Страница 21 из 37
"Вот сволочь! Трус! Ребят заставил стрелять", - подумал Коля, решительно снимая с плеча автомат.
Он стал очередью палить в ответ по густым кустам, твёрдо зная, что оттуда стреляет командир. Грязный трёхэтажный мат послышался из кустов.
-Перестань стрелять!!! Убью, - кричал командир, но Коля прекратил лишь тогда, когда первыми перестали стрелять с той стороны.
Когда установилась тишина, командир поднялся с земли и, лавируя между кустами, побежал к Коле.
-Ты меня чуть не убил! В кого стреляешь! Убью! - на перекошенное злобой лицо командира было страшно смотреть.
Подбежав к ребятам, он зло пнул ногой Сергея, отшвыривая его с дороги. Они стояли друг против друга, Коля с автоматом на прицеле и командир. Доли секунды командиру хватило понять, что Коля не струсит и продолжить стрелять, потому отбросив свой автомат в сторону, он замер перед пацаном, выжидая ответной реакции. Коля тоже бросил автомат на землю и не успел он это сделать, как разъярённый взрослый мужчина накинулся на подростка, по сути, совсем ещё мальчишку. Ребята, в белых маскировочных костюмах, словно подснежники выросли из снега и наблюдали за поединком. Коля сопротивлялся, сколько мог, но силы были слишком не равные. Избив парня, командир наконец-то остановился. Он, не раздумывая, убил бы его, но по приказу начальства разрешалось портить" товар" в допустимых рамках. На счету командира были уже ряд серьёзных предупреждений и следующего ему бы не простили, потому еле сдерживая ярость, он всё же прекратил махать кулаками. Ребята были "товаром" для базы в прямом смысле. За их жизнь и надлежащую подготовку платили большие деньги. Переведя дыхание, сплюнув кровь на снег, командир, указывая на лежащего Колю произнёс.
-Видели, что бывает с теми, кто идёт против меня. Мы любим только тех, кто с нами, кто против нас мы убиваем, - ребята в страхе переминались с ноги на ногу. -Я наблюдал кто стрелял. Шведько, Баталов, Шерстабитов - молодцы. Коновалов, а ты почему не стрелял?
-Я в человека не стреляю, - многие ребята восхитились смелостью и порядочностью Коли, но лишь Степан нашёл в себе мужество выступить против командира.
-Да?!! - командир аж поперхнулся от возмущения. - Как же ты, мать твою, собрался воевать?! Тебя же в первый день убьют, или в плен возьмут.
-Сергей не враг.
-Приказ командира - закон! - он грязно выругался. - Приказ не критикуют, не обсуждают! Его незамедлительно исполняют! Ясно! Коновалов наказан! Как придём в карцер! - сжатые кулаки командира с трудом сдержали ярость порыва избить, понимая, что если он изобьёт и Степана, то это уже будет явный перебор. ... -Группа стройся, - скомандовал командир, поднимая свой автомат. Кто-то из услужливых подвёз ему лыжи. И вскоре встав на лыжи, группа во главе с командиром, двинулась в обратный путь.
Избитый Коля и нашпигованный дробью Сергей остались на холме. Двадцать минут понадобилось Коле, чтобы подняться. Темнело рано, мороз крепчал, и остаться на ночь одним в лесу было опасно. Превозмогая боль, Коля подошёл к Сергею. У того сильно болела нога и идти он не мог. Связав два шарфа вместе, и перекинув их себе через талию, два конца он вручил Сергею.
-От тебя требуется, чтобы ты удерживался на лыжах, сидя на корточках. Руками держись за две стороны шарфа.
Подготовившись, тронулись в путь. Сергей до крови искусал свои губы, так сильно болела нога. До гарнизона добрались в шесть часов вечера. На обед они опоздали, но им было и не до ужина, который начинался как раз в это время. Сейчас больше всего им требовался врач.
Глава.
Лёня заскрежетал зубами от злости, увидев окровавленную одежду Коли и раненого Сергея. Ему не надо было ничего объяснять, ему приходилось наблюдать за занятиями и уже лечить разодранную самодельной бомбой кисть Сергея. Быстро отправив бабу Клаву за ужином для ребят, Лёня принялся осматривать пацанов. Самые большие опасения вызывал Коля, так как была большая вероятность повреждения внутренних органов. Никакой аппаратуры по части рентгена в сан. части разумеется не было, приходилось опираться на свой профессионализм и опыт. К счастью никаких отрывов органов Лёня не предположил, были переломаны рёбра и сильные ушибы. Обработав раны и перевязав рёбра, Коля был уложен в постель. О возвращение в казарму не могло быть и речи. У Сергея на ногах и ягодицах дробь застряла в тканях. При их извлечении Лёня насчитал пять штук. Оказав ребятам помощь и, накормив их, Лёня прошёл в процедурный кабинет. Он проводил ревизию лекарств, когда к нему зашёл артист.
-Смотрю знакомые всё лица, - парень прошёл к окну, и стал лицом к врачу, очевидно, чтобы его было лучше видно.
Лёня оторвался от пересчёта лекарств и посмотрел на наглеца, который в уличной обуви прошёл в процедурный кабинет, не соизволив даже спросить разрешения, не говоря уже о элементарном "Здрасьте". И каково же было его удивление, когда присмотревшись, он узнал парня, обвинявшегося в убийстве его отца и которого он оперировал. Глаза сами спустились на шею, но парень был в свитере, и было неизвестно крестик отца по-прежнему у него или нет.
-Выйди из кабинета. Это тебе не проходной двор, - Лёня сурово посмотрел на вошедшего.
-Да, бросьте вы доктор, выкаблучиваться. Здесь моя территория, что хочу, то и делаю. Ничего помоете, не обломитесь, - и он демонстративно сплюнул на пол.
Коля, лежал через стенку в соседней палате и хорошо слышал разговор. Он в любую минуту готов был прийти на помощь доктору, потому даже сел на кровате, хотя до этого времени лежал. Лёня, еле сдерживаясь, промолчал, понимая, что перед ним бандит, который ни перед чем не остановится.
-Я между прочим с мировой к вам пришёл, - артист закурил. - Вы меня можно сказать от тюряги спасли, хотя ... вряд ли это сделали, если бы знали, что я вашего батяню замочил. Я его ножичком, по горлу полоснул. Сам виноват, нечего было за Серого заступаться, - артист в подробностях рассказывал убийство.
-Что? - Лёня побагровел и, сжав кулаки, кинулся на парня.
-Ну, ну, поосторожней, я ведь могу и вас как вашего батю, словно овцу зарезать, - парень с размаху ударил Лёню ногой в живот, не дав ему даже приблизиться к себе.
На вид парень был худенький, но жестокость придавала ему недюжинную силу. Лёня отлетел и, не удержавшись, упал на пол. Тут в дверях показался Коля. Он помог врачу подняться.
-Ты чего артист тут права качаешь, тебе же русским языком сказали - выйди, - сжав кулаки, Коля стал приближаться к парню.
- Колян, ты чё, своих не узнаешь? Или может ты на его сторону переметнулся, думаешь, лучше лечить будет, - артист выбросил сигарету и достал нож.
Лёня, тем временем, схватив табуретку, минуя Колю, кинулся на парня.
-Сволочь...!!!! - столько ярости и ненависти было в этом слове, что силы у Лёни даже прибавились, и он, изловчившись, сумел ударить по руке артиста, выбив у того нож, заодно задев и опрокинув на пол штатив капельницы. Бутылочка раствора, которая там висела, с грохотом разбилась об пол.
-Сука, - в бешенстве артист схватил, настольную лампу, стоящую на подоконнике и кинулся на Лёню, но Коля, поддавшись вперёд перегородил ему дорогу, приняв удар на себя. Началась драка. Артист всё время пытался поднять с полу нож, но Коля не позволял ему это сделать. Борьба шла не на жизнь, а на смерть. После событий сегодняшнего дня Коля с трудом держался на ногах, отбивая удары. Лёня, видел это и со страхом чувствовал, что артист либо убьёт Колю, либо сбежит и ему не удаться отомстить за отца, чего он страстно желал. Толком, не осознавая последствия, Лёня быстро подобрал с полу нож и со всего размаху ударил им артиста в спину. Удар был сильным и точным, а именно в самое сердце. Артист ослабил хватку и через несколько секунд упал на пол. Какое-то время и Коля, и Лёня как вкопанные, смотрели на лежащего лицом вниз артиста. Затем Лёня подошёл и проверил пульс на шейной артерии.
-Подох, скотина.
-Леонид Александрович, труп надо спрятать, а ночью в лес унесём.