Страница 62 из 87
Мы прошли по каменным ступеням, пока не попали в просторную пещеру. Нам выделил несколько комнат. В одной было три кровати, каменная чаша для умывания и свежая одежда. В другой была большая кровать, покрытая шелками золотого, стального и бронзового цвета. Зеркало висело на стене, а каменный пол покрывал мягкий ковер. Выглядело уютно.
Женщина ушла, и я посмотрела на себя в зеркало. Пригладив каштановые волосы, я замерла, теребя светлую прядь. Я покрутилась и заметила остальные, некоторые светлее, некоторые ярче, новые и старые. Каждый из них оставил напоминание. Я стянула волосы в узел у шеи.
«Мы собираемся сделать это?».
«Мы дадим им выбор», — сказала Тиа.
«А если они скажут нет?» — спросила Эшли.
«Не скажут», — уверенно сказала Тиа.
«Это рискованно, — сказала я. — Но у меня есть только такое решение. Если у вас есть другие идеи, я слушаю».
Тиа и Эшли молчали, и я взяла себя в руки и вышла из комнаты. У входа, закрытого тканью, я уже хотела кашлянуть, когда услышал их разговор.
— Мы не можем позволить ей сделать это, — сказал Амон.
Астен ответил:
— Не знаю, как мы этому помешаем.
— Лучше пусть они будут с тобой, чем пропадут, — сказал Ахмос.
— Заходи, нехабет, — позвал Амон.
Смутившись, что меня поймали на подслушивании, я прошла, пиная камешки и споткнувшись о порог. Я пригнулась под тканью и прошла в их комнату, что была значительно меньше моей, сцепила руки за спиной, сжимая камень, который я достала из скрытого кармана колчана.
Астен заговорил первым:
— Мы не хотим, чтобы ты делала это, — сказал он.
Я пролепетала, вернув скарабея Амона в карман:
— Что делала?
— Отдавала себя Уасрет.
Моргнув, я сказала:
— О, так вы об этом говорили.
— Разве не поэтому ты здесь? — спросил Ахмос. — Для новостей? — его ресницы опустились, отбрасывая тени на щеки. Меня беспокоило то, что мой Ахмос больше не смотрел мне в глаза.
— Нет, — я прикусила губу. — Я не собираюсь делать никаких объявлений. И я все еще надеюсь избежать вызова Уасрет, если это возможно.
Амон поджал губы.
— Тогда что такое?
— Я… — я сцепила ладони. — У меня есть идея. Точнее, у нас. Мы думаем, что есть способ остаться связанными с вами. Как у меня с Амоном. Мы хотим создать связь.
— Связь? — сказал Амон. — Как я сделал в Нью-Йорке?
Я кивнула.
— Постоянную. Как ты сделал перед тем, как умер в пирамиде.
— Помнишь, что я говорил тебе об этом? — тихо спросил Амон.
— Да.
— Остальные знают?
— Да.
— Это может не сработать, — сказал он. Амон встал и взял меня за руки. — Ты знаешь о моих чувствах к тебе, юная Лили. Не хочу, чтобы ты воспринимала мои сомнения за нежелание, но мне нужно понять, что ты надеешься достигнуть, а потом я помогу тебе сплести заклинание.
— Хорошо, — сказала я, облизнув губы. — Ты сказал, что мой скарабей помог тебе найти меня, и я не пропадала полностью у тебя из виду, да?
— Да. Верно.
— И ты говорил, что можешь слышать мои мысли, когда пожелаешь, но не Тии или Эшли.
Амон кивнул.
— Похоже, мы поняли причину, — я вдохнула, посмотрела на замкнутые выражения лиц Астена и Ахмоса. — Мы думаем, что у тебя скарабей сердца, который принадлежит только мне.
— Боюсь, я не понимаю.
Астен шагнул и взял меня за руку.
— Такое возможно? — сказал он, его глаза сияли.
— Это возможно? — спросил Ахмос, скрестив руки на груди.
Обхватив мою ладонь и потерев большим пальцем мои пальцы, Астен прошептал:
— В этом есть смысл. Миры их снов разные.
— Конечно, они разные, — сказал Ахмос. — Ближе к делу.
— Ах, — сказал Амон. — Понимаю.
— Кому-то нужно объяснить подробнее, — возмутился Ахмос.
— Ахмос, — сказала я. — Мы думаем, что у Тии и Эшли есть свои скарабеи сердца. Если мы ошибаемся, мы ничего не теряем, но если мы правы…
Амон поднял ладонь.
— Не будем пока надеяться, нужно проверить догадку. Давай узнаем, Лили.
Амон взял меня за руки и притянул ближе. Глядя мне в глаза, он сказал:
— Тиа? Будь добра, выйди к нам…
Львица развернулась на фоне моего разума и поменялась со мной местами. Мои мышцы напряглись от ее силы, она моргнула. Повернувшись к Астену, она приподняла уголок рта, а потом сжала ладони Амона.
— У меня есть сердце? — тихо спросила Тиа. — Я в этом не уверена.
— Есть, — тихо сказал Астен.
— Прижми ладонь к своему сердцу, — направлял Амон. Она сделала так, и он обхватил ее ладони. — Теперь сосредоточься. Эшли, Лили, постарайтесь не думать громко. Побудьте тихими. Тиа, закрой глаза и представь себя. Найди свою истинную природу. Думай о том, что делает тебя сильной. Что — только твое. Думай о своих талантах. Сосредоточь все в одном месте. Слушай биение своего сердца. Представь, что каждый удар — это свобода. Это твои лапы ударяются о землю при беге. Вот так. Раз… два… три… Обхвати пальцами и тяни.
Амон отпрянул, а Тиа открыла глаза. В ее ладони лежал сияющий золотой скарабей. Ярко-желтый камень был с вертикальной полоской света в центре. У основания были не лапки жука, а когти льва, сильные золотые крылья были расправлены по бокам. Наверху была золотая львица, чьи пустые глаза сияли светом камня за ними.
— Это кошачий глаз, — сказал Амон. — Прекрасно подходит.
Тиа провела кончиками пальцев по камню. Астен протянул ладони и спросил:
— Могу ли я сохранить его для тебя? — она рассеянно кивнула.
— А теперь Эшли, — сказал Амон.
Тиа отпрянула туда, где я парила во тьме, и Эшли вышла на первый план. Амон повторил процесс с ней, и вскоре на ее ладони возник зеленый скарабей с тонкими лапками бабочки и крылышками феи. Она вручила его Ахмосу на хранение.
После этого Амон сказал:
— Вы были правы. У каждой из вас есть скарабей. И что теперь вы собираетесь делать?
— Это же очевидно, да? — сказала Эшли моим голосом. — Я спрошу у красивого, но хмурого, будет ли он заботиться о моем сердце.
Ахмос сдвинул брови и взял меня за локоть, оттащил в сторону, чтобы братья не слышали.
— Эш, — начал он. — То, о чем ты просишь…
— Айе, это важно. Так ты найдешь нас, если мы снова потеряем себя.
— Это означает больше.
— Ах, друг мой, — сказала Эшли, цокнув языком и шагнув ближе. — После всего, через что мы прошли вместе, ты не хочешь быть со мной?
— Ты знаешь, что хочу.
— Тогда какая муха тебя укусила?
Он потер ладонью челюсть, шурша щетиной.
— Просто я не думаю, что ты полностью понимаешь значение…
Я обхватила его ладонь и сжала его пальцы вокруг зеленого камня.
— Мы все понимаем. Ты не видишь? Это крохотный огонек, чтобы найти путь домой во тьме. А ты ведь мой дом. Если сохранишь это, я вернусь. Не сомневайся.
Я схватилась за его рубашку и притянула его ниже, поймала его губы своими. Его руки обвили мою талию, я оказалась еще ближе, а он издал горлом тихий звук. Ахмос так крепко прижимал меня к себе, что я едва могла дышать. Но дыхание меня не сильно волновало. Я не понимала, что он поднял меня, пока он не отстранился, опустив меня и глядя на мои дрожащие конечности.
— Вот так и нужно целоваться, — сказала я с хитрой улыбкой и блеском в глазах.
Ахмос убрал прядь волосы с моей щеки и посмотрел мне в глаза. Его взгляд не дразнил.
— Я хочу, чтобы ты знала, что я понимаю, что это означает, — сказал он. — Я принимаю твое сердце, Эш. И с этого момента мое сердце будет стремиться только к тебе.
Он начал произносить знакомое заклинание. То, что свяжет нас. Закончив, он отошел, прижал зеленого скарабея к своему сердцу, я не успела ничего сказать, а камень проник в его грудь. Когда это было сделано, он нежно улыбнулся.
— Так и должно быть, — сказал он с вздохом. Подняв ладонь, он коснулся своей груди, и между его пальцев появился сияющий свет. Материализовался скарабей. Это был лунный камень. С маленькой заминкой он отдал камень мне и сжал на нем мои пальцы.