Страница 28 из 54
С этими словами окружной прокурор вместе с адвокатом защиты покинули кабинет. Шериф встал из-за стола и тоже вышел в другую дверь. Кен Чемберс ловко плюнул и не промахнулся. У Клары невольно вырвался короткий крик радости, и Тайлер Диллон легонько похлопал ее ло плечу.
— Тай! — зашептала она, сияя. — Они собираются ее освободить! Она скоро будет свободна!
— Да, верно, она сейчас к нам придет, — успокоил он девушку и, подойдя к студенту, стал с энтузиазмом трясти ему руку. Тот снисходительно позволил адвокату выразить таким путем свою признательность.
Священник Руфус Тоул, покинув свой пост у стены, приблизился к Кларе Бранд и произнес:
— Хвала Господу, мое дитя! Хвала Ему за своевременное благословенное вмешательство!
Затем, не ожидая выражения согласия с этим утверждением, он возвратился на прежнюю позицию.
Его сменил Куинби Пеллетт. Склонившись над Кларой и сжимая ее локоть, он быстро заговорил:
— Нам здорово повезло, правда, Клара? Какая удача, что этот студент видел, как я отнял сумочку.
Какой прекрасный юноша и как хорошо, что с ним была девушка! Какое счастливое совпадение!
— Да, все это просто чудесно, дядя Куин! — согласилась Клара, не сводя глаз с двери.
Но вот она распахнулась, и в комнату вошла Делия Бранд, а вслед за ней — шериф. — Тайлер Диллон бросился ей навстречу, но, сделав три шага, сконфузился и остановился. Делия выглядела спокойной, не побледневшей и не осунувшейся. Если бы студенту-психологу вздумалось изучать утомленные и напряженные физиономии, она оказалась бы наименее подходящим объектом. Обведя взглядом толпу и заметив Клару, Делия подбежала к ней и, обнимая и целуя, воскликнула:
— Сестричка, что случилось? Я действительно…
Неужели все позади? — Они продолжали держать друг друга в объятиях. — Но что произошло? И ты тоже здесь, Тай?.. Хорошо, можешь поцеловать меня в щечку… Ну, чего стоишь! Полюбуйся на себя, ведь тебя всего трясет… Хорошо, мистер Саммис, поцелуйте меня… и ты, дядя Куин, хотя, я знаю, ты не любишь на людях проявлять свои чувства…
Окружив Делию, ее друзья громко говорили, восклицали все одновременно, перебивая и не слушая друг друга; за захватывающей сценой с интересом наблюдали: ухмылявшийся Франк Фелан и двое полицейских в форме, снисходительно улыбавшийся психолог, довольные мистер Арчер и двое мальчишек, Кен Чемберс, делавший вид, что все это его совсем не касается, и преподобный Руфус Тоул, который шевелил губами в беззвучной молитве. Именно такую картину застали вернувшиеся Харви Ансон и Эд Бейкер.
Подойдя к шерифу, Бейкер вручил ему бумаги, пояснив:
— Вот постановление, Билл, передай его тюремному надзирателю. — Затем он повернулся и возвысил голос: — Мисс Делия Бранд! Пожалуйста! — Все собравшиеся застыли в ожидании. — Мисс Бранд, — начал Бейкер официальным тоном, чеканя каждое слово, — вы освобождаетесь из-под стражи. Искренне сожалею о том, что вас — пусть временно — обвинили в преступлении, которого вы не совершали.
Я не приношу извинений, так как обвинение было предъявлено под давлением улик, которые, казалось, не вызывали сомнений. Ваше освобождение отнюдь не означает, что обвинение не может быть предъявлено вновь в случае обнаружения новых фактов, хотя лично я считаю это маловероятным. Однако хочу, чтобы вы ясно представили себе свое положение. — Бейкер внимательно и твердо посмотрел на собравшихся. — Существуют подозрения, что, арестовывая мисс Бранд, я руководствовался иными соображениями, отличными от заботы о соблюдении законов.
Это неверно. Если мисс Бранд не виновна — а я теперь в этом убежден, — никто не радуется ее освобождению больше, чем я. И позвольте сказать вам следующее: я полон решимости довести расследование убийства Дана Джексона до конца, найти и наказать виновного. Или виновную! Я поздравляю вас, мистер Ансон, с благополучным исходом дела. Ваш клиент на свободе, но прошу не забывать, что по-прежнему остается открытым вопрос: кто убил Дана Джексона? И я намерен на него ответить.
— Ну что ж, Эд, действуйте, — вставил Лем Саммис.
— И я буду действовать, невзирая на лица, Лем.
Постараюсь выяснить истину, чего бы это ни стоило.
Так и знайте! А продолжу я свое расследование прямо сейчас, задав Делии Бранд несколько вопросов…
Подождите, пожалуйста… Вам, Ансон, известно, что я не получил от мисс Бранд практически никакой информации. После встречи с вами ночью во вторник она не сообщила ничего существенного, отказываясь разговаривать со мной. А между тем Делию Бранд застали в служебном кабинете с мертвым Джексоном вскоре после того, как его убили, и застрелили его из револьвера, который ранее находился в ее сумочке. Все эти обстоятельства делают мисс Бранд свидетелем преступления. Отказываясь отвечать на мои вопросы, она поступала правильно и вполне законно до тех пор, пока обвинялась в убийстве, но теперь ситуация изменилась. Мне нужно кое-что выяснить у мисс Бранд, и, если она опять наберет в рот воды, я прикажу задержать ее как важного свидетеля. Я не могу заставить мисс Бранд быть со мной откровенной, но очень надеюсь на ее благожелательное содействие.
— Позвольте ей сперва хотя бы одну ночь поспать в собственной постели, — мягко заметил Ансон.
— Я не стану возражать, если она будет настаивать, но мне хотелось бы приступить к расследованию немедленно и начать с нее. Как вы на это смотрите, мисс Бранд?
Все глаза уставились на Делию.
— Мне придется отвечать на любой ваш вопрос? — спросила она после некоторого молчания.
— Вы не обязаны, но если вы законопослушная гражданка, то постарайтесь в силу своих возможностей помочь в раскрытии преступления.
— Я хочу присутствовать при допросе, — заявил Ансон. — Мисс Бранд по-прежнему моя клиентка.
— Вы ошибаетесь, — вмешалась Делия. — Я вовсе не ваша клиентка.
— Как так? Разве я не ваш адвокат?
— Нет, с этого момента. — Она холодно взглянула на Ансона. — Вы думали… вы не сомневались, что это я убила Джексона. И не только… Вы полагали, что убийство — это месть… — Делия вспыхнула. — Вы сами знаете, с какими мыслями приходили ко мне. Поэтому я больше не считаю вас своим адвокатом.
— Возьми меня, Дел, — поспешил Тайлер Диллон использовать благоприятную возможность. — Тебе ведь нужен адвокат, и если ты отвергаешь мистера Ансона…
— Нет, адвокат мне вовсе не нужен, — заявила Делия решительно. — Ты в полном порядке, Тай, но я, мне думается, никогда впредь не сделаю и не скажу ничего такого, что в итоге может вынудить меня искать помощи адвоката. Я многое поняла, лежа на тюремной койке… Открывая глаза, я всякий раз видела по ту сторону решетки миссис Уэлш, сидевшую возле камеры не по обязанности, а только по зову сердца, из чувства сострадания ко мне. Я размышляла о вещах, над которыми раньше вообще никогда не задумывалась. Сперва я страшно испугалась, но потом стала анализировать ситуацию и впервые поняла, насколько опасна жизнь обычного обывателя, занятого своими будничными заботами. Он не может быть уверен, что при каких-то не зависящих от него обстоятельствах не окажется в дураках. Я никогда больше не допущу такой ошибки. И никто, кроме самого человека, не в состоянии определить, свалял он дурака или нет…
У вас есть права задавать мне вопросы и в отсутствие адвоката, я вас правильно поняла? — взглянула Делия на Бейкера.
— Да, есть, и подобный разговор мне был бы больше по душе.
— Возможно, ты сейчас как раз совершаешь глупость, Делия, — заметил Лем Саммис. — Ансон вызволил тебя из тюрьмы, а? Какое имеет значение, что он думал? Видимо, порой он, как все, тоже бывает глупцом.
Однако, судя по всему, в результате усиленных мыслительных упражнений на тюремных нарах Делия, помимо прочего, приобрела — по крайней мере временно — непреодолимое отвращение ко всякого рода адвокатам. Несмотря на протесты и уговоры Ансона, Лема Саммиса, Клары, Диллона и дяди Куина, она твердо стояла на своем и в конце концов отправилась вместе с окружным прокурором наверх, в его служебный кабинет.