса. И это не позднейшие наслоения впечатлений, нет – это было замечено, а потом забыто…