Страница 72 из 87
Я опустилась на землю, крылья едва меня удерживали, и я рухнула рядом с Анубисом. Я заметила упавший пояс неподалеку и потянулась к нему. Ухватившись двумя пальцами, я притянула его ближе, прижала к ране на своей груди. Кровь растекалась по земле вокруг меня. Я услышала крик сокола, тень накрыла мое лицо, и я закрыла глаза.
26
Воды Хаоса
Когда я проснулась, было слышно треск огня. Я попыталась пошевелиться, но все во мне болело так, как еще никогда не болело. Издав стон, я приподнялась на локте, но рухнула. Руки поймали меня раньше, чем я ударилась о землю.
— Тише. Не шевелись, — прошептал Амон. — Мы пока в безопасности.
— Ахмос? — выдавила я.
— Он здесь. Ахмос отдыхает. Почти вся его оставшаяся сила ушла на спасение тебя. Если бы не он и стела Гора, кто-то из вас точно погиб бы. Даже если бы Анубис смог правильно поухаживать за одним из тел, Черти нет. Нет безопасного прохода в загробный мир. Ваши души были бы потеряны, а то и стали бы закуской Апепа.
«Рада знать», — подумала я. Я коснулась шеи и нашла кулон, что дал мне Гор. Исцеляющая стела сильно пригодилась. Амон указал на костер, на другой стороне Анубис сидел рядом со спящим Ахмосом. Анубис, казалось, тоже отдыхал. Он прислонялся спиной к грязной стене, подняв колено, уперев в его руку, уткнувшись лбом в ладонь.
— Как он? — спросила я.
— Анубис выживет.
— Эшли хочет увидеть Ахмоса, — прошептала я Амону. Он кивнул и поднял меня.
Я уступила место Эшли. Она нежно обхватила его ладонь. Слезы затмевали глаза, от этого сияли светлячки, пока мы смотрели на его лицо. Она склонилась, прижала ладонь к его сердцу. Свет засиял под его туникой, она направляла силу, что была в ней от дерева феи.
Закончив, Эшли села и спросила Анубиса.
— Расскажете, что случилось с остальными?
— Группу, которую вела Маат, поймали и уничтожили. Пожирательница заставила меня, — он замолчал и вытер глаза, — смотреть. На это ушло много времени. Маат была сильной. Она сказала, — Анубис замолчал и задрожал, — что у Маат была скрытая любовь ко мне. Я сказал ей, что она ошиблась. Что Маат всегда со мной спорила. Что она ненавидела мое вмешательство в ее правила, то, как я смеялся над ее напряженной позой, — Анубис печально всхлипнул и стиснул зубы. — А потом Маат повернулась ко мне с ужасом во взгляде, и я понял, что Пожирательница говорила правду.
— Ох, Анубис, мне так жаль, — сказала Эшли.
Печаль омрачила его лицо.
— Теперь мы так и не узнаем, что из этого могло получиться.
— Ее никак не спасти? — спросила Эшли.
— Нет. Я должен был поймать ее сущность, пока она покидала тело. Но Пожирательница забрала все. Маат нет.
Эшли взяла его за руку, сжала пальцы и устроилась рядом с Ахмосом. Наша энергия ушла в него, и мы снова уснули.
Мы отдыхали до рассвета, а потом ощутили достаточно сил, чтобы вернуться на гору. Там мы нашли только треть. Амун-Ра смог вернуться, Нефтида и не уходила. Они опечалились, услышав от Анубиса об утрате Маат. Они рассказали, что Осириса нашли и принесли сюда, а мы рассказали о гибели Пожирательницы. Нашу победу омрачало горе.
Оставив Амун-Ра, Анубиса и Нефтиду строить планы, я отыскала Гора рядом с отцом. Осирис был бледным, у него был жар, он метался во сне и постоянно звал Исиду.
Гор, не оглядываясь на меня, сказал:
— Он чувствует ее страдания. Это ранит его сильнее, чем боль его тела.
— Мы спасем ее, — сказала я.
— Надеюсь, мы сможем. Спасибо, кстати. Спасибо, что убила Пожирательницу.
— Это я должна тебя благодарить, — сказала я. — Твоя стела спасла меня. Я бы умерла без нее, — я расстегнула цепочку и протянула ему.
— Оставь, — сказал он, посмотрев на меня влажными глазами.
— Она исцелит твоего отца? — спросила я. — Она не исцелила сыновей Египта.
— Стела исцеляет только тех, кто в моей семье.
Я склонила голову.
— Тогда зачем ты ее мне подарил?
— Это… ощущалось правильно. И то, что она исцеляет тебя, уже много значит. Мы с тобой связаны по-своему.
Я не знала, как реагировать, но не могла отрицать. Опустившись рядом с ним, я вложила кулон в его ладонь и сжала его пальцы на нем.
— Твоему отцу это нужнее, чем мне. Спасибо, что пожертвовал мне такой подарок.
Гор посмотрел на меня с боль, а потом кивнул. Он вложил кулон в ладони отца. Я посмотрел на приоткрытый рот Осириса, потную кожу. Гор склонился над обрубком ноги отца, нежно отмывая его. Он тихо прошептал заклинание, закончив:
— Вода отменяет и создает заново, — сжав плечо Гора, я оставила его с отцом и пошла к остальным.
* * *
— Какой план? — спросила я Амона и Ахмоса, они стояли в стороне от богов.
— Похоже, они не собираются ждать, пока Сетх вырвется и найдет их. Они хотят отыскать его сами, — сказал Амон.
— Это мудро, когда нас так мало? — спросила я.
Амун-Ра вдруг поднял голову.
— Нас не так и мало, — сказал он, хмурясь. — Готовьтесь, граждане, — сообщил Амун-Ра. — Мы выступаем в бой через час.
Анубис подошел с мрачным видом. Он уже переоделся. Он был чистым и в черной броне, но его глаза были утомленными, плечи были расправлены в мрачной решимости. На бедре был меч, под рукой он нес шлем с черным пером. Я услышала скуление на ним, мой рост раскрылся, когда я увидела хромающего Абутиу, идущего за хозяином.
— Он смог! — воскликнула я.
— Да, — печальные глаза Анубиса окружили морщинки, он криво улыбнулся, опустился и почесал собаку за ушами. — У меня все еще есть он. Его нашли, когда обнаружили Осириса. Я дал ему немного себя, чтобы исцелить. Уверен, моя жертва того стоит. Да, зверь?
Пес уткнулся головой в ладонь хозяина, лизал его пальцы. Через миг он встал и сказал:
— Абутиу останется здесь с Осирисом и некоторыми старшими слугами Амун-Ра, которые не могут сражаться. Остальные пойдут в бой. Мне сказали оставаться с вами и защищать, сколько смогу, — он кивнул Ахмосу и Амону. — Вы восстановились?
Они сдержанно кивнули.
— Хорошо. Вы не будете перемещаться в облике птиц. Так по вам будет проще попасть. Нам нужно как можно дольше скрывать вас, — Амон и Ахмос были удивлены.
— Куда мы отправимся? — спросила я, перебив. — Сетх в Гелиополисе?
Анубис покачал головой.
— Сетх все еще прикован к его тюрьме, хотя пересек стены. Наша цель — покончить с ним, пока он не выберется из оков, пока он еще ослаблен после потери Пожирательницы. Возможно, он рассчитывал, что она даст ему достаточно энергии для высвобождения. Потому она пыталась добраться до мира смертных. Сердца живых дали бы эту энергию. Если Сетх освободится, даже мы вряд ли сдержим его.
— И где его тюрьма? — спросила я.
— Она там, где притяжение может удержать его. В Водах Хаоса. Тюрьма по краю вод. Мы должны найти его там и постараться покончить с ним раз и навсегда.
Я хотела спросить, как мы туда попадем, как я буду там дышать и про Исиду, но воздух вокруг нас задрожал.
Ткань неба трепетала, десятки золотых тел вырвались оттуда. Мои глаза жалило, я пыталась сдержать слезы.
— Как? — выдавила я, и этот вопрос был самым глупым из всех.
— Их вдохновила жертва их братьев, они решили помочь нам. Они понесут нас в бой.
Единороги пролетели наверху, отталкиваясь ногами, сообщая воплями о прибытии. Я смотрела на них и ощущала боль. Я знала, что Небу больше нет, но искала на небе его силуэт. Потеря его и Черти, а еще и Маат, были тем, что я не хотела бы больше испытывать.
Меня взяли за руку.
— Ты в порядке? — спросил Амон.
— Буду в порядке, — сказала я и повернулась к нему, надеясь попасть в объятия. Я замерла, увидев, что он уже был в золотой броне. Его глаза вспыхнули при виде моей заминки. Он склонился, обхватил мои плечи, его губы оказались у моего уха.
— Обещаю, когда-нибудь между нами не будет брони.
Я покраснела.